Тайна « Алых Лилий »

Глава 3. Потусторонние пакости

Я даже не предполагала, что у нас с папой так много вещей. Может быть, мне так  казалось из-за того, что мы постоянно жили, не распаковывая все чемоданы и коробки, на случай новых переездов. А может, дело было в том, что бывшие хозяева особняка утрудились и обставили его добротной мебелью и наши скромные пожитки ещё больше дополнили пространство, занимая хоть и немного, но всё же места.

В любом случае, к моему удивлению, когда всё было приведено в порядок, в доме стало по-настоящему уютно. Сквозь вымытые окна ярче светили солнечные лучи, вытертая пыль обнажила новые оттенки деревянных поверхностей мебели и обивки... А смазанные обветшалые петли дверей и всяких шкафчиков перестали издавать душераздирующий скрип. Теперь можно было не морщиться, открывая буфет на кухне, чтобы взять оттуда что-нибудь вкусное.

Иногда, конечно, при сильном ветре слышалось завывание и свист в щелях, скрип половиц… Но это уже воспринималось обыденно и так как папа своими руками постепенно приводил дом в надлежащее состояние, подобные звуки уменьшились и уже так сильно не привлекали внимание. Я понимала, что всё это временно и в будущем они вовсе исчезнут, когда особняк полностью будет отремонтирован. Но пока что мы делали то, что было в наших силах и скромных финансовых возможностях: как могли улучшали то, что нам и так досталось по великой случайности за сущие гроши.

Немного расстраивали лишь антикварные часы в холле первого этажа тем, что постоянно останавливались посреди ночи. Видимо, ветхий механизм был поломан, или пружина, не работающая слишком долгое время, стала чрезмерно растянутой и изношенной, что и мешало часам работать в полную мощь, как раньше. А, может, всё-таки нужно было их повторно заводить перед сном, чтобы они продолжали «тикать» до утра, как это делали специальные люди-часовщики в знатных имениях раньше… Как бы там ни было, их стоило показать мастеру, о чём мы договорились с папой на будущее. А пока что каждый раз мы по очереди заводили часы с утра, чтобы они чётко работали в течение дня. Ведь кроме уже ожидаемой остановки ночью, в них не было никаких недостатков. Они точно указывали нужное время и изящно вписывались в то место, где и находились.

Мне было так спокойно в этом доме, так легко, будто я бывала здесь раньше. У меня наконец-то в душе поселилось стойкое ощущение своего дома. Поэтому когда я убиралась в многочисленных комнатах, меня это нисколько не утруждало, а даже наоборот навевало какое-то непередаваемое воодушевление, отчего я то и дело пела со шваброй или веником в руках. Ну ещё бы! Когда бы раньше я могла убирать дом, тем более такой большой и старинный, украшать и расставлять всё именно так, как хочу и не задумываться, что это будет временно. Я наконец-то смогла разложить все свои немногочисленные, но такие дорогие сердцу и памяти мягкие игрушки… А папа выставил на книжные полки в своём кабинете нужные учебники и научные труды. Теперь он мог в любой момент подойти к рядам цветных корешков и взять требуемый томик, а не копаться в коробках, перерывая всё кверху дном, как раньше.

Мыслей о каком-либо грядущем переезде не возникало совершенно. Как и страха, что через некоторое время мы опять будем искать новую крышу над головой.

Мистические легенды местных жителей про привидений или странности в доме меня совершенно не беспокоили. Я не видела, и не слышала ничего, что могло бы меня хоть сколько-нибудь насторожить, ни внутри особняка, ни за его стенами. Так что все старания Зои с её деланными тревожными взглядами и зловещими фразочками оказались в итоге просто бесмысленными страшилками и не более. Хотя мне даже самой себе было неудобно признавать, что я пусть на мгновение, но поддалась её россказням и увидела кошмарный сон в самую первую ночь после приезда.

Никакие привидения меня не могли вынудить покинуть дом, о котором я даже не могла мечтать раньше. Одни только воспоминания переездов были пострашнее каких-либо посторонних гостей, которые могли бы якшаться с нами по соседству.

Теперь же всё было иначе. Я просто знала, что отныне мы с папой будем жить здесь и объяснить свою уверенность, почему я думаю именно так, а не наоборот, было невозможно. Этого предчувствия мне было вполне достаточно.

* * *

Через несколько дней, после того как мы окончательно распаковали все вещи и привели дом в порядок, я отправилась в школу.

Такова в нашей немноголюдной местности, где детей было и того меньше, чем взрослых, нашлась всего одна. Да и к тому же совсем не близко — стало понятно, почему у заявившихся в первый день приезда ребят, были велосипеды.

Но так как у меня пока собственного велосипеда не было, к первому уроку меня привёз на машине папа. Что тоже, по всей видимости, было для тамошних мест совсем необычным делом. Стоило только въехать во двор школы, как ко всем окнам враз прильнули удивлённые ученики, с интересом разглядывающие нас в упор. От такого повышенного внимания я почувствовала себя неуютно и, наскоро попрощавшись с папой, поспешила на занятия. Папа понимающе пожелал удачи и тут же уехал, скрывшись в клубах плотного дыма за ржавыми воротами.

Каменное двухэтажное здание школы было совсем небольшим и, несмотря на аккуратность и чистоту, явно требовало серьёзного ремонта. Да и школьников оказалось не так уж и много. Поэтому я нисколько не удивилась, встретив прямо у порога уже знакомых братцев Антона и Артура, а также попав в один класс с Назаром и Зоей.

Назар тепло приветствовал меня и представил новым одноклассникам. Те, в свою очередь, с нескрываемым любопытством спрашивали, правда ли я живу в «Алых Лилиях», и не видела ли я уже чего-нибудь странного. Слух о том, что в особняке поселились какие-то жильцы, моментально разнёсся по всей округе. Одна девочка даже спросила, правда ли что когда мы вошли в дом, нам с папой навстречу выбежала чёрная кошка с горящими красными глазами. Оказалось, что кто-то уже давно распространил эту нелепую историю, и последние дни школьники оживлённо её обсуждают. Как и странные тени, которые я будто бы видела в коридорах особняка.