Танец с лентами

Размер шрифта: - +

7. Тогда

Семь лет назад...

Саша получила разряд кандидата в мастера спорта! КМС, как их называют! Невероятно! Она сама не верила, но это произошло. Ей предрекали средние результаты, говорили: «Тем, кто поздно приходит в гимнастику, не добиться никаких успехов». Но Саша взяла и стала КМС!

Полка была уставлена кубками, стены увешаны медалями и грамотами. Она сбила ноги в кровь, её коленки пестрели ссадинами, болели суставы и спина (тренер уверяла, что это проблема всех гимнасток), от недосыпа кружилась голова, но она добивалась всё новых успехов и покоряла вершину за вершиной.

Она научилась танцевать с лентой так, будто этот тонкий алый хвостик был продолжением пальцев. Научилась крутить обруч и подбрасывать булавы (и даже не выбила себе зуб, как Наташка Петрова — кровищи-то было…) Она зарабатывала баллы за пластику тела, за гибкость, за волны. Она ездила на всероссийские соревнования наравне с другими КМС.

— Чтоб ты шею сломала, — шипела Ленка, главная Сашина соперница.

— Только после тебя, — подмигивала девочка.

Их вражда стала чем-то вроде привязанности. Не проходило и часа, чтобы Ленка не отвесила колкость по поводу внешности Саши, а та не посмеялась над её пластичностью. Когда Ленка болела — тренировки проходили вяло, без напряжения. Соперничество добавляло тонуса. С такими врагами и друзья не нужны!

А с друзьями как-то не складывалось. Они ходили по впискам, по кинотеатрам, зависали на площадке у детского сада, тусовались на фудкортах, пока Саша тренировалась. Впрочем, бабушка сказала, что без друзей жить можно — а Саша бабушке верила.

Сегодня ей исполнилось тринадцать лет. В честь праздника бабушка заплела внучке две косички и купила платьице в горошек, и целый день Саша ловила на себе восхищенные взгляды. А после тренировки позвала девочек из группы к столу, где уже был разлит по стаканчикам яблочный сок, а на тарелочках лежало скромное угощение: конфеты да печенье.

Первого и последнего мужчину группы, как называла его тренер, фотографа Никиту Герасимова, тоже пригласили на мини-чаепитие. Саше было стыдно перед ним; он всегда смотрел так важно и оценивающе (даже через объектив), а тут обычные сладости, которых полно в любом кондитерском магазине. Никита со знанием дела прицелился фотоаппаратом к нетронутому столу, сделал пару кадров и дал разрешение чаевничать.

Только тогда оголодавшие после занятий девочки расхватали угощение. Лена показательно не ела. Саша — тоже; кусок в горло не лез.

Ей тринадцать, не может быть. Кто-то в тринадцать лет уже готовится стать чемпионом России, а она всего-то КМС, к тому же не подающий особых надежд. Все-таки возраст сказывался, вот отдали бы её лет в пять…

— Обалденный чай, — пробасил Никита, влезая в девичью болтовню.

На него сразу же посмотрели все без исключения. Конечно, Никита Герасимов — мечта всех гимнасток: высокий, модно одевающийся, веселый, светловолосый парень. Если уж он шутил, то до колик в животе. А взгляд? Признаться, Саша тонула в серо-голубой бездне его глаз. Но, понимая, где он и где она, с разговорами не лезла и держала дистанцию.

Она зарделась до кончиков волос.

— Бабушка заваривала. Он с сушеной мятой.

Именно бабушка сервировала стол, после чего ушла домой — чтобы не мешать праздновать. Саше досталась очень хорошая, продвинутая бабушка, которая никогда не покушалась на личное пространство внучки.

— По-моему, чай — отстой, — сквозь зубы прошипела Лена так, чтобы не расслышала тренер.

— Ну и не пей, — закатила глаза Саша.

Они недолго посидели все вместе, после чего Саше вручили большую шоколадную медаль, а всякий желающий подергал новорожденную за уши. Не дергали только Никита и Лена — и ничего удивительного.

Ну а потом девчонки разошлись по домам, и Саша убирала со стола, сгребала в пакет фантики и надкушенные пряники. А на душе почему-то поселилась невероятная тоска — хоть волком вой. Не такого она ожидала дня рождения. А какого, спрашивается?

Может, завтра приедет мама? И даже с Вадиком? Семью Саша видела крайне редко, и бабушка давным-давно объяснила ей почему: у мамы другой муж, который не принял дочь от первого брака. Поэтому пока эта дочь, стало быть, Саша, подрастает у бабушки. Бабушка, говоря горькую правду, поджимала губы, а Саша не понимала: чем она не угодила дяде Мише? Она вроде гадостей ему не говорила, да и относилась с уважением, называла на «вы», а не папой.

Мусор был упакован, а стол протерт. Саша убрала тренировочный костюм в рюкзак и, насвистывая печальный мотивчик, двинулась к гардеробу. Дома её ждал старенький компьютер, который принесла мама, когда Вадику купили новый — и бабушка наверняка разрешит посидеть за ним полчаса перед сном.

Но на лестнице поджидала Лена, шнурующая левый кроссовок.

—  О, Сашенька, куда же ты спешишь? — хмыкнула она, поднимаясь.

— А ты решила переночевать в школе? — парировала Саша.

— Твое какое собачье дело?



Татьяна Зингер

Отредактировано: 23.07.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться