Святое сердце

Размер шрифта: - +

Волки у стены

Эфис Ориун являлся «правителем» города Хайнгард. Введя в него своих людей, Эфис быстро подобрал под себя местного ярла. Большая часть стражников примкнула к людям Эфиса. Еженедельно они собирали дань с каждого жителя Хайнгарда. По-началу всех всё устраивало, ведь Эфис брал куда меньше ярла Шорвальда, но постепенно налог рос и рос, дойдя до критического значения. Были многочисленные попытки бунтов, но все они успешно подавляли солдаты Эфиса. Император же словно не видел никакой угрозы со стороны Эфиса по отношению к Хайнгарду. Казалось, что городу пришёл конец… казалось.

В какой-то момент в Хайнгарде появилась организация, поначалу даже не имевшая названия. Народ дал ей имя «Братство». Так называемое Братство представляло из себя сборище из самых обычных жителей Хайнгарда, под чьим началом встал бывший начальник обороны Крейтон. Он сумел собрать остатки верных Шорвальду людей и в тайне от Эфиса стал обучать народ военному искусству. Уже примерно спустя месяц первая вспышка бунтов Братства смогла нанести существенный ущерб людям Эфиса, очистив пятую часть всего города. Эфис среагировал достаточно быстро и вернул себе ту несчастную часть города.

Братство не считало это поражением, скорее наоборот. В сердцах жителей Хайнгарда загорелась искра надежды. В течении последующих трёх месяцев между людьми Эфиса и Братством шла ожесточённая война. Пускай на первый взгляд и казалось, что победа будет за Эфисом, на деле это было не так. После первой вспышки бунтов численность Братства в разы увеличилось. Когда трёхмесячная война, казалось, прекратилась, Братство решилось на отчаянный шаг, который должен был положить конец тирании Эфиса Ориуна. Пришло время штурмовать крепость…

Была поздняя ночь. На стене крепости день и ночь находились часовые, сменяя друг друга каждый час. В тот самый момент, когда наступила очередная смена, на стену был заброшен крюк. Промешкав пару секунд, солдат Ориуна уже хотел было сбросить крюк и закричать, как тут по крюку взобрался человек в чёрном одеянии и быстрым движением кинул прямо в горло солдата кинжал.

Кровь резко хлестнула, брызнув прямо на лицо убийцы. Солдат упал на колени, а потом был скинут вниз самим убийцей. Быстро взобравшись на стену, убийца увидел второго солдата, которого только-только сменили. Тот обернулся, но даже не успел ничего сказать. Убийца вновь метнул кинжал, целясь в горло, но, промахнувшись, попал в правый глаз. Издав своего рода слабый писк, солдат повалился замертво на землю. Осмотревшись, убийца увидел вдалеке ещё одного приближающегося солдата, в которого точно также метнул кинжал. На сей же раз всё прошло как надо. Попав прямиком в шею, солдат сначала ухватился за край стены, а после самолично спрыгнул с неё вниз.

— Всё чисто, — промолвил он, помогая влезть на стену ещё одному человеку.

Буквально за пару мгновений на стене крепости очутилось семь человек в чёрных одеяниях.

— Все здесь, командуйте, Крейтон, — сказал мужчина, залезший вторым, первому.

— Четверо идут направо, остальные за мной.

С этими словами Крейтон вместе с двумя людьми побежали налево.

Братству понадобилось примерно минут пятнадцать, чтобы снять каждого часового на стене. Встретившись под главными воротами, Крейтон вместе с ещё одним убийцей синхронно перерезали канаты, держащие ворота. С характерным звуком ворота отворились. Уже спустя пару секунд после по всей крепости стали слышны звоны в колокола… Штурм начался.

Люди, всё это время сидевшие в засаде неподалёку от крепости, с криками «Да здравствует Восстание!» повылезали из своих укрытий и под выстрелы ружей побежали прямиком внутрь крепости. Первые ряды охраны, что стояли у входа, были быстро сметены и растоптаны. Народом двигало чувство ярости и злобы, желание стать свободными.

— Идём. — Крейтон, махнув рукой, побежал прочь со стены, прямиком внутрь крепости.

Спустившись вниз, он увидел одновременно и ужасную и, возможно, самую прекрасную картину в своей жизни. Целая армия озлобленного народа безжалостно убивала каждого военнослужащего Эфиса, не щадя никого. Людям было плевать, есть ли семья у того, кого они убили. Будут ли о нём горевать, или же нет. Этим людям было плевать на всё, ведь когда-то этот самый военнослужащий, возможно, сам убил их члена семьи. Кто-то бы мог сказать, что всё это всего навсего военный долг и убивать за такое равносильно убийству родного человека. И они будут правы. Люди Эфиса просто выполняли свою работу и ничего больше… но ведь никто не заставлял их выбирать именно эту работу, так ведь? Они сами избрали свой путь и поплатились за свой выбор кровью.

— Покои Эфиса прямиком за теми дверьми, командир.

— Так пускай они падут перед нами! — вскричал Крейтон. — Вперёд, братья! Отомстим же за наши семьи! За нас, за Восстание!

Среди людей Крейтона раздались радостные возгласы, полные уверенности и боевого настроя. Отряд из людей в чёрных одеяниях ринулась прямо в самую гущу сражения…

Лязг стали о сталь, крики, вопли, кровь — всё это перемешалось и наполнило собой помещение. Ковры, что совсем недавно были чистыми и белоснежными, полностью окрасились в тёмно-красные цвета. Бравые защитники своего «короля» готовы стоять у его покоев до последнего. Они не страшились смерти даже при виде той горы трупов, что успела скопится за пару минут бойни.

— Стоять до конца! — скомандовал один из рыцарей.

После команды офицера крики озлобленного народа, помчавшегося на те остатки защитников короля, что выстроились в «стену щитов», раздались с новой силой. Построение было быстро сломлено. Под натиском двери были открыты.

Перед революционерами раскинулся большой коридор, в конце которого величественно восседал на троне сам Эфис Ориун в окружении двух рыцарей. Лучники-революционеры быстро направили в сторону Эфиса стрелы, но тут вперёд вышел сам Крейтон, приказав опустить луки. Король лишь молча встал со своего места и махнул рукой, приказывая своим людям умереть за него.



Sparrow

Отредактировано: 30.07.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться