Телохранитель её величества. Точка невозврата

Глава 8. Катарина 2.0

ЧАСТЬ II. ЦЕЗАРЬ ПЕРЕД РУБИКОНОМ

Глава 8. Катарина 2.0

- Странно. Очень странно, молодой человек…

Доктор в десятый раз сверил показания терминала с визором портативной планшетки, на которой была записана моя история болезни. Я молчал, лежа на кушетке, весь обвешанный датчиками. Происходящее священнодействие меня касалось мало, я ничего в этом не понимал, но молчал - не значит не смотрел; я всё подмечал и пытался делать выводы.

- После такой травмы, да после такой операции, период восстановления должен длиться минимум два раза дольше! – сокрушался старенький убеленный сединами профессор, к которому меня оправили наблюдаться. Наблюдаться, поскольку операцию проводил не он, он лишь обеспечивал нормальный процесс выздоровления. - С учетом модификации организма, конечно, – поправился он, и это была важная оговорка, - для обычных людей этот срок составит до месяца. Прошла же неделя. Неделя, молодой человек! А я уже разрешаю вам ходить. Правда, не напрягая ногу, но ходить же!

Последнеё заявление меня обрадовало – я задолбался передвигаться на костылях. Слова про модификацию тоже обрадовали, я и не догадывался, до какой степени модифицированы мои гены. Оказывается, очень, очень круто!

- Естественно, никаких нагрузок – так, пройтись от комнаты до туалета и назад. Никаких занятий, тренировок, походов и гуляния. Сиди дома, играй в игры по сети. Через неделю посмотрим, что там у нас будет, а пока рекомендации выполнять жестко. Она тебе объяснила, что это такое, выполнять рекомендации? - он усмехнулся и бросил косой взгляд на дверь, за которой, в коридоре, сидела Катарина.

Я сделал картинно испуганное выражение лица:

- Разумеется, сеньор! В первый же день!

Он хохотнул, видно, общался с этими сеньорами ранеё, довольно кивнул и начал снимать датчики.

- Сеньор, можно вопрос? - обратился я, когда понял, что сейчас он схлопнет планшетку и отпустит меня домой.

- Ну-ну?

- Эта операция… Действительно такая сложная?

Профессор усмехнулся и как бы нехотя выдавил:

- Второй раз вам ногу не спасут, молодой человек. Подобное могут сделать всего несколько человек на планете, и я знаком с ними всеми. Это чудо что рядом с вами оказалась одна из них.

- А как вы определяете, кто именно это сделал? Мышцы, связки, сухожилия... Они же все такие одинаковые на экране!

- Нюансы, нюансы, молодой человек. Как у каждого индивида свой неповторимый почерк, так и в тонкой ответственной работе у каждого свой неповторимый почерк. Будь нас сотня, я бы сомневался, но повторюсь, нас всего десяток. Может, дюжина. И я сам учил эту девочку всему, что знаю. Для меня, старика, она девочка, сколько бы ей ни было, - пояснил он, глядя на мою ухмыляющуюся от слова «девочка» физиономию. - Ты ведь об этом?

Я кивнул.

- Мне просто интересно, как после… Того, что она прошла, можно стать таким высококлассным хирургом.

- Да, это интересный вопрос, меня он когда-то тоже волновал. - Доктор слегка замялся, видимо, что-то вспоминая. - Но ответу на него не века, а тысячелетия. Столько, сколько существуют войны, и сколько существует медицина. – Он почесал переносицу. – Понимаете, юноша, лучше всего спасает жизнь тот, кто хорошо умеет её отнимать. Всю историю лучшими докторами считались военные врачи, и наше время не исключение. Сам смотри, эти девочки с их возможностями, могли отвезти тебя в любой госпиталь столицы, у нас их хватает. Но привезли именно сюда, в военный. Почему? Они могли отвезти тебя даже в правительственную больницу, учитывая, кто тебя оперировал. Но ты здесь…

- Потому, что здесь – лучшие, - закончил я его мысль. Он зарделся и довольно кивнул. Ага, любит похвалу дедушка. Но похвала эта заслуженная, тут не поспоришь.

- А вообще, между нами, тебе повезло, юноша, что тебя сбила подруга  одной из моих лучших учениц. Забери тебя после той аварии обычная скорая, да доставь в обычную больницу, хромать бы тебе до конца жизни, – разоткровенничался вдруг он. - Все, Хуан, увидимся через неделю. Ну-ка, пройдись еще разок?

Я встал и исполнил требуемое. На ногу наступать было боязно, но раз профессор сказал, «можно», значит можно. Доктор остался доволен.

- Мне тоже кажется, что это великолепно, что ты попал именно ко мне, - заявил вдруг он, когда я принялся одеваться. – У тебя очень… Мощная, поразительная модификация! Такой скорости регенерации просто не существует! По крайней мере, я про такую ничего не слышал. Я удивлен, а меня в этой жизни оч-чень сложно удивить, юноша… - он покачал головой.

- Потому, что вы работаете в военном госпитале? – усмехнулся я. – Военного хирурга трудно удивить модификациями бойцов, созданных как раз для войны?

- Отчасти, - согласился он. – Но больше потому, что я консультирую тех, кто разрабатывает эти модификации для бойцов для войны. Я косвенно участвую в их создании, и такая регенерация для меня нонсенс. Даже для меня. Я думаю, не стоит прерывать наше знакомство, я продолжу твое обследование, юноша, в таком же приватном неофициальном режиме. Думаю, ты не против?