Там, где ты

Глава 2-2

Домой Мелина вернулась уже в темноте. Закрыв за собой автоматические ворота, она проехала через двор и остановилась перед гаражом. Как она и надеялась, в гостиной свет не горел. Она специально провела полдня в городе, сначала в салоне, где горестно причитающий цирюльник подровнял ее небрежно обрезанные волосы, затем в пицерии. Она даже сходила в кино, и часа два наблюдала, как гламурная Орнелла Мути укрощает строптивого Адриано Челентано. Что ж, по крайней мере, хоть у кого-то это получилось, вздохнула девушка.

От мысли, что семейный скандал будет перенесен на завтрашнее утро, а если повезет, то и на вечер, стало немного спокойнее. При всем своем подчеркнутом безразличии к жене, Марк Луций Вар предпочитал держать ее, как сицилийскую марионетку, в коробочке с ватой, и доставал лишь когда требовалось продемонстрировать обществу, что его маленькая этрусская жена здорова, благополучна и счастлива. До вчерашнего дня Мелина покорно играла свою роль в этой насквозь лживой пьесе, но сегодня она сделал шаг, после которого вернуться назад будет уже невозможно.

Она поднялась на несколько ступеней и прошла в дом через коридор, соединяющий гараж с хозяйственными помещениями. Дверь кухни открылась, прежде чем она успела повернуть ручку, и мужские руки дернули ее внутрь, а затем притиснули к стене. Больно не было, но от этого внезапного рывка она на несколько секунд потеряла ориентацию.

- В чем дело?

Горящие гневом глаза приблизились к ее лицу:

- Это я хочу у тебя спросить, в чем… ?

Марк внезапно замолчал. Затем его пальцы ухватили короткую прядь ее волос, выбившуюся из-под ленты. Словно не веря тому, что видит, он поспешно дернул кончик ленты и уставился на ее золотистые кудряшки, облаком рассыпавшиеся по плечам. Мелина со злой радостью наблюдала, как гнев в его глазах сменяется недоверием, болью и, кажется, даже страхом.

На самом деле, ничего страшного она не видела. Цирюльник заверил, что для греческого узла ее волосы, конечно, коротковаты, но в «лампадион» (4) она сможет укладывать их без проблем. Видимо, ее муж и сам понял, что стало с ее золотой гривой. Боги отвечали на вопросы людей и даже иногда помогали им, но взамен требовали жертвы. И жертва должна была быть действительно ценной. Нужно было положить на треножник с углями что-то по-настоящему дорогое и важное.

Мелина отдала богине свою красоту. Без этого живого золота, на которое с жадностью смотрели и мужчины и женщины, она выглядела… ну, просто девушкой. Не дурнушкой, не красавицей. В лучшем случае, хорошенькой. И ей того было достаточно. А если ее внешность больше не соответствует статусу господина римского прокуратора, то пусть подпишет бумаги о разводе и чао, бамбино (как говорила ее никогда не унывающая подружка Рамта).

Рука Марка медленно скользнула вниз. Он нащупал ее пальцы и с усилием опустил глаза. И тут же снова посмотрел жене в лицо. Теперь в его взгляде читалась насмешка, смешанная с облегчением. Мелина тоже взглянула вниз. Конечно, его обрадовало обручальное кольцо у нее на руке. Если бы авгур ответил на ее вопрос сразу, то жрец попросту развязал бы узел на кольце и выдал ей свидетельство о разводе. Ничего сложного, простая формальность. Но она вышла бы из храма свободной женщиной.

Теперь придется ждать официального уведомления из храма. Мелина не сомневалась в исходном результате, так что готова была и подождать неделю-другую.

Она слегка толкнула мужа в грудь, и он послушно отступил на шаг назад.

- Я иду спать, - сказала она.

Марк последовал за ней, отставая всего на пару шагов. Девушка непроизвольно поежилась – ощущение было такое, словно за ней крадется большой хищник. Удивительно, как ее мужу, при всем его большом росте и немалом весе, удавалось двигаться столь бесшумно. Конечно, она знала, что Марк не причинит ей боли, но давление его непреклонной воли она переносила с трудом.

- Ты выбрала не ту дверь, - долетело ей спину, когда она прошла мимо их общей спальни и остановилась на пороге комнаты, в которой ночевала накануне.

- До развода я буду спать здесь, - ответила она.

- Не смеши меня, Мелина, - судя по голосу, ему вовсе не было смешно.  – Моя жена спит со мной.

Она выпрямилась и положила ладонь на ручку двери:

- Я была смешной, когда верила, что нужна тебе… все эти два года. Когда пыталась убедить себя, что наш брак не фикция. Я больше не собираюсь притворяться.

Его глаза сузились, и он сделал шаг к ней.

Бах!

Перед носом Марка громко захлопнулась дверь. Он уже поднял ногу, чтобы пинком распахнуть ее, но в последний момент сдержался. Вынул кулаки из карманов домашних брюк и задумчиво посмотрел на свои скрюченные пальцы. Пожалуй, он найдет для них лучшее применение.

Десять минут перед мешком с опилками помогли ему немного выпустить пар. Несколько заключительных ударов, и он уже мог более-менее спокойно соображать. Каким дикарем и идиотом выглядел бы Марк Луций Вар, прокуратор Рима, если бы бросил собственную жену на плечо и потащил к себе в спальню. Он и на войне не одобрял подобные вещи, и тем более не мог запятнать себя позором в собственном доме. Даже с Мелиной, с этой избалованной девчонкой, дочерью Авла Тарквиния. Он будет действовать иначе.

*

Струйки горячей воды больно кололи кожу, но Мелина не пыталась повернуть ручку крана. Напряжение дня, разочарование, обида растворялись вместе с дорожной пылью и стекали по ее телу в душевой поддон, а затем в водосток. Постепенно приходило облегчение, и она не собиралась выходить из ванной, пока не израсходует последнюю каплю горячей воды.

Наверное, клубы пара не только скрывали предметы за пределами кабинки, но и глушили звуки. То, что она уже не одна, девушка почувствовала лишь по прикосновению к разгоряченной коже прохладного воздуха.

Марк повернулся, чтобы закрыть дверь душа, и Мелина невольно бросила взгляд на его широкую спину и бугры твердых мышц. Она сглотнула и попятилась к стене.



Гордиенко Екатерина

Отредактировано: 11.01.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться