Танасори

Глава третья

Авери смотрел, как Майки весело прыгает и виляет пушистым хвостом. От боязливого, готового нападать ричи, не осталось и следа. После того, как он залечил раны малыша, ричи почему-то решил «погостить», как он тогда выразился у «странного человека», и остался у нелюдя на неделю, и на следующую, и еще на одну. Постепенно недели перетекали в месяцы, и отношения между животным и демоном перешли из разряда лекарь-подопечный в друзей. Майк стал для Авери настоящим другом. Тем, кто всегда готов был быть рядом, кто устраивал огромную, подросшую за время нахождения в особняке, голову на его коленях, когда демон приходил, обессилевший, после очередного задания или разговора с отцом, устраиваясь в кресле своего кабинета.

Они вместе много тренировались. В процессе совместных занятий Авери понял, почему ричи старались избегать: эти животные могли перенаправлять магические потоки, направленные на них. Они могли также сражаться, как и те, кто ходил на двух ногах! Майк мог использовать боевую магию. Пусть и не без внешней помощи, но он мог! И это открытие заставило Танасори на некоторое время забросить дворцовые дела, полностью отдаваясь изучению данного феномена.

Он был исследователем. Алхимиком. Искателем ответов.

И ричи как мог помогал находить интересующее его хозяина, спасителя, друга, ответы.

Однако о том, что у Авери дома завелся милый ручной зверек, не осталось незамеченным. В первую же неделю к нему наведался с визитом отец, желая своими глазами увидеть, так ли глуп его сын, как говорили при дворе: подумать только, привести в собственный дом убийцу?! И встреча с ричи стала для Фредона незабываемой.

Зря папочка не обмолвился о своем приходе, и плохо, что у Танасори-старшего был доступ к особняку своего дитятки. Преспокойно отворив дверь, размашистым шагом заходя внутрь, Первый Советник меньше всего ожидал, что окажется придавленный к полу нависшим над ним охранником личной собственности. Пусть тогда ричи воспринимал дом Авери, как свое временное убежище, все же он не желал прихода незваных гостей, что красноречиво и показал.

Хорошо Авери тогда выбежал на шум и спас неразумную животинку от готовящегося сорваться с рук демона Энергетического Шара. И запер Майки в гостиной, не разрешая общаться с разгневанным Советником, у которого мундир отсвечивал длинными вспоротыми полосами от острых когтей малыша.

Ох и выслушал он тогда много лестных эпитетов от отца! И относительно своих умственных способностей, и безалаберности, откуда происходили опасения насчет несвоевременной кончины рода Танасори, ведь Авери был наследником, и не мог просто так рисковать своей жизнью.

Однако, когда Фредон успокоился, высказав, все что думает, да пару раз встряхнул сына для лучшего усвоения слов, признал, что еще никто не пытался подчинить себе ричи, приводя его в городской особняк.

Услышав это, Майки вновь попытался прорваться к гостю, да Авери лишь усилил заклинание сдерживания на двери, заставив ричи лишь рычать.

- Я не собираюсь его подчинять, отец. Майк нуждается в помощи и лечении.

- Он – хищник! Ричи могут сами о себе позаботиться, и на воле не обращаются к магам для лечения своих ран, – серые глаза сурово смотрели на свою моложавую копию, а руки мужчины в который раз сжимались в кулаки.

- Он – малыш. Испуганный малыш, которому не повезло нарваться на охотника. Что бы ты не говорил, я не выдам Майка ни властям, ни тебе.

Кажется, они спорили на повышенных тонах не меньше часа, пока правая рука короля, плюнув, резко не развернулся на каблуках, покидая упрямого и непослушного сына.

Тогда в первый раз ричи подошел к Авери, потеревшись о его ноги, как большая кошка. Будто этим жестом хотел выразить благодарность и все то, что не мог сказать словами.

Именно с того дня и само лечение, и общение между нелюдем и зверем начало происходить быстрее и легче. Майк увидел, что Авери не отказывался от своих слов и готов был идти даже против собственной крови (ведь ричи учуял, что в чужаке лилась та же сила), ради его спасения.

Проследив, как Майки вскарабкался по деревянному настилу, шедшему перпендикулярно земле, и мягко спрыгнул с него, приземлившись всеми четырьмя лапами на траву, Авери улыбнулся.

- Умница, мальчик!

А ведь если он не пошел бы в тот день за подарком маленьким принцессам, этот малыш мог быть уже мертв.


 

***


 

Лина и Гиса… удивительные близняшки. И как они радовались, когда получили в дар дракончиков! Девичьего визга не было предела! И они бросились ему на шею, стараясь расцеловать в обе щеки.

Эти малышки с самого рождения росли на его глазах. И закономерно, что и он, и они, любили друг друга. Как дорогого родственника, которым он им и стал, вызвавшись быть названным отцом для малюток. Пусть данный обряд и был принят у аристократии лишь на крайний случай, но все же отказываться от возможных будущих опасений никто не стал.

Названными родителями становились приближенные к родителям друзья, готовые заменить их, ежели потребуется, в случае их длительного отсутствия, или, не дай Гисхильдис, смерти. Удивительно, что и Ноал, и его жена согласились остановиться на его кандидатуре, практически вверяя в руки будущее двух государств.

Разумеется, жизни двух Высших демонов не могло ничего грозить, но факт доверия самого ценного не мог не отзываться тупой болью в сердце.

Малышки, как ни странно, звали его дядей. Да и странно было бы, если бы к нему обратились однажды «папа».

Авери, глядя, как растут эти две маленькие бестии, лишь улыбался, стремясь радовать принцесс все новыми играми, и старался чаще появляться во дворце.

Любовь…

Авери вспомнил, как пару лет назад, еще до момента, как на трон взошла киосса Араи, он с отцом поднимал тему его любовных привязанностей. Вскользь, однако, данный момент имел место быть. И удивительно, но тогда они пришли к определенной точке, отделяющей его личное пространство от областей, куда Танасори-старший показывал свой нос.



Анастасия Зинченко

Отредактировано: 07.09.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться