Там, где ты

Глава 8-2

*

*

Сегодня Гай перешел в наступление. Надел свою наглую ухмылочку и тискал Рамту при каждом удобном случае. То есть, не тискал так, как сельские рабочие мяли коровниц, нет, он вел себя галантно, как настоящий кавалер. Появлялся неизвестно откуда, чтобы придержать ее за талию, когда она спускалась со стремянки. «Осторожно, Веснушка, ты вчера так больно расшиблась». Выхватывал из рук полупустую корзину. «Тебе нельзя поднимать тяжести, красавица». Подхватывал на руки, чтобы посадить на платформу прицепа. «Не утомляй ногу, белла».

А за обедом он зашел еще дальше. Уселся за столом напротив нее, вытянул свои длинные ноги и зажал ее ступню. Рамта и вздохнуть боялась, только молилась всем богам, чтобы никто не полез под стол за упавшей ложкой или куском хлеба.

Тем не менее, Гай сам дал ей в руки оружие. Девушка заметила, как вставая из-за стола, он с болезненной гримасой одернул штаны. Ага! Я тоже умею играть в такие игры! Несколько раз хлестнула нахала по ногам подолом юбки. Задела плечом, бедром, посмотрела из-под ресниц. Захватчик не то, чтобы поскучнел, но сильно напрягся. И не остался на ужин. Отделался формальной фразой, что приводит в порядок дом дяди, к приезду семьи, и что нужно проверить, как там идут дела.

Жаль, Рамта только что вошла во вкус. Вот так он всегда. Всегда сбегает. Проскучать ей удалось только до вечера.

От грустных мыслей ее отвлек голос одной из работниц:

- Смотрите, барышня, ваш сосед приехал.

Рамта вздрогнула и уставилась из-под руки в дальний конец рощи. Против садящегося за холм солнца трудно было разглядеть лицо мужчины, но такой высокий и широкоплечий здесь был только один. Ее сердце встрепенулось в груди, словно маленькая птичка.

- Пойду помогу экономке с обедом, - пробормотала она, стянула косынку, быстро обтерла лицо и совершенно безразличной походкой направилась навстречу Гаю.

Вот она идет, моя девочка, усмехаясь, думал мужчина. Легкая на ногу, как козочка. В чудесное исцеление вывихнутой ноги он не поверил ни на минуту. Рамта с подружкой Мелиной с пяти лет бегала за ним хвостом, лазила по деревьям и через заборы, как обезьянка, плавала, как рыбка, и ни разу не заплакала из-за разбитого колена или собранного локтя. Зато всегда жульничала, даже при игре в жмурки.

В двенадцать лет он сделал одно удивительное открытие: у нее чудесные глаза, зеленые, как незрелая слива, и улыбка, таинственная, как у сфинкса. В тот же день он заявил родителям, что женится на Рамте, когда они вырастут. Но можно и сейчас. Мама вздохнула и отвернулась, а отец… Отец поставил его между колен и очень просто, буквально в двух словах, объяснил, почему такие как Рамта и Мелина недоступны для таких, как Гай.

Тридцать поколений благородных предков, как у Гая, это конечно же хорошо, но отсутствие собственных средств и зависимость семьи от старшего в роду, то есть дяди Публия, не дает ему возможности посвататься к богатой и знатной девице. А связывать свою жизнь с девушкой состоятельной, но вовсе не знатной есть урон для семейной репутации. Так что Рамта, чья бабка была в свое время в Риме гетерой, а потом в Вейях вышла за богатого купца, не сделает чести их роду. А он, нищий потомок аристократов, будет презираем двумя сословиями сразу, если женится на богатой наследнице без роду и племени.

Судя по словам отца, ей был один путь – замуж за юриста или банкира или торговца. А ему – военная служба с надеждой сделать карьеру, если подвернется подходящая война. К шестнадцати годам Гай окончательно убедился в правоте отца и подал заявление в Академию имени Юлия Цезаря. Летние каникулы в Этрурии стали для него сладким прощанием с детством, последней радостью перед вступлением во взрослую жизнь. Наверное, ему не следовало приезжать сюда пять лет назад перед выпускным курсом. И тем более не следовало приезжать сейчас, когда Рамта стала такой красавицей. Все равно она достанется не ему. От этой мысли что-то больно кольнуло в сердце.

- Пойду помогу хозяевам расставить столы, - крикнул он старшему из работников и как щенок на поводке поспешил за мелькающим среди деревьев светлым платьем.

*

У кухарки закончилось масло.

- Я принесу.

Рамта подхватила с полки кувшин и направилась в кладовую.

- Бери прошлогоднее, - крикнула ей вслед женщина. – Амфора с клеймом Юпитера.

Амфора нашлась возле мешков с сушеным горохом. Она была полупустой, так что девушка легко подняла сосуд, подперла коленом и наклонила над кувшином.

- Помощь нужна?

От неожиданно раздавшегося за спиной голоса, она чуть не выронила амфору. Гай больше не улыбался. Он стоял, по привычке прислонясь плечом к дверному косяку, и смотрел на ее чуть приоткрытое колено. Рамта спокойно наполнила кувшин, поставила амфору на место и вытерла руки о фартук.

- Ты закончил в доме дяди?

Он пожал плечами:

- Да. Публий с женой приедут завтра или через день. Или через неделю. Тебя это действительно интересует?

- Не очень.

- А что тогда тебе интересно? Я отвечу на любой вопрос.

Вопросов было много. Почему ты не писал? Ты забыл меня? Как ты жил эти пять лет? Ты вспоминал меня? Все они были опасны, как загадки сфинкса. А что, если он скажет «да»? Что тогда ей делать?

Рамта знала способ получить все ответы одним махом.

- Поцелуй меня, - попросила она.

Гай коротко вздохнул и переспросил, словно она вдруг заговорила по-шумерски. Девушка молчала, но взгляда не отвела. На самом деле все было просто. Если он такой же, как все те мальчики, с которыми она целовалась в последние три года, если от прикосновения ее губ она ничего не почувствует, то ни к чему все эти игры. Она после каникул вернется в университет, а он продолжит работать у дяди.

Рамта коротко вздохнула и облизала губы. Боги свидетели, она честно старалась, перецеловалась с половиной курса и даже с несколькими взрослыми мужчинами. Ничего. Никакого отклика. Ни малейшей искры. Она уже готова была поверить, что бабочек в животе придумали сочинительницы любовных романов. Не подведи, Гай, подумала она. Ты мой последний шанс.



Гордиенко Екатерина

Отредактировано: 11.01.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться