Свинья или Гусь

Font size: - +

Глава 10

Когда он спустился, обеденный зал пустовал. Мсье Кланду дремал на своем посту, уронив книгу. Только из-за открытой кухонной двери доносились голоса. Заглянув туда, Эрмите обнаружил идиллическую семейную картину: красавица хлопотала у стола, а солдат рассказывал какую-то забавную историю. Ему с любопытством внимал Жако, то и дело прыская со смеху.

Элен заметила доктора и бросилась ему навстречу. Лицо трактирщицы светилось от радости: Жоффруа успел рассказать ей обо всех событиях прошлой ночи. Мысленно женщина была уже далеко на юге, вместе с любимым и сыном. Эрмите с неохотой вернул ее к реальности:

— У меня есть несколько просьб касательно ужина.

— Конечно, доктор! Все что в моих силах.

— Во-первых, еду для Лу и Пьера нужно отнести наверх. И это передайте, — доктор вынул из кармана карты и протянул Элен, — Во-вторых, в зале нужно накрыть один большой стол на пять персон. И последнее: я попрошу вас вместе с Жоффруа и сыном не покидать кухни во время ужина.

Женщина округлила глаза:

— Так странно, мсье. А если понадобится что-нибудь принести?

— Будьте, покойны, вас позовут. Но постарайтесь, чтобы на столе было все необходимое, прежде чем приглашать постояльцев к ужину.

— Да, мсье.

Элен занялась приготовлениями: она поставила на стол, за которым обычно сидели Кланду, дополнительные приборы и зажгла новые свечи. Жоффруа подбросил дров в камин, а Жако принялся одно за другим выносить в зал горячие блюда. Доктор придвинул стул к очагу и присел, глядя на огонь. Старый нотариус проснулся и рассеянно оглядывался по сторонам.

Через десять минут трактирщица поднялась по лестнице с подносом в руках. Эрмите слышал, как она передала кушанья Лу, а после принялась стучать в номера, приглашая гостей вниз. Наконец, Элен спустилась и прикрыла за собой дверь на кухню.

Доктор вышел на середину зала. Когда дамы Кланду и шевалье показались на лестнице, он встретил их любезнейшей улыбкой и самым изящным поклоном:

— Рад вас видеть, господа! Я взял на себя смелость и приказал накрыть общий стол. Поужинаем небольшой теплой компанией

— Что вы о себе возомнили? — мадам, казалось, была только рада новому поводу для скандала, — Я пока вправе выбирать, с кем садиться за стол.

— Пока вправе, — доктор особо выделил первое слово, выразительно глядя на собеседницу. Та приготовилась к очередному выпаду, но мсье Кланду решительным жестом прервал ее и указал на место за столом. Затем старик придвинул стул для дочери, а сам уселся рядом с ней.

— Доктор, я вынужден согласиться с женой: это крайне неуместно, — заметил он.

— Вы полагаете? А мне кажется весьма уместным обсудить дела, которые касаются всех присутствующих, в самом узком — можно сказать, семейном кругу.

Шевалье метнул на Эрмите быстрый предостерегающий взгляд и уселся на свободный стул. До сих пор он хранил молчание, но теперь счел необходимым поинтересоваться:

— Надеюсь, мне не придется извиняться перед господами Кланду? Ведь это я наделил вас полномочиями расследовать дело. Теперь же опасаюсь, как бы власть не ударила вам в голову.

— Поверьте, шевалье, с моей головой все в порядке. Я лишь хочу прояснить ситуацию для остальных. Убежден, что интимная обстановка за столом поспособствует общей откровенности.

— Лично я, — заявила мадам, — ничем сокровенным делиться не намерена.

— Готов поспорить, что вы передумаете, — доктор галантно поклонился и последним уселся за стол, — любую заботливую мать волнует счастье дочери.

— При чем тут Мари?

— Для меня не секрет, что вы затеяли это путешествие ради ее благополучия. Так уж сложилось, что это не является секретом и для любезного господина де Мире.

Мари залилась краской, а ее отец сжал кулаки. Только мадам удалось сохранить спокойствие:

— Я знала, что бродячим шарлатанам нельзя доверять, — прошипела она.

— Вы напрасно так судите. Я не имею отношения к его осведомленности в этой истории. Кстати, позвольте вам представить настоящего автора того злополучного письма…

Доктор указал на шевалье. Тот метнул на него яростный взгляд, но затем откинулся на спинку стула и махнул рукой:

— Рано или поздно это бы выяснилось. Я принимал… точнее, собирался принять участие в непростой ситуации, сложившейся в вашей семье. Месяц тому назад я получил письмо от своего друга. Он признался, что по его вине девушка оказалась в затруднительном положении, и изъявил надежду на мою помощь. Жильбер собирался тайно обвенчаться с мадемуазель и просил меня доставить ее в условленное место. Встретив вас здесь, я понял, что тайна влюбленных раскрыта, и просто решил не вмешиваться.

— Невероятно! — всплеснула руками мадам, — Похоже, половина города знала о жизни моей дочери больше, чем я сама!

— Но вы не упомянули, о вчерашнем разговоре со старшим Греньи и о некоторых особых условиях вашей сделки, — заметил доктор.

Лицо дворянина побагровело. Некоторое время он сидел молча, уставившись на свой кубок. Мадам и мсье Кланду тревожно переглянулись. Шевалье поднес кубок ко рту, в три глотка опустошил его и со стуком вернул на стол.

— Видит бог, я не желал, чтобы эта история выплыла наружу… Вот уже шесть месяцев как я оказался в кармане Греньи; Жильбер ничего не знал об этом. На прошлой неделе я проигрался в пух и прах. Купец был моей последней надеждой, и я вновь обратился к нему: поговаривали, что старик ссужал деньги в счет особых услуг…

— О какой же услуге говорил Греньи? — спросил мсье Кланду.

— Он попросил меня жениться на вашей дочери. За это обещал снабдить меня немалой денежной суммой и обнулить прежний кредит...



Эмиль Коста

Edited: 06.05.2017

Add to Library


Complain