Тайна перламутрового дракона

Размер шрифта: - +

Глава двадцать шестая: Оберег для Хедина

     Когда до выхода Объединенной армии из Армелона оставались ровно сутки, Ана осознала свою ошибку. Даже если Хедин не придуривался и у него действительно был целый сундук оберегов от влюбленных девиц, ни один из них не мог бы его защитить, потому что сам Хедин любил другую, а оберег подпитывался лишь взаимными чувствами.

     И значит, только Анин был способен оградить его от смертельной опасности в бою. И Ана, ни секунды не колеблясь, отдала бы ему заветный мешочек, да вот беда: она все еще не достигла совершеннолетия и потому не имела права обзаводиться такой вещицей. Ведь восемнадцать ей должно было исполниться только через девять дней, а ведунья вряд ли захочет нарушить свои правила даже ради Хедина.

     Впрочем, разве это могло остановить Ану, желающую во что бы то ни стало защитить любимого?

     Она едва дождалась, когда мама проводит отца на охоту, и ошарашила ее своим требованием:

     – Отведи меня к ведунье!

     Ана была уверена, что мама сперва примется выяснять причину, а потом начнет отговаривать дочь, убеждая, что это бесполезно, но она только тепло кивнула.

     – Я боялась, ты никогда не попросишь.

     Ана с трудом скрыла удивление, но вот признательную улыбку не удержала. От этих слов ей неожиданно стало легко и спокойно, ведь они значили, что мама все понимала и не осуждала, несмотря на те фразы, что слышала от дочери о Хедине в последнем душевном разговоре. Ана ведь после ничего ей не рассказывала, не имея сил делить свое счастье, и маме приходилось лишь догадываться о произошедших в жизни дочери переменах. Слава Ойре, хороших! И чтобы снова не плюхнуться в беспросветное отчаяние, Ана была готова на все. Даже на раздор с ведуньей.

     И вот они с мамой уже шли по лесу, пробудившемуся от зимней спячки, но еще не принарядившемуся к новому сезону. То тут, то там встречались ручейки, огибающие островки последнего ноздреватого снега, а на солнечных полянках уже вовсю зеленели первые вешние травы, и Ана вдруг поняла, что не выбрала цветок, который хотела бы положить в оберег.

     Она закрутила головой в поисках подходящего растения, потом беспомощно посмотрела на маму. Зимние девушки клали в мешочек засушенные цветы, но Ана почему-то чувствовала, что в ее обереге должна быть только свежесорванная трава – как символ жизни, ради которой Ана все и затеяла.

     – Расскажешь ведунье про любимого – она обязательно что-нибудь посоветует, – сказала мама, когда Ана, ничего не придумав, стыдливо пожаловалась ей на свою недальновидность. Ана покачала головой.

     – Я и так раньше срока. Если еще и с пустыми руками...

     – А мы не с пустыми, – улыбнулась мама и кивнула на корзинку в своей руке. – Я, правда, не все успела: думала, у нас чуть больше времени.

     – Я тоже так думала, – вздохнула Ана и неловко, исподлобья, посмотрела на маму. – Не спросишь?

     Мама повела плечами, потом неожиданно улыбнулась.

     – Я видела Хедина, – сказала она. – Он изо всех сил пытался скрыть собственное счастье, чтобы ни с кем, кроме тебя, им не делиться. Вы с ним в этом очень похожи.

     Ана снова вздохнула, охваченная угрызениями совести.

     – Не только в этом, – призналась она. – Я даже не думала, что у нас с ним может быть столько общего. Чем жила я и чем жил Хед...

     – Он жил тобой, – просто ответила мама, но с таким чувством, что ей невозможно было не поверить. – С самого детства. Только он не хотел этого показывать.

     – А я не хотела замечать, – горько усмехнулась Ана. – Огрызалась и колола, как крапива. Чтобы еще и после болело.

     – Крапива не только жжется, она еще и от бед охраняет, – напомнила мама, и Ана вздрогнула.

     – В бою защищает и победу в войне сулит! – подхватила она и от полноты чувств крепко обняла маму. Конечно, та не случайно заговорила о крапиве: знала, чем помочь дочери. Осталось только разыскать заветную травку. Ну да в лесу за этим дело не станет. – Спасибо!

     – Лучшее спасибо – твое счастье, – ответила мама и тоже ласково ее обняла. – И, что бы ни сказала ведунья, знай, что вы сможете его добиться. Если только не будете бояться препятствий, оправдывая свою трусость всякими благородными целями.

     Ана негромко хихикнула, понимая, о чем мама говорит. Они с отцом в свое время наломали дров, действуя из самых лучших побуждений. Но у Аны с Хедином все по-другому. Они если и трусили, то точно лишь из собственного эгоизма.

     Впрочем, расплата за это следовала не менее суровая.



Вера Эн

Отредактировано: 29.12.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться