Тайны забытых времён. Принять дар

Размер шрифта: - +

Глава восьмая

 Кьял. Маленький тихий городок, лежащий в стороне от основных торговых путей. Ныне он мало кому известен, однако были времена, несколько столетий, скорее, даже тысячелетий назад, когда все в округе знали об этом месте. А всё потому, что в ближайших лесах водились дикие кьялы — магические существа, имеющие вид кошачьих, но обладающих крыльями и способностью летать. Если удавалось приручить кьяла, то он становился верным спутником и помощником на всю жизнь, привязываясь к хозяину узами, разорвать которые не могла никакая магия. Правда, приручить их было непросто: они чувствовали характер, душу человека, могли понять его мотивы и потому сами выбирали себе хозяев. А ещё очень любили свободу. 

      Никто не знал, откуда кьялы взялись. Появились ли они в эпоху Древних, про которую уже в те времена мало кто знал, или же пришли в этот мир на заре эпохи Драконов вместе с первыми представителями этой мудрой расы. Кьялы всегда жили обособленно, предпочитая оживлённым местам тихие дремучие леса, но спустя какое-то время люди, желающие расширить свои территории, добрались и до их убежищ. Поначалу их пытались истребить, но вскоре поняли, что территорию кьялы не отдадут, хищники оказались не по зубам людям, которые ещё не владели магией. Спустя какое-то время одному человеку, имя его, увы, стёрлось из истории, удалось приручить кьяла, и с тех пор, как только люди осознали всю выгоду этого сотрудничества, появилось множество желающих обладать своим собственным волшебным существом. Постепенно их становилось всё больше, небольшое поселение уже не могло вместить всех, и потому решили построить город, что сейчас носит название Кьял. 

      Однако сами эти существа в нынешние времена практически не встречаются. Существовало множество версий, куда они исчезли. Кто-то говорил, что они способны путешествовать между мирами и нашли себе другой дом, кто-то, и даже появилась такая история, впоследствии превратившаяся в легенду, что кьялы обрели вторую ипостась, и первые из них стали прародителями расы истелас. Некоторое время среди людей ходила версия о неком магическом катаклизме, в результате которого кьялы и исчезли, потому что не смогли жить в изменившихся условиях. Но эта версия не просуществовала долго: если бы катаклизм и произошёл, его бы обязательно заметили, если не люди, то эльфы или драконы. Так или иначе, кьялов осталась всего пара десятков, да и они были из тех, что выбрали себе хозяина. Но в этих краях сохранилось множество упоминаний о древних существах: барельефы, украшавшие здания наиболее богатых жителей, статуи на площадях — чем больше площадь, тем больше стоящая на ней скульптура. Иногда они изображали только одного кьяла, иногда — кьяла и его хозяина.

       Изображения находились практически повсюду: стоило лишь поднять глаза и посмотреть по сторонам, как практически моментально можно наткнуться либо на барельеф, либо на фреску или же витраж, если, конечно, владелец дома мог его себе позволить. Но Алеста, бездумно бродящая по городу, не замечала ничего вокруг, просто не находила в себе сил посмотреть по сторонам. Она всё пыталась найти место, где можно бы было отдохнуть, но прекрасно понимала, что без денег её никуда не пустят. На улицах оказалось на удивление пусто, видимо, она забрела в малонаселённую часть города, но даже не заметила этого. Поняв, что идти уже не в силах, Алеста завернула за угол ближайшей улочки и, найдя относительно сухое место, села на землю, прислонившись спиной к стене дома. 

      Ноги гудели от непривычно долгой ходьбы, хотелось просидеть на этом клочке земли целую вечность, не двигаясь, не думая совершенно ни о чём. Но пустой желудок давал о себе знать. Алеста запустила руку в висящий на поясе мешочек. Вроде бы там ещё оставалось немного черники, на которую она случайно набрела днём. Увы, ягод оказалось мало, и хоть как-то утолить голод они не могли. Съев имеющийся запас, Алеста продолжила рыться в мешочке, проверяя, не закатилась ли ягода под лепестки цветка. К её сожалению, черника закончилась, но, пока девушка смотрела на белые пятилепестковые цветы, в сознании начала формироваться идея, которая ещё не обрела окончательную форму. А что, если?.. Нет, не то, не та мысль проскочила в сознании мгновение назад. Та уже исчезла, испарилась, будто и не появлялась вовсе или спряталась где-то в глубине, ускользая, стоило лишь приблизиться, попробовать схватить за хвост. 

      — Ты уверена, что она здесь? — в, наверное, сотый раз спросил Элверд. За день ему порядком надоело бродить по округе, пытаясь найти сумевшую улизнуть девчонку. Алесту же, сидевшую за поворотом улицы, мимо которой проходили маги, знакомый голос заставил отвлечься от гипнотизирования цветков и прислушаться к разговору. Почему-то у неё даже не возникло сомнений, что речь идёт именно о ней.
      — Говорю же, — устало, видимо, разговор повторялся не в первый раз, произнесла Изуми, — след от заклятья ведёт сюда, в этот город. И, — опережая следующий вопрос, поспешила добавить, — точное её местоположение я не могу определить уже порядка трёх амитов. Будто что-то её скрывает. 

      Алеста невольно сжала в ладони ключ. «Около трёх амитов… — чуть не произнесла она вслух. — Примерно тогда я подобрала артефакт. Но способен ли он на такое?» После короткого отдыха к ней вернулась способность мыслить трезво, и теперь Алеста пыталась понять услышанное, но, погрузившись в свои мысли, пропустила часть разговора. 
      — … жаль, всё-таки не удалось, — голос Микело звучал тише, видно, маги успели отойти от поворота. 

      — А я говорила, что план мне не нравится, — в ответ на это послышался лишь тихий вздох Элверда: похоже, и эту тему они сегодня не раз поднимали. — Надо ж было до такого додуматься! —казалось, возмущению Изуми не было предела, но знающие её спутники понимали, что за ним женщина пыталась скрыть усталость. — Напугать её до смерти и ждать, что она придёт за помощью. 

      Алеста, уже с трудом слышавшая разговор, подскочила, поняв смысл последний фразы. Так нападение нечисти — дело рук этих магов?! Решив, что хочет узнать больше, девушка направилась следом, держась на расстоянии, так, чтобы её трудно было заметить. 

      — Ну, если бы кое-кто за ней присмотрел, она бы не сбежала, — выразительно глядя на Изуми, проговорил Элверд. 
      — Если бы кое-кому, — колдунья перевела взгляд на напарника, — не понадобилась помощь, я бы за ней проследила, а так — повесила заклинание. Не моя вина, что оно перестало работать. 

      Элверд поднял руку, призывая напарников остановиться, и, что-то им прошептав, посмотрел по сторонам. Маги, до этого казавшиеся расслабленными, не обращающими внимания на то, что происходит вокруг, мигом подобрались, будто готовились к битве. Изуми сделала шаг назад, готовясь прикрывать мужчин от возможной атаки. В этот же момент Микело, не думая долго, потянулся к мечу. Подошедшая слишком близко Алеста поспешила сделать несколько шагов назад, опасаясь, что её заметят. И, стоило ей отойти, как маги, поглядев на всякий случай по сторонам и не заметив опасности, неспешно двинулись дальше, тихо переговариваясь о чём-то своём. 

      Следовать за ними Алеста не решилась: и так чуть не нарвалась на неприятности, а в свете того, что она слышала и додумала самостоятельно, отпало всякое желание связываться с магами. Стоило и о себе подумать. Конечно, до того, как стемнеет, оставалось ещё около четырёх-пяти амитов, — она не могла определить точнее — но есть хотелось уже сейчас, да и на ночь следовало бы где-то остановится, ей не хотелось провести ещё одну ночь под открытым небом. Тем более в сознании появилось некое подобие плана, и теперь Алеста направилась на поиски лавки травника. 

      Алеста долго бродила по городу, так как не знала, в какую сторону идти. Пару раз она порывалась спросить дорогу у случайных прохожих, но те не желали даже её выслушать. Очередной переулок закончился тупиком. В растерянности посмотрев по сторонам, Алеста прислушалась: откуда-то доносился шум толпы, но девушка никак не могла понять, откуда. Усталость, отступившая после короткого отдыха, вновь давала о себе знать. Хотелось забросить всё и просто лечь посреди улицы, и не важно, что грязно, сыро, ходят люди. Вновь завернув, повинуясь лишь молчащей интуиции, Алеста вышла на более оживлённую улицу, чем все те, по которым она бродила до этого. Покрутив головой и не заметив ни намёка на лавку травника, она огорчённо вздохнула и предприняла ещё одну попытку узнать нужную информацию. 

      — Извините… — робко начала Алеста, подходя к прилично одетому мужчине. — Не могли бы Вы…

      Прохожий смерил её надменным взглядом, задержавшимся на рваной рубахе, достал из небольшого мешочка, притороченного к широкому поясу, пару медных монет, кинул их девушке под ноги и пошёл дальше. Алеста, смотря на них широко распахнутыми глазами, медленно, пытаясь осознать, что произошло, наклонилась и подняла монеты. Удивление и потрясение оказались столь велики, что она ещё почти альт стояла неподвижно, лишь перебирая медяки в руке. Конечно, она знала, что после долго пути по лесу выглядит не лучшим образом. Но не настолько же, чтобы принять её за нищенку и попрошайку? Она всего лишь хотела спросить дорогу, а не деньги. Но догонять и объяснять что либо было уже поздно: мужчина успел скрыться из виду. А потому, решив, что деньги лишними не бывают, и спрятав монеты в мешочек на поясе, Алеста вернулась к поискам лавки травника. 

      Алесте пришлось ещё некоторое время поплутать по узким, без конца петляющим улицам, прежде чем она наткнулась на небольшое двухэтажное здание практически на окраине города. Через окно, мимо которого она проходила, Алеста заметила висящие под потолком пучки трав и лишь по этому смогла определить, что это та лавка, которую она искала так долго. Покрутив головой и не найдя никакой вывески, она приблизилась к входной двери и нерешительно потянула её на себя. Дверь не поддалась. Девушка потянула сильнее, но, додумавшись и мысленно назвав себя глупой, толкнула деревянную поверхность двери. Раздался тихий перезвон колокольчиков, не ожидав этого, Алеста невольно сделала шаг назад, но уже через мгновение улыбнулась и зашла в помещение. 

      Лавка оказалась небольшой, даже меньше, чем девушке показалось снаружи, но в ней приятно пахло сушёными травами. Вдохнув полной грудью этот приятный запах, Алеста на пару мгновения почувствовала себя дома. Тряхнув головой, прогоняя ненужные сейчас чувства, она осмотрелась. Над печкой, стоявшей в углу, висели недавно собранные травы, подойдя ближе, Алеста поняла, что некоторые из них повешены лишь сегодня, а некоторые — пару дней назад. Многие из них она могла различить, но кое-какие видела впервые. По чуть скрипящему полу Алеста подошла к прилавку, расположенному напротив входной двери. На нём стояли различные баночки, наполненные засушенными и измельчёнными цветами и травами. 

      — Вам чем-нибудь помочь? — незнакомый голос невольно заставил Алесту отшатнуться и случайно споткнуться о чуть выступающую над всеми остальными доску. Занятая осмотром лавки, она забыла, что в ней должен быть продавец, и лишь сейчас, подняв глаза, увидела пожилого мужчину, сидящего за прилавком. 
      — Нет, то есть, да, — запутавшись в собственных мыслях, пролепетала Алеста. — Я бы хотела продать эти цветки, — от волнения её речь стала быстрой и неразборчивой, а между тем Алеста, запутавшись в нитках, которыми завязывался мешочек на поясе, излишне поспешила и только туже затянула узел. 

      — Давай помедленней, — добродушно произнёс мужчина, заметив волнение Алесты. — Ты хочешь что-то продать?
      — Да, вот, — справившись с завязками на мешке, она достала пару крупных цветков, — смолёвка узколистная. Правда, — увидев на лепестках светло-фиолетовые пятна, поспешила добавить Алеста, — она некоторое время полежала рядом с черникой, но на свойства это никак не повлияло. Ну что? — подождав, пока торговец рассмотрит цветки, нетерпеливо спросила Алеста.

      — Много у тебя этих цветов? — дождавшись, когда девушка достанет из мешочка всё, что там было, мужчина продолжил. — Могу предложить за них тридцать медяков. Устроит?
      — Да, вполне, — кивнула не разбирающаяся в ценах Алеста. — И не подскажите, где можно дёшево остановиться на ночь? 

      — Чего ж не подсказать, — улыбнулся торговец, довольный, что сумел выкупить цветы за полцены. — Сейчас выйдешь, завернёшь направо, на следующем перекрёстке снова направо и прямо до конца улицы. Там, на окраине города, самый дешёвый постоялый двор в округе. 
      — Спасибо большое! — сгребая в мешочек монеты, произнесла Алеста. — До свидания.

      Она развернулась и направилась к выходу. На улице смеркалось, а потому девушка ускорила шаг, желая добраться до подворья раньше, чем стемнеет окончательно. Бродя по городу и лавке травника, Алеста совсем потеряла счёт времени и уже не представляла, который сейчас амит. К счастью, до постоялого двора оказалось рукой подать, и спустя какой-то десяток альтов Алеста уже перешагивала через порог ветхого двухэтажного здания. 

      Внутри царил полумрак, и Алеста, чьи глаза не привыкли к такому освещению, случайно наткнулась на один из столов, стоящий слишком близко к входу. Однако вскоре она уже вовсю осматривалась по сторонам: раньше ей не доводилось бывать в заведениях такого рода, и поэтому её интересовала каждая мелочь. Помещение оказалось небольшим и старым, видимо, давно не ремонтировалось. Практически всюду стояли столы, иногда так тесно, что невозможно было пройти, не задев хоть один из них. Примерно напротив входа располагался длинный прилавок, вдоль которого находились стулья. К счастью, популярностью это заведение не пользовалось, поэтому посетителей практически не было. Лишь пара-тройка человек сидела за столиками.

      Неуверенным шагом, постоянно оглядываясь по сторонам, Алеста приблизилась к стойке, за которой сидел мужчина лет тридцати на вид и со скучающим видом что-то читал, из-за скудного освещения Алеста не могла разглядеть, что именно. Пару альтов постояв на месте, переступая с ноги на ногу, девушка кашлянула, желая привлечь внимание. 

      — Да, что Вы хотели? — не отвлекаясь от чтения, спросил мужчина.
      — За сколько можно остановиться на ночь и поужинать? 
      — Десять медяков самая простая комната, ещё 5 ужин и завтрак. 
      — Хорошо, — пересчитывая свои сбережения, от которых оставалась едва ли половина, произнесла Алеста. — Скажите, у Вас где-нибудь можно вымыться? 

      — За медяк могу сказать принести большую бочку и налить туда горячей воды. Устроит?
      — Да, вполне, — добавляя к лежащим на прилавке монетам ещё одну, проговорила Алеста, стараясь не покраснеть. 
      — Ужин могу подать через пять-десять альтов, или Вы желаете сначала вымыться? — протягивая девушке ключ от комнаты, проговорил мужчина. 
      — Сначала ужин, — прислушиваясь к урчанию желудка, ответила Алеста, отходя от стойки и присаживаясь за ближайший стол. 

      Она принялась ждать, прислушиваясь к каждому шороху и постоянно оглядываясь по сторонам, словно проверяя, не приблизился ли кто со спины. Девушка чувствовала себя не в своей тарелке, хорошо ещё людей было немного, она не представляла, как бы ощущала себя в толпе народа. К счастью ждать пришлось недолго, всего через пару альтов к Алесте подошла служившая в постоялом дворе девушка, немногим старше самой Алесты, и молча поставила перед ней тарелку с ароматной картошкой, посыпанной укропом, и чашку чая. 

      — Спасибо, — улыбнулась ей Алеста, подавляя желание взять еду руками, забыв, что вокруг неё есть ещё люди. 

      Девушка так же молча удалилась, а Алеста принялась за трапезу. Она старалась не спешить, зная, что после голодания вредно есть сразу много, но сама не заметила, как съела всё, что находилось в тарелке. 

      Вымывшись в тёплой, но успевшей немного остыть, воде и выстирав в ней же рубаху, Алеста улеглась на узкую, жёсткую кровать и лишь сейчас разрешила себе расслабиться. И стоило ей отпустить внутренний стержень, как на смену сопровождающему её почти весь день спокойствию пришла тоска. И спустя всего лишь какой-то альт Алеста тихо рыдала, уткнувшись в тонкую перьевую подушку. Но и слёзы не могли быть вечными, поэтому вскоре девушка заснула.

      Она шла по знакомым с детства лесам. Беспокойство не давало заснуть уже которую ночь, она не видела выхода из сложившейся ситуации, но на людях не показывала этого. Лишь здесь, в лесу, она могла быть собой, дать волю чувствам и эмоциям. 

      Она вышла на залитую светом двух лун поляну, куда всегда уходила, когда желала спрятаться от забот и печалей. Усевшись на сваленное бревно, девушка зажгла на ладони слабый огонёк. Плохо. Ещё пару дней назад пламя было сильнее. Магии вокруг становилось всё меньше, пока это не сказывалось на их жизни, но, если ничего не предпринять, в скором времени это превратиться в огромную проблему. Сколько им осталось пользоваться магией? Месяц, два? Вряд ли больше. 

      Она вздохнула, обхватывая руками плечи. Холодно. Она забыла, что вокруг давно не лето. Что же делать? Мысли, на пару мгновений переключившиеся на ощущения, вновь вернулись к подступающей всё ближе катастрофе. 

      — Не думаю, что Ваш отец одобрил бы Ваши ночные прогулки, — незнакомый, чуть насмешливый голос, раздавшийся позади, заставил её вздрогнуть, прежде чем обернуться. — О чём задумались, илайна*?
      — Прошу прощения, илайн, — она смотрела на светловолосого парня, стоящего напротив, и никак не могла вспомнить его имени. А ведь ей его представляли не так давно, буквально сегодня днём, но в тот момент её занимали совсем другие мысли, — но как Вы нашли меня?

      — Ваш отец просил присматривать за Вами, — она едва сдержала желание отмахнуться и закатить глаза, хоть и понимала, что двигало отцом, но его излишняя опека временами выводила из себя. — Прошу прощения, если помешал чему-то важному. 
      — Ничего страшного, — она улыбнулась, едва заметно, лишь так, как положено по этикету, не добавив в улыбку ни капли искренности. — Я лишь размышляла о… обо всём. 

      Надев привычную, скрывающую эмоции маску, она обвела рукой окружающее их пространство, словно показывая, что имеет в виду весь мир. Повисло молчание. Юноша, чьего имени она так и не вспомнила, остался стоять за спиной, не давая снять надоевшую за день маску. Задумавшись, она подняла взгляд к украшенному множеством звёзд небу и невольно улыбнулась. Редко выпадали дни, когда обе луны, освещающие этот мир, находились в одних фазах, ещё реже — когда обе были полными. Именно такой оказалась эта ночь. 

      — Вселяет надежду, не так ли? — проследив за её взглядом, подал голос юноша. 
      — О чём Вы? 
      — Говорят, увидеть двойное полнолуние — хороший знак. Знак, что всё наладится. 
      — И Вы в это верите? — она поправила выбившуюся прядь коротких рыжих волос. 

      — Когда кажется, что нет ни единого шанса изменить судьбу, вера может сотворить настоящее чудо, — он немного помолчал, а потом продолжил. — Так Вы придумали что-нибудь? 
      — Нет, — лишь на мгновение её маска дала трещину, и она сжала в кулак пальцы правой руки. — Нет ни одной мысли, что можно сделать. 
      — Так, может, стоит поверить в чудо? — он сел на то же бревно, не близко, но и не слишком далеко. — Раз уж Вы забыли, моё имя Кристиан. 


      Алеста проснулась с улыбкой на лице, сон принёс лишь положительные эмоции, которых ей так не хватало в последние дни. 

      — Так вот значит, как мы познакомились тогда, — едва слышно прошептала она, и тут же остановилась, задумавшись над фразой. 

      Впервые Алеста осознанно ассоциировала себя с девушкой, которую видела во снах, впервые посчитала, что они — единое целое. И это открытие удивило её, заставило задуматься, какие тайны скрываются за пеленой видений, что ещё они могут принести. В этот момент Алеста окончательно осознала, что не вернётся домой до тех пор, пока не выяснит, что всё это значит.

       Двери в прошлое закрылись. Оставался лишь один путь — вперёд. 



Катя Яковлева

Отредактировано: 09.06.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться