Тайна синей горы

Глава 8.3

В конце концов Бхима и Сергей решили идти только вдвоем. Вишакха деви положила в рюкзак Сергея два глиняных горшочка, банку с топленым маслом, рис, бананы, пакетик со специями, немного овощей. Куна проводил друзей до края деревни:

— Дорожка идет вдоль берега этого ручья. Вода в нем чистая, можно пить. Увидите храмы, около них живут садху. Там и спросите, куда дальше.

Бхима и Сергей попрощались с Куной и пошли по берегу журчащего ручья. В лесу все цвело, пели птицы, ветерок разносил сладкий аромат цветущих деревьев. Вскоре показался очень древний храм. От живших около него садху друзья узнали, что в нем не было постоянного священника. Побродив вокруг, совершив омовение в ручье вместе с садху, Бхима и Сергей пошли дальше. Тропинка уже шла между скал и становилась все незаметней и незаметней. После очередного поворота друзья остановились. Прямо на середине тропинки в стойке кобры изогнулась огромная зеленая змея. Ее розовые глаза смотрели в джунгли. На путников змея не обратила никакого внимания.

— Дай нам, пожалуйста, пройти, — сказал ей Бхима.

Сергей взял камень и запустил его в змею. Змея грациозно отклонилась и снова неподвижно застыла.

— Асита, Артиман, Астика, Сунитха, — начал повторять мантру от змей, состоящую из имен великих святых, Бхима. — Асита, Артиман, Астика, Сунитха. Надо же, не действует. Всегда работала, а сейчас нет. Странно. Пойдем другой дорогой. Сдается мне, что эта тропинка ведет к жилищу йога, который сына Дхаумьи полоскал в гхате. Помнишь, Куна про него говорил, что Дурваса не любит, когда его беспокоят. Поэтому и мантра не действует.

— Хорошо, пойдем.

Друзья немного вернулись и пошли в обход по другой тропинке. Между двумя цветущими деревьями Сергей заметил ступеньки, ведущие к ручью.

— Здесь явно кто-то живет. Спустимся.

Около ступенек начинался маленький садик, упирающийся в скалу. В ней была железная дверь, закрытая на замок, и зарешеченное окошко. Друзья подошли к окну и заглянули внутрь. В конце пещеры — алтарь с Радха-Кришной, около двери — подстилки из соломы и священной травы куша.

— Ты прав, — произнес Бхима. — Здесь, скорее всего, живет садху.

— Можно у него отдохнуть и приготовить прасад?

— Конечно. Мы брахмачари, а у индусов в крови уважительное отношение к тем, кто серьезно идет по пути святости. Я года три назад шесть месяцев жил в Бангалоре. Мы распространяли священные книги по домам. А двери большинства домов почти всегда открыты. Мы спокойно заходили без разрешения. И это все воспринимали как должное. Еще и почтение нам оказывали. Поэтому, я думаю, мы можем ненадолго оккупировать этот замечательный уголок.

Широкий внутренний дворик был выложен глиной. По краям дворика, на границе с джунглями, росли цветы, бобовые, разные овощи и бананы. Слева был огорожен участочек для священной туласи. Около двери находился импровизированный стол из ствола дерева и сколоченных досок. Рядом, в небольшом углублении, стояла ступка и лежал нож. Недалеко от стола располагался очаг с котелком.

— Замечательно, — весело произнес Сергей. — Кухня есть, столовая есть, огород есть. Что может быть прекрасней для молодых, здоровых, холостых и голодных мужчин? Приступим.

Пока Сергей разжигал огонь, Бхима помыл в ручье рис и набрал воды. Наконец котелок поставили на огонь.

— Так. Теперь надо посмотреть, что у нас имеется для сабджи. — Бхима хозяйским взглядом окинул огородик. — Шпинат, петрушка, кинза, горох, бобы. Солидно. Плюс наши припасы. Серег, у нас будет замечательный обед: рис, шак, сабджи и чистейшая живая вода.

Через час друзья сидели за столом и ели. Бхима поднес ко рту очередную порцию риса и замер. Напротив него, на другой стороне дворика, уцепившись рукой за ветку чампаки, висела большая обезьяна и скалила рожу. В агрессивности намерений обезьяны сомневаться не приходилось.

— О нет, только не это, — Бхима страдальчески сморщился. — Нашему обеду и имуществу угрожает опасность.

Сергей тоже заметил обезьяну:

— Обычно они перемещаются стаями. Быстро доедаем.

В этот момент сверху посыпались обезьяны. Две из них подбежали к столу и хотели стащить банановые листья, на которых лежал прасад. Сергей левой рукой влепил затрещины обеим, и обезьяны, поскуливая, ретировались.

— Сначала доедаешь ты, а я сторожу, потом сторожить будешь ты, — сказал Сергей, прикрывая банановым листом, чтобы обезьяны взглядом не осквернили, свой прасад.

Бхима быстро доел обед, ополоснул рот и руки, взял толстую палку и встал около стола на страже. Любые попытки обезьян похитить съестное он пресекал, рассекая перед обезьяной со свистом воздух.

— Похоже, они не дадут нам спокойно отдохнуть, — удрученно заметил Сергей, вытирая руки и лицо после умывания.

— Точно, — подтвердил Бхима. — Это тебе не обезьяны из Айодхьи. Надо вещи положить так, чтобы они не стащили.

Друзья завалили сумку и рюкзак камнями и уселись около туласи.

— В Айодхье воспитанные обезьяны?