Телохранитель её величества. Страна чудес

Глава 4. Предложение от которого сложно отказаться

Глава 4. Предложение от которого сложно отказаться

- Сидишь?

Я кивнул и подобрался, указывая на место напротив.

- Входи.

Она была не одна. Их оказалось много, около двадцати человек. Вся бригада Белоснежки в полном составе и несколько сочувствующих из других подразделений, включая трех человек из диаспоры. С виноватым видом все расселись вокруг моего стола, за несколькими соседними, а так же по диванчикам и креслам вдоль стен.

- Мы отчего-то не сомневались, что найдем тебя в библиотеке, - усмехнулась мулатка. Я пожал плечами – мест, где мне хотелось бы быть, осталось не так много.

- Новости есть?

Кивок.

- Все четверо признаны виновными, единогласно. Мораторий не приняли, шестью голосами против пяти.

Отчего она меня не удивила?

- Хуан, шестью против пяти! – воскликнула мулатка, обращая на эту цифру особое внимание. – Это же победа!

- Разве? – Из моей груди вырвалась горькая усмешка. – Не думаю, что «сорок четвертые» с тобой согласятся.

- Но если бы не твое эмоциональное выступление, этих пяти голосов не было бы вообще! – не сдавалась она.

- Как и голосования по поводу моратория, – ядовито заметил я.

- Хуан, ты понимаешь, о чем я, - она недовольно фыркнула. - Ты навязал позицию, которая считалась неприемлемой пяти членам Совета, сукам из сук. Корпус никогда не щадил неудачников, а тут почти половина из них поддержала мораторий. Это победа, поверь!

- Кто  именно голосовал, вам известно? – не стал спорить я. Она кивнула в ответ и начала перечислять, хотя теоретически это была информация не для общего пользования. Интересно, «телеграф» появился одновременно с корпусом, как одна из естественных и неотделимых функций, или раньше? Ну явно не позже!

С первой названной сеньорой я не был знаком, однако остальные имена мне сказали о многом.

- Бестия. Норма. Марселла. И… Капитошка, - закончила она.

- Капитошка? – Кажется, челюсть моя отвисла.

- А что тут такого? – округлила глаза собеседница. - У нее что, не может быть своего мнения? Меня больше удивляет сеньора министр. Она, член команды королевы, и «за»?..

Да, меня это тоже удивило. Но не настолько, чтобы раструсить навалившуюся меланхолию. Покачав головой, я задумался и ушел в себя, намекая девочкам, что хорошо, все понял, спасибо за поддержку, они свободны. Но они сделали вид, будто не поняли.

- Хуан, дальше что? – не выдержала мулатка спустя несколько долгих минут, и фоновый гул разговоров за ее спиной мгновенно стих.

- Что, «дальше что»?

- Что будет дальше? – повторилась она. - Что собираешься делать?

- Делать? - Я усмехнулся. – Хороший вопрос. Не знаю. Могу только предположить, что будет в принципе. А будет одно из двух: либо их завтра расстреляют, либо не расстреляют.

И глядя на недоуменные мордашки, продолжил:

- Я тут помозговал, пока сидел, и пришел к выводу, что у них вышла неплохая постановка. И логичным ее завершением была бы амнистия. Личная королевская. Перед самым-самым расстрелом, когда наказующие поднимут винтовки. Если эта афера закончится без крови, это будет красивое решение, а они любят красивые решения.

- Значит, думаешь, все закончится благополучно? – У Марты-Белоснежки радостно заблестели глаза. И, кажется, не только у нее, но я тут же постарался развеять феерическое настроение.

- Думаю, нет. Это вероятно, но не факт, что они решат именно так.

- ???

- Смотрите сами, - усмехнулся я, - мой проект провален. Мне никогда не стать одним из вас – после пережитого навсегда останусь белой вороной. Уже говорил, я не принц, но это не так важно. Я буду вороной, из-за которой пожертвовали взводом ваших сослуживиц. Какие после этого могут быть перспективы? Кто согласиться доверяться мне, подставлять в бою спину?

И даже присяга не спасет. После нее останется стена отчуждения похлещё, чем у Паулы.

- То есть, в корпусе мне не место, - подвел я итог. - А зачем тогда «прокачивать» мою персону именно здесь?

Девчонки молчали.

- Далее, мой взвод, моя команда. Девочки испугались, оказались банально не готовы к контакту. А я не смог подобрать к ним ключик. Дошло до того, что я стрелял в них, метал ножи, понимаете? Какие они «свои» после этого? В своих не стреляют!

У нас нет перспектив, нет будущего, а значит, держать меня ради них так же нет смысла. Второй цели, ради которой сюда запихнули, я не достигнул, команды у меня нет.

- А «пятнашка»? – задал кто-то вопрос из задних рядов.

- «Пятнашка» - хранители, стража. - А для ИХ целей мне потребуются не совсем силовики. Скажем так, это должны быть люди с некоторыми уникальными способностями, в том числе паранормальными, и «пятнадцатые» такое не потянут. Да и воспитывать их, подгонять под уровень, слишком долго – маленькие ещё.