Тариф на любовь

Глава 6. Если друг оказался вдруг

После прощания наставники покинули столовую, остался только Лемур. Он же выдал каждому стопку листов с напечатанными вопросами и по карандашу.

- У вас на заполнение анкеты три часа. Приступайте! Будите болтать – выгоню.

Столы в зале были сдвинуты, чтобы не мешать проведению собрания, и никто их не вернул на место. Писать и так неудобно – для руки это забытые движения, а сидя на стуле и держа листы в воздухе, просто невозможно. Ребята неуверенно переглядывались. Было страшно сделать что-нибудь не так, но я сложила полученные от наставника листы в пачку на стул, карандаш положила поверх кипы, аккуратно взяла стул и отправилась со своей ношей к ближайшему столу.

Правила не запрещали пересаживаться.

За столом писать было намного удобнее и спокойнее. Наставник замечания не сделал, значит, пересаживаться разрешено. Многие ученики быстро повторили за мной. Проходящий мимо Кирилл шепнул: «Молодец!» отвечать не стала, просто кивнула.

Вопросы анкеты: имя, дата рождения, место рождения, младшая Обитель, имена братьев или сестёр, средняя Обитель, старшая Обитель. Но ведь вся эта информация должна быть в наших личных делах!

Вопросов много, а навык письма практически утрачен. Конечно, руки очень натренированы в том числе на мелкую моторику. Во время операций без этого никуда. Но в письме свои особенности, которые требуют учёта.

Потом вопросы пошли вперемежку: любимое время года, типы группы крови, любимый цвет, типы лечебных амулетов, причины поступления в «Гордую Яйлу».

Хмм, почему-то на этот вопрос оставили всего полстрочки, как на вопросы, требующие однозначного и простого ответа . И что писать? Как всегда подняла глаза к потолку, но ответа там вновь не нашла.

Это моя судьба? Слишком пафосно.

Меня направили наставники из средней Обители? Глупо.

Мила сказала, что именно это служение позволит мне наилучшим способом реализовать себя? Слишком длинно.

В итоге написала: «в Г.Я. готовят лучших». Эта короткая фраза еле втиснулась в отведённое место.

Когда Лемур приказал сдавать работы, я отвечала на последний вопрос – где и с кем находится Ваше сердце. В тех вопросах, где требовался однозначный результат, я была уверена. Но вот вопросы о количестве половых партнёрах, об отношении к насильственной смерти меня и способность убить меня смутили. Я поелозила на стуле, но честно ответила на всё.

До обеда оставалось всего полчаса, и за дверями толпилась группа, что должна накрыть на стол. Никого из учеников не волнуют причины, по которым обеда во время нет. Поэтому я осталась помочь расставить столы и накрыть их. В распределение обязанностей не лезла, просто чётко и быстро выполняла указания. Когда выносила хлеб, то услышала, как повара жаловались друг другу:

- …решения наверху изменят, а мы отдувайся. – Кивок головы в обеденный зал, – эти всё сметут. Но никого не волнует, что …

Дальше слушать было затруднительно, поэтому я поспешила уйти обратно в зал.

За обедом сидели впятером: Кирилл, я, Алла и Камиль и Алекс. Утро было настолько эмоционально напряжённым, что тратить собственные нервы никто не хотел, и все ели молча.

- Давай пройдёмся. – Кирилл в упор смотрит на меня.  

- Конечно, – соглашаюсь я. Друг редко когда предлагает простой пройтись. Да нет, вообще впервые! У нас всегда занятия – либо в зале, либо на плацу, либо в беседке или библиотеке. Но пройтись?!

Молча вышли из столовой, оделись и отправились на прогулку.

Лучи заходящего солнца окрашивали сугробы, создавая причудливые картины. Было холодно и странно – мы шли уже довольно долго, а Кирилл всё молчал.

Наконец, я не выдержала.

- Кирилл, куда мы идём?

- На прогулку, – невозмутимо ответил друг и пошёл вперёд.

Нам запрещено покидать территорию Обители без сопровождающих. Даже при переезде послушники принимают снотворное, чтобы не знать месторасположения Обителей.

А теперь Кирилл упорно вёл меня к воротам.

Не доходя около десяти шагов, Кирилл развернулся и сильно ухватил меня за кисти рук. Ему даже перчатки не помешали!

- Ты должна забрать своё заявление! Забери! Лана, слышишь меня! Нам врали, нам всем. Да, быть в составе звезды престижно, но ты понимаешь, что нам придётся делать?! Я и раньше подозревал, а сегодняшнее анкетирование только подтвердило мои опасения. Лана, ты не сможешь убить! Нет в тебе той необходимых жесткости и цинизма, чтобы сохранить себя после убийства, нет!

- Ты считаешь меня слабой? – Взвизгнула я, вырываясь из хвата. Было так неожиданно и больно смотреть на Кирилла и понимать – я не знаю этого человека. Кто он, почему смеет за меня решать, как мне жить, чем заниматься, что делать?! Друг не может позволить себе такого обращения, не может приказывать, только советовать, и то лишь по просьбе.

- Кирилл! Мне… я не понимаю, что ты говоришь! С чего ты взял про убийства! Это глупость, слабость. Если более эффективные способы рения проблем.