Там, где кончается ночь

Глава 12. ТЕМНОТА

 

Они больше не расцепляли рук. Дышащая холодом темнота надвигалась со всех сторон и пыталась сбить, запутать, напугать до смерти. Но их было двое, и они шли на далёкий зовущий голос, перед которым тьма была бессильна.

Они разговаривали о простых вещах, о которых, пожалуй, не должны говорить люди, попавшие в беду, и делали вид, что никакой тьмы и никакого холода на свете нет. Пара замёрзших, голодных, больных и уставших наглецов бессовестно насмехалась над первобытным человеческим страхом перед ночью…

Говорил в основном, конечно, Михал, у Вари на это почти не осталось сил, и он постоянно пытался расшевелить её. Сначала долго рассказывал разные веселые случаи из детства, а потом и вовсе начал учить девушку говорить по-польски, чтобы отвлечь их обоих от голода и усталости.

Иногда они ненадолго останавливались, чтобы отдохнуть, но почти сразу двигались дальше. Михал сам с трудом переставлял замёрзшие ноги, но Варе приходилось гораздо хуже. В отличие от него она не жила месяцами под открытым небом и не ходила в походы…

К счастью, темнота была не такой уж чёрной. Месяц светил, изредка прячась за рваные облака, и тени длинных прямых стволов ложились на снег. Колокольный звон давно затих, но на этот раз Михал был абсолютно уверен, что не собьется с нужного направления. Что-то внутри подсказывало ему: осталось совсем немного, и он буквально тащил на себе Варю, закинув её руку к себе на плечо. Воды у них не было, приходилось есть снег, несмотря на холод и сильную простуду.

— Идем, Бася… Держись! А ведь интересно приключение, да? Будет, что детям рассказать.

— Детям?.. — она слабо улыбнулась. — Каким детям?

— Обыкновенным! Мне кажется, они будут похожи на тебя. Или на твоего отца. Давай, Бася, ради них…

— Два мальчика, Миш?

— И младшая девочка. Иначе кого мне баловать? Бася! Бася, слышишь? Ответь!

Иногда его голос долетал до Вари словно издалека, она то и дело проваливалась в дрёму прямо на ходу. Даже мысли о том, что можно замёрзнуть, её, казалось, больше не тревожили.

— Миша… Послушай… Иди один, приведёшь кого-нибудь… Я дождусь…

— Да ты что? Бася, нельзя. Только вместе, помнишь?

Она кивнула, и он поцеловал её.

Варя старалась идти изо всех сил, но ноги не слушались, колени дрожали и подгибались.

Михал остановился, позволив девушке ненадолго присесть. Пока она отдыхала, он как следует растёр ей ладонями руки и ноги, скинул с себя мягкую барсовую шкуру и обернул ею Варины плечи.

— Что ты делаешь?.. — еле слышно прошептала Варя. Её сердце сжималось от страха за него. — Ты замёрзнешь. Ты и так болен…

Она протянула руку и тронула ладонью его лоб.

— Ты же совсем горячий. Мишенька… Перестань, не надо!

— Это ты холодная, вот тебе и кажется, — засмеялся Михал. — Трясёшься вон вся. Ничего мне не будет, а тебя беречь надо. Не мне детей рожать. Давай, держись, я понесу тебя!

Он взял её на руки и снова зашагал вперёд.

— Миша, зачем ты…

— Затем. Осталось совсем немного, поверь. Думай о том, что будет. О том, что лето придёт… Цветы распустятся. Я венок тебе сделаю, лучше любой короны.

— Мишка…

— Молчи, не надо тебе говорить. Поспи, если хочешь, я не дам тебе замёрзнуть.

«Сам бы не замёрз, глупый», — подумала Варя, обнимая его за шею.

Сил бороться со сном у неё не оставалась, и она не заметила, как погрузилась в спасительное беспамятство, где не было никаких тревог, только полная тишина.

 

Михал радовался, что Варя уснула, потому что во сне гораздо быстрее летит время. Тем более, он снова слышал вой. Выли далеко и пока ещё тихо, но Варе лучше было не знать об этом, иначе она совсем потеряет надежду.

Впрочем, Михалу это вполне могло казаться, потому что голова гудела, как улей, а сознание постоянно затуманивалось. Ему то слышались незнакомые голоса, то казалось, будто кто-то прячется за деревьями или крадётся следом, дыша в затылок. Несколько раз он оборачивался, уверенный, что их догоняет Шмель… Варя оказалась правда — у Михала начался сильный жар, и оттого он с трудом понимал, что видит и слышит на самом деле, а что родилось в его больной голове.

Но волки всё-таки были.

Он убедился в этом, когда вой раздался ближе и отчётливее. То ли прежняя стая решила вернуться и добить людей, то ли на смену этим волкам явились другие…

 

«Ярко светит месяц, скоро на охоту…»

 

Только на кого она, эта охота?

Михал понял, что дальше идти опасно. Если волки догонят их в темноте, это будет означать лишь одно — конец.

Он остановился и осторожно опустил Варю на снег, прислонив её спиной к толстому дереву и положив вместо подстилки гермяк, а сам занялся костром. На его счастье, огниво не потерялось в драке с волками, и сухостоя вокруг хватало. Вскоре посреди продрогшего леса заплясали яркие языки пламени. Михал подбросил в огонь ещё немного сухого ломкого лапника, потом вытащил «Кусаку» из ножен, крепко прижал к себе спящую Варю и принялся ждать.



Анна Купцова

Отредактировано: 29.03.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться