Танец с лентами

Размер шрифта: - +

29. Сейчас

Егора нет дома, но нестерпимо воняет его одеколоном. Тугой запах, крепкий, перенасыщенный. Его слишком много. Меня тошнит, но иначе, нежели день назад — от понимания, что это не то место, не тот человек, да и я не та. С Егором пора расстаться. Разрушу его мир, но не его вина, что он — пешка в игре, которую я проиграла. Проиграла, ведь Герасимов Никита даже не стал меня добивать. Он способен на извращенное сострадание, а я — нет.

Обычно меня раздражает уют в квартире Егора. Даже когда я въехала сюда с тремя чемоданами шмоток, здесь было чистенько. У каждой вещички своя полочка, белье разложено по ящичкам, те подписаны. Неужели холостяк способен забыть, где валяются его носки?! Я добавила в размеренную жизнь Егора хаоса. Порою забываю скинуть туфли или, раздеваясь, складирую одежду на стуле. Он ворчит и просит делать «правильно», но от самого этого слово — пра-ви-ль-но — меня воротит. Обычно, но не после двух ложек крепкого успокоительного, которое я купила в аптеке по пути домой. Мне уже не хочется повеситься или перерезать вены одним нажатием лезвия.

Определенно, нам следует порвать любые отношения.

Бездумно листаю Ирин профиль в социальной сети. Великолепная девушка, которая за два года оторвалась на десятилетия вперед. Будто бы знала что-то о собственном будущем и старалась жить на полную катушку. Вот она на слоне в Индии, вот в Китае, окруженная обезьянками. В фешенебельных ресторанах и клубах, попивая коктейли с экзотическим названием или дорогое вино. Ира меняла платья, скупала украшения. У неё не осталось любительских фотографий; она стерла подростковые снимки, едва смогла позволить фотосессию у фотографа, который берет пять тысяч рублей за час съемок.

Мамочки, какая же она живая на этих снимках! И в сети была всего-то час назад.

До меня доходит медленно. Невозможно! Час назад мы неслись по мокрому асфальту к Лере. Совпадение или… Ира жива?! Я набираю раз за разом номер её телефона — длинные гудки, срывающиеся в пустоту. Вою, обхватив плечи и впившись ногтями в кожу.

Конечно, я наивная дура. Сколько раз бывало, что я целый день не имела возможности выбраться в интернет, а в статусе значился «онлайн»? Да миллионы. Ира мертва. Окончательно и бесповоротно.

Но где её тело?

Из раздумий выводит матушкин звонок. Отвечать или забить? Добавить мать в черный список и никогда больше не слышать её скрипучего голоса? Кто она мне, в самом деле? Ладно, дам последний шанс.

— Сейчас же приезжай! — В голосе матери истеричные нотки. Она вешает трубку, едва я открываю рот для вопроса.

Укол в сердце, не хватает воздуха. Мать никогда не зовет меня к себе просто так. Неужели случилась какая-нибудь трагедия и наверняка по моей вине? А вдруг Вадика похитили и требуют выкуп или угрожали маме?

Да, ни с матерью, ни с братом у меня не сложилось теплых чувств, но они — моя семья. Всё, что осталось. И если  ними произойдет беда — я себя не прощу.

Такси подъезжает спустя пять бесконечно долгих минут, за которые я успеваю представить десятки мучительных сцен пыток. От успокоительного пошатывает, и на нетвердых ногах я добираюсь до машины. Водитель осматривает придирчиво, даже с презрением. Считает меня пьяной идиоткой, которая посреди недели едет к какому-нибудь бывшему, чтобы излиться ему в плечо от бесконечной любви? Или мне так кажется?

Расплачиваюсь. Выбегаю. Хромая нога вновь подводит. Падаю как подкошенная. И так, стоя на одном колене, реву от бессилия.

В окнах маминой квартиры горит свет — мне туда. Меня ждут. Меня попросили срочно приехать.



Татьяна Зингер

Отредактировано: 23.07.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться