Тайна Зоны

ЧАЭС, под разрушенным четвертым энергоблоком.

Вентиляционная шахта привела небольшой отряд смельчаков к огромной решетке, преграждавшей выход. Решетка не явилась преградой – ее вынесли в считанные секунды. Из шахты группа попала в какой-то коридор, похожий больше на ангар. Метров десять в высоту, по ширине – свободно разъедутся два грузовика. Повсюду лежал толстый слой пыли – этим коридором или ангаром давно никто не пользовался.
Пройдя метров двести, обнаружили в стене неприметную дверь. Через нее попали в большой просторный зал, заставленный древней аппаратурой. По стенам полукругом стояли металлические столы с вмонтированными в них компьютерами еще той, советской эпохи. Ряды кнопок и тумблеров, как и все вокруг, покрывал слой пыли. Стены за столами от пола до потолка занимали какие конструкции, утыканные разноцветными лампочками. У выхода над дверью висели электронные часы – большой и наверняка тяжелый ламповый модель, заключенный в объемный деревянный корпус. Видимо, какой-то центр управления чем-то…
Пройдя несколько подобных залов, группа вышла в огромный цех. Или что-то похожее на него. Несколько десятков метров в ширину, обе стены уходили вверх – на равных промежутках виднелись поручни, окна, похожие на корабельные иллюминаторы, какие приборы – массивные тумбы с подходящими к ним проводами и кабелями. Судя по тому, что пыли и мусора было мало по сравнению с теми помещениями, через которые группа прошла до этого, можно было предположить, что этот зал время от времени для чего-то используется фанатиками.
И, словно в подтверждение этому, сверху прогрохотала очередь. Группа бросилась в разные стороны, рассредоточиваясь по залу. Вскинули вверху стволы автоматов, ответили дружным огнем по нападавшим. На третьем уровне по небольшой площадке пробирались два бойца Монолита – то ли патруль, посланный на их поиски, то ли случайно увидевшие группу охранники. Хотя от кого Монолиту на станции охранять что-то?
Хлопнула винтовка снайпера-наемника. Один из фанатиков завалился набок, выронив автомат. Другого фанатика завалили, перенеся на него огонь из пяти стволов. Седой задал маршрут, указав вглубь зала – там должна была находиться дверь.
Два подобных этому залу проходили уже с боями. Фанатики, видимо, пользовались радиостанциями – иначе как они могли узнать о нахождении группы? Вероятно, группа вышла в правильном направлении – иначе с какой стати фанатикам так яростно сопротивляться? Понятно, что смельчаков, дерзнувших пробраться на станцию, нужно уничтожить. Но ведь достаточно послать пару карательных отрядов или организовать «клещи», из которых смельчакам не выбраться. А не переть отовсюду, подобно тараканам, не считаясь с потерями. Или, может, фанатикам была обещана награда за головы храбрецов?
Преодолев последний зал, группа оказалась в небольшом коридорчике. Сзади наседали фанатики, пробиравшиеся в зал непонятно какими путями. Судя по ожесточенной перестрелке впереди, на выходе их тоже уже ждали… Попали, блин… Фанатики теперь и сзади, и спереди. Закидают группу гранатами, даже неприцельно постреляют из гаусс-пушки – и выживших бойцов группы можно будет взять с первой же попытки. Или дождаться, пока у них не кончатся боеприпасы… 
Металлическую дверь в цех, из которого они попали в этот коридор, заблокировали всем, что нашли. Конечно, преграда хрупкая – достаточно одного выстрела из подствольника, чтобы разнести дверь в клочья…
…На забрале шлема бывшего лейтенанта Зубова горело уже три красные полоски. Первая предупреждала о повреждении костюма, вторая о тяжелом ранении оператора костюма. Третья зажглась совсем недавно, и означала, что система жизнеобеспечения полностью отработала свой ресурс. Она уже не впрыскивала на рану ни спрей, ни мазь, и уже достаточно долго не колола обезболивающее. Боль от ранения и жжение в ране усиливалось с каждой минутой. Лейтенант Зубов до того, как попал на службу в Зону, успел повоевать и прекрасно понимал, что означает его ранение… 
Седой, под прикрытием двух пулеметов Рейтара, тем временем перестроил группу и объяснял действия. Необходимо было прорвать заслон фанатиков впереди. Иначе – всем конец…
- Первые - я и Таран, позиция для стрельбы с колена. Вторыми – Пуля и Рыжий, позиция для стрельбы стоя, открываете огонь из подствольников. По паре гранат, думаю, хватит, - до всех вдруг дошло, что Седой впервые назвал своего подчиненного по имени. Хотя Рыжий это имя, а прозвище, но в Зоне именно прозвище является именем, - Едва мы отстреливаемся, вы открываете стрельбу. Мы тем временем перезаряжаемся и двигаемся вперед, насколько успеем. Когда вы отстреляетесь, двигаетесь за нами, перезарядка на ходу. Вас прикрывают Рейтар – его огневая мощь позволит создать необходимую плотность огня. За Пулей и Рыжим, под прикрытием огня Рейтара, двигаются Барс и Зуб, заодно смотрят назад, чтобы фанатики со спины не ворвались, иначе нас всех покрошат…   
Чуть пошатываясь, Зубов подошел к Седому.
- Не прорвутся… пока… - он не договорил, но все поняли, что военный имел в виду. – Мне б гранат хоть пару штук… Свои уже израсходовал…
- Ты уверен, что… - начал было Рейтар, не торопясь протягивать Зубу гранаты.
- Уверен! Седой знает, что со мной, - Седой моча кивнул, передав на забрало всем бойцам информацию о состоянии бывшего лейтенанта. Зуб повернулся к Барсу. – У тебя патронов к пулемету немного осталось? А то у меня один диск, и тот наполовину пуст…
Барс отдал ему оставшийся диск, отстегнул полупустой от пулемета, протянул их Зубу. Взамен принял несколько магазинов к автомату. Каждый дал Зубу по гранате. Рейтар протянул ему странного вида, почти без ребер, гранату со странным капсюлем. Пуля догадался, что именно такую гранату применил он тогда, на Дикой Территории.
…Фанатики, поливая пулями дверь, за которой укрылись неверные, медленно приближались к ней. Неверные, посягнувшие на честь их божества - Монолита, должны быть уничтожены. Они, бойцы группировки Монолит – преданные солдаты своего божества, обязанные защищать его. Защищать от любых посягательств…
Внезапно дверь широко распахнулась, из проема кто-то рухнул на грязный, в щербинах, бетонный пол. Больше ближайшие фанатики разглядеть ничего не успели. Загрохотали выстрелы, в проеме появилось две фигуры, из оружия которых синхронно, с глухим хлопком, выплюнули подствольные гранаты, гулко разорвавшиеся позади. Выживших фанатиков добили быстро. И также быстро двинулись по коридору.
Позади раздался глухой взрыв. И почти сразу же короткие очереди из пулемета. В ответ огрызалось с десяток автоматов. Пулемет то затихал, то снова начинал стрелять экономными очередями. Глухо бухнул взрыв гранаты. За ним еще один… И снова заработал пулемет. Только теперь он бил уже не короткими, на поражение, очередями, а хлестал длинными, не давая подобраться к нему. Снова взрыв. Короткая очередь пулемета. И наступила тишина…
На забралах шлемов бойцов группы бледно-зеленый, обозначавший лейтенанта Зубова, сменился на мерцающий светло-серый. После недолгой паузу прозвучал хлопок, показавшийся громким. Следом за хлопком раздался рев минимум десятка глоток, очень быстро затихший…
. Пуля понял, что это означало – Зуб использовал данную ему Рейтаром гранату. Позади очень громко грохнуло – взорвалось сразу две гранаты… Светло-серый треугольник, обозначавший Зубова, пару раз мигнул и пропал. Вместе с несколькими красными, появившимися за долю секунды до взрыва…
Понятно, что случилось с Зубовым. Подорвал себя вместе с фанатиками, прорвавшимися в коридор… Странно – еще сутки назад ни Барс, ни Таран не смогли бы даже подумать, что когда-нибудь назовут военного своим товарищем…



Андрей Рачковский

Отредактировано: 08.12.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться