Сюляпарре - I. Блаженны алчущие

XI. ~ Дохлый пес - II ~

~*~*~*~


I.


Позади осталась Ратуша и площадь Плясунов, где так уродливо, лишившись покрова тайны, кривлялась старуха Смерть. Сейчас вокруг бурлила Жизнь - улицы были полны народа, в гуще которого прокладывал путь их маленький отряд. Боги, сколько людей! С каждым поворотом в поток вливался новый ручеек. Давили со всех сторон - спереди, с боков, сзади. Красавчик бодро покрикивал "Посторонись!", Кевин молча толкался, Фрэнк обалдевал.

За время недолгой учебы в Академии, он так и не успел толком освоиться в столице, а уж после мертвенной тишины Скардаг не раз испытывал на улицах что-то вроде головокружения - и это глядя на мир со спины коня! Сейчас Фрэнк тонул в людском море. Запахи, звуки, краски, - его захлестывали волна за волной, и стоило труда удержаться на ногах.

Он ни за что бы не стал жаловаться - тоже мне, неженка! - но, к счастью, Красавчик понял его состояние, крепко взял под локоть, и потащил вперед.

- Этот город! - весело подмигнул Ищейка. - Я полгода к нему привыкал, не меньше. Еще чуток и выгребем. Главное, следите за кошельком, командир.

Впереди, в тени крытого перехода, сцепились колесами телега и карета, перегородив дорогу. Пока кучер и возчик щедро одаривали друг друга поношениями, толпе приходилось просачиваться сквозь узкую щель. Втиснулись туда и Ищейки.

Фрэнк заметил, что из-за занавески в окне кареты выглядывает дама, хотел прийти ей на помощь - но куда там! Его уже несло дальше неудержимою силою - двигайся, ротозей, или затопчут!

Их затянуло в темную улицу-кишку, зажатую меж сплошными рядами трехэтажных домов. Фрэнк видел вокруг только головы, шапки и шляпы с перьями, уши заложило... зато обонял он прекрасно. Кислый запах грязных тел и ядреная вонь подмышек, дубленая кожа, цветочные притирания, навоз под ногами... Дышать - невозможно, а не дышать едва ль научишься и за полгода.

Только свет, что брезжил вдали, дарил надежду на освобождение.

В конце улицы возник небольшой затор. Фрэнка вдавило в Кевина, и теперь перед глазами был только затылок Грасса. Их еще раз хорошенько сплюснуло, тряхануло... и выплюнуло наружу.    

Давление исчезло. Людской поток растекался по свободному пространству: кто-то задерживался у лотков со сластями и пирожками, у решеток, на которых жарились каштаны, кто-то вставал в круг других зевак, чтобы, раззявя рот, уставиться на жонглера, на радужное мельтешение его шаров. Иные сразу устремлялись дальше, к желтевшим впереди кронам кленов и лип. Откуда-то из-за деревьев неслись веселый рокот барабанов и пение труб, вопли зазывал и радостный визг детей.

Фрэнк смотрел по сторонам, сразу забыв про боль в ребрах и оттоптанные ноги. Тут он раньше не бывал, но звуки ярмарки узнал сразу. Но ведь Кевин  привел их сюда не смотреть на акробатов?

Друзья оттащили Фрэнка в сторонку.

- Скоро пойдете бродить один, - без обиняков начал Грасс. - А для начала, вы оба, переоденьте плащи подкладкой наружу.

И показал пример. Мгновение - и они уже не Красные Плащи, а просто коричневые.

- Ты уверен, что стоит подвергать командира риску? - Красавчик, хмурясь, вглядывался в лицо соратника. - Не слишком ли - для первого дня?

- Надо пользоваться тем, что его физиономия еще не примелькалась. От нас двоих несет Ищейкой, что в плащах, что без них.

Похоже, намечалось что-то интересное!

Кевин окинул Фрэнка пристальным взглядом.
- Пожалуй, пистоль тоже отдайте.

Фрэнк послушался.

- Смотрите, командир, - многозначительно заметил Красавчик, - ежели не хотите, можете не участвовать! Рисковать шкурой - наша работа.

- Конечно, хочу! - Надоело, что его берегут, как девицу на выданье. - А что я должен делать?

- Это Сады Фешиа, - пояснил Красавчик, когда они снова стали частью толпы. - Тут ярмарка круглый год. Отличное местечко, сами увидите! Фокусники, травля медведей, акробаты, все, что душе угодно. Правило только одно, и его надо зарубить на носу. "Следи за кошельком!"

- Погоди-ка - Фешиа? Как в Ксавери-Фешиа? - Фрэнк вопросительно взглянул на Грасса.

- Ну да, - нехотя ответил тот, отталкивая с пути зазевавшегося прохожего. Тот сердито развернулся, зыркнул на Кевина - и тут же как-то сник. - Когда-то здесь все принадлежало моим предкам. В те времена, когда Сюляпарре еще не превратилось в страну торгашей.

- Как интересно!

Кевин фыркнул.
 - Это даже мне не интересно, тем паче вам. У семейства Фешиа уже давно нет ничего, кроме спеси. А я с родичами и словом в жизни не обменялся.

Я тоже, подумал Фрэнк, но было не время для обмена печальными историями.

- Никогда не берите здесь шлюх, опаснее - только портовые, - предупредил Красавчик с видом знатока, каким, несомненно, и являлся.

Вход в Сады отмечали два столба, поднимавшиеся к верхушкам лип. В побитый временем камень были врезаны знаки слярве, навершия походили на клыки. Меж древними столбами кто-то неуважительно натянул алые ленты; пришитые к ним бубенцы звенели на ветру. А под ними, присоединяя свои голоса к голосу бубенцов, проходили люди, спеша в Сады, веселиться.



Агнесса Шизоид

Отредактировано: 10.12.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться