Тайны Океана

VII. ГЛАВА. ОБЕЩАНИЕ

VII. ГЛАВА. ОБЕЩАНИЕ.

Керем Озтюрк

Впервые в жизни Керем сожалел о том, что натворил. Сидел на лавке в дальнем углу камеры предварительного заключения, подтянув к себе одну ногу и обняв её, уронил голову на руки. Каждый раз, когда закрывал глаза – видел, как огонь пожирает щуплую фигурку Дерьи. В его видениях она ещё и кричала от боли с заклеенным широким скотчем ртом.

- Что? Гордишься своим поступком? – подсел к нему старший, его только сейчас привели из допросной. – Теперь понимаешь, что твои игры начали заходить слишком далеко?

- Я не знал… - Керема снова дёрнуло в полубреду, он очнулся, отвечал сейчас не брату, а говорил с ней. – Что всё так выйдет… - поморгал глазами, сообразив, где находится.

- Я тебе много раз говорил, что издевательства над людьми и тяга всех заставить тебя «любить» не приведут в конечном итоге к добру! – старший особо выделил слово «Любить».

Осман прекрасно знал, что Керем всегда добивался подчинения от всех учеников в школе. Дома он был лишен всего, зато в лицее мог вынудить посредством запугивания, шантажа или влияния, а, возможно, и внушительного вида, да и красавцем слыл, каких ещё поискать.

Осман тоже был красив, спасибо родительским генам. Стоило двум братьям явиться куда-то на вечеринку, то оба всегда были центром внимания не только парней, но и девушек. К младшему все тянулись. Он умел заводить толпу.

- Что ж… - подошла к камере адвокат Далма-ханым. – Ты, ты и ты… - показывала на парней, которые хорохорились рядом с Керемом, но всё же глядели на происходящее испуганными глазами. – Осман, тебя же должны были освободить?! – поразилась молодая женщина.

- Я буду с братом до тех пор, пока его не выпустят! – гордо заявил, Далма чуть не рассмеялась.

Вот так и она когда-то защищала свою старшую сестрёнку, только ситуация была иной. В том положении, в котором осталась её любимая Церен, врагу не пожелаешь. Далма задумалась, вернувшись в прошлое мыслями. Вынырнула из воспоминаний из-за противного скрежета в замке, друзей Керема освободили. К женщине-адвокту подошел один из подопечных, самый проблемный. Тот, из-за которого она находится здесь, а не печёт печенье для своей тощей племянницы.

Керем взялся руками за толстые прутья камеры, в которой их держали полночи. Он молчал. Не стремился выйти. Видно было, что хочет спросить, но не находит слов.

- С тобой придётся повозиться… - щелкнула пальцами, наклонив несколько раз голову то вправо, то влево.

Керем же мотнул головой, мол, не то хотел узнать.

- Её нашли..? – смог выдавить из себя вопрос, не дававший покоя.

- Кого? – Далме позавидовали бы лучшие актрисы, она так искренне недоумевала. – С вами был ещё кто-то? – заставит этого школьника переростка пожалеть о том, что сделал.

- Дерья! – его пальцы побелели от той силы, с какой он ухватился за решетку. – Скажите, что она жива! – не хотел повышать голос, еле сдерживался.

- Ааа… - протянула спокойно адвокатша. – Ищут! – в этот раз женщина посмотрела на него прямым немигающим испепеляющим взглядом. – Сначала натворил делов, потом спрашиваешь: «Жива или нет?» - её губы тронула кривая усмешка, как-то резковато выдохнула. – Зачем ты это сделал? – под давлением тёмных глаз Керем растерялся.

- Я не хотел всего этого… - попробовал сглотнуть, получилось не очень, давно мучился от жажды, но позволить себе пить не мог. – Хотел только припугнуть.

- У тебя получилось? – слишком быстро спросила.

Керем поник головой, отрицательно покачав.

- Тебя надолго не задержат. – хрустнула пальцами недовольно. Хотелось упрятать этого хлыща надолго, но племяшка уговорила этого не делать, пообещав отыграться на нём своими способами. Далма верила в то, что Дашка выполнит обещанное, потому и сделала своё дело. – Твои родители заплатили немаленький штраф, возместили убытки после пожара. Ты свободен тоже… - указала на открытую дверь камеры. – Только имей ввиду, полностью отмазать не вышло, выпустили под подписку о невыезде из страны и двухмесячный испытательный срок. Не смей даже кружку в столовой разбить вместе с дружками! – проговорив, окинула колючим взглядом всю перепуганную компанию. – В противном случае единолично стану для вас обвинителем. И да будет вам известно, я не проиграла ещё ни одного дела, и в дальнейшем проигрывать не намерена! – эти слова были направлены в сторону Керема, который на негнущихся ногах выходил из обезьянника.

Парень не знал, как ему дальше жить. Злая шутка превратилась в трагедию. Его циничная идея привела к возможной смерти девушки, а его здесь и сейчас освободили живого и здорового. На пороге участка дожидался отец. Салим Озтюрк, как всегда, убивал сына строгим взглядом и полным молчанием. Лишь рукой указал на машину. Водитель приоткрыл перед ними дверь. Парню ничего не оставалось, как проследовать в указанном направлении.

- Я не хочу, чтобы вы встречались! – слова родной матери отвлекли от раздумий и самобичевания.

Керем поднял глаза на мать с братом. Осман лишь одобряюще улыбнулся младшему.

- Мама! – заявил он госпоже Шахин. – Мне исполнилось 18, я теперь сам могу решать, с кем мне стоит или не стоит встречаться!

Наиль Шахин и Салим Озтюрк переглянулись.

- Держитесь от нас подальше! – истерично завопила женщина, подтолкнув старшего сына к своему автомобилю, глазищами сверля бывшего мужа.

- Думаете, эти запреты к чему-то хорошему приведут? – Далма поинтересовалась громко, привлекая внимание.

Осман и Керем были благодарны ей за это, поэтому присмотрелись к молодой женщине повнимательнее. Высокая темноволосая защитница спускалась по ступеням, что-то отыскивая в своей сумочке. Выудила ключи от авто, радостно улыбнулась.