Таящая силу

Размер шрифта: - +

Глава 26

Тае доверили мешать похлебку. Пахла она отменно! Если бы не плавающие куски мологи, сдержать слюну не удалось бы никакими уговорами! Варево в пузатом котелке то и дело булькало и брызгалось кипятком, словно ворчливая старуха – слюной. Деревянная же ложка, больше похожая на весло, оказалась слишком короткой. С ней получалось мешать похлебку разве что до середины. Не иначе Таус нарочно дала такую, чтобы потом то и дело покрикивать: «По дну скреби!»

Стоило Тае единожды послушаться, как она тут же обожгла пальцы и чуть не утопила ложку. Больше она на оговоры северянки не реагировала, стараясь представлять, что это всего лишь назойливая муха жужжит где-то поблизости. Главное – не дать ей себя укусить, а остальное – пусть надрывается, сколько хочет. Вслух же Тая собиралась сказать совсем другое, но Таус то и дело отбегала в сторону и возвращалась лишь для того, чтобы опять напомнить про «скреби».

Удачный момент настал, когда Таус присела на корточки у огня и принялась поправлять костёр: кучнее подгребла прогоревшие дрова, подкинула хворост – толстых веток с повядшими зелеными листьями.

- Почему ты зовешь его фэстом? – как бы невзначай обронила Тая, уставившись в котелок.

Северянка не ответила. Только лицо стало более суровым, собранным. Но наследница Родобан не собиралась отступать. Тем более, что она впервые в жизни воплощала в жизнь уроки отношений и переговоров. Легко рассуждать, когда на столе – картонные фигурки друзей и врагов, гораздо сложнее оказаться в плену и выпытывать тайны у победителя. Новые ощущения волновали, заставляли говорить сбивчиво, переходя на шепот.

- Ваш язык похож на наш. У них общий предок и корень. Откуда это слово?

Таус продолжала молчать, но и не уходила. Умелые руки ее сделали своё дело: костёр занялся с новой силой, и теперь северянка задумчиво смотрела в его сердцевину со сложенными на коленях ладонями.

- Почему ты называла его, - произнести имя младшего близнеца вслух Тая не смогла, словно побоялась, что упомяни – и он тут же вынырнет из ниоткуда, - так с первого дня, а другие – только сейчас?

Таус дернула плечом, скосила на нее взгляд, а потом ответила – грубо, будто обругала.

- Много хочешь знать!

Она отвернулась, но и на этот раз осталась на месте. Только теперь Тая ничего не спрашивала, чутьё подсказывало ей, что сейчас стоило помолчать. И оно не подвело.

- Это значит – первый, - снова заговорила Таус уже мягче. – Для меня он такой и есть с того самого дня… А остальные – слепцы и глупцы! Они понимают только тогда, когда у них перед глазами молния сверкнет!

Новая пауза не продлилась долго.

- Их язык не таков, как наш или ваш, и я бы с тобой поспорила про один корень, но ты ведь не сдашься – ученая. А Сандалф… Они же не из нашего мира, вот и язык у них другой, нам мало понятный.

- Другого мира?! – удивление Таи было искренним. Она считала, что в сказки про другие миры могут верить детишки на юге, но никак не потрепанные жизнью женщины севера.

- Да. Твои учителя про них не рассказывали?

- Мои учителя считали их вымыслом.

- Тогда они такие же слепцы и глупцы, как наши мужчины. Предки Сандалфа появились тут давно, когда еще юг и север не очень отличались. Тогда мы были слишком мягки и беспечны - пустили их к себе на постой. Они называли себя таврами, но скрывали, что пришли, чтобы покорить нашу землю магией. Старики говорят – пришлые были выше нас ростом и из глаз у них сверкали молнии, и теперь каждая дубина, что чуть выше остальных, мнит себя их потомком. На самом деле тавры никогда не разбрызгивали свою кровь по сторонам. Только чужую. Еще говорят, Последох пустил их сюда, он же дал им тайное знание рождать близнецов, потому что в этом мире столько силы не может быть в одном человеке. Он хотел, чтобы весь этот мир стал поклоняться ему, но у него не вышло…

Тая не удержалась.

- Мы помешали ему! – Звонко и с нотой торжественности произнесла она, будто и впрямь свобода баронств от тавров была и ее заслугой. - Принмир!

Таус усмехнулась. Таины слова прошли для нее вскользь, и на историю, покрытую сотнями лет, северянка имела собственное мнение.

- Говорят, Дована преградила таврам путь, и никакая магия не помогла им перебраться на тот берег, ибо был страшный шторм и буря. Так было не всегда, но уже в третьем колене сила тавров ослабла. Они вынуждены были брать жену из наших женщин, а те рожали исправных воинов, но слабых магов. Близнецу, который появлялся первым, давали два имени: Олларик – покоритель всех народов и фэст. Первый. Как знак, что он – надежда отца и его благоволение.

- А второму?

Наконец-то беседа перетекала в нужное русло! Тая, и без того не слишком усердно справлявшая дело, совсем перестала водить ложкой в похлебке. Вот сейчас...

- Второму не доставалось ничего. - Таус подобрала с земли мелкую веточку и принялась крутить ее на палец. Глаза ее продолжали сверлить огонь. - Мать кормила только фэста, его же лелеяли няньки и учили всему, что должен знать наследник. Второй сын отправлялся на воспитание к самой захудалой рабыне. Или того хуже.



Екатерина

Отредактировано: 04.02.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться