Тем временем в Хогвартсе

9. Подозрительный день

В горле застыл ком желчи. Мысли лихорадочно разбегались, словно рыбы от, брошенного в воду, камня. Джинни нервно сглотнула, удивленно изогнув брови, пытаясь всем своим видом передать глупость сложившейся ситуации. Сцена действительно была смехотворной, так как по шкале от одного до десяти, она останавливалась где-то напротив отметки «истерика». Амикус внимательно наблюдал за реакцией девушки, с интересом наклонив набок голову.

— С Гарри? — в голосе промелькнули нотки удивления. Да, все-таки врала Джинни не плохо. Амикус кивнул, плавно приближаясь к девушке. Джинни вцепилась руками в подлокотники шаткого деревянного стула, которые, казалось от такого напора, должны были треснуть. — Побольше слушайте слизеренцев. Я у них не на очень хорошем счету. Они вам расскажут такие небылицы…

— Тайная комната тоже небылицы? — вкрадчиво спросил Пожиратель, смотря на то, как Джинни изменилась в лице, резко побледнев. Он ехидно ухмыльнулся, видя, как ее глаза расширились от страха, а губы разомкнулись, жадно хватая недостающий воздух. Глаза Амикуса победно заблестели, так как он понимал, что попал в уязвимое место. — Уверен, Тёмный Лорд будет рад познакомится с человеком, который помог натворить столько кипиша в школе.

— Даже если и так, — превозмогая дурноту, проговорила Джинни, сглотнув, подступившую к горлу, тошноту. — Я не встречалась с Гарри.

— А вот другие утверждают обратное, — мужчина оперся руками об подлокотники, больно сжав руки девушки.

— Да? И кто же? — поинтересовалась Джинни, изображая безразличие на своем лице.

— Где Поттер? — пропуская слова девушки мимо ушей, спросил Амикус, в упор глядя на девчонку. Его дыхание опаливало раскрасневшиеся щеки Джинни. В воздухе повис мерзкий запах чего-то сгнившего, будто бы Фред с Джорджем вновь занесли в свою комнату кучу мусора, пытаясь впихнуть его в свои гениальные изобретения.

— Это Захария, да? А может это Малфой наговорил вам этой чуши? — продолжала Джинни, пытаясь убедить Амикуса в своей правоте. — Знайте, я с ними не в очень хороших отношениях: где-то на уровне ненависти.

— Еще раз спрашиваю. Где Поттер? — раздраженным голосом спросил Пожиратель, скулы которого гневно задергались. — Не советую злить меня, — добавил он, угрожая.

— Я же говорила! — возмущалась Джинни, пытаясь не выдать себя никаким лишним жестом. — Я понятия не имею где они!

— Они?

— Что?

— Ты сказала, что не знаешь, где они, — довольно произнес Амикус, подчеркивая последние слово. «Дело дрянь…», пролетело в голове у Джинни, но она лишь нахмурилась, продолжая дальше разыгрывать спектакль. — Он не один? Кто с ним?

— Я сказала «он», — попыталась выкрутится девушка, но тщетно.

— Хватит лгать! — взревел мужчина, находясь от лица девушки всего в паре дюймов. Джинни слегка поежилась, поскольку тяжелый бас больно резал уши. — Что из всего того, что ты мне говорила, оказалось правдой?! Ты говорила, что не была знакома близко с Поттером, потом оказалось, что он был капитаном команды по квиддичу, а теперь я узнаю, что он твой парень! — Амикус залился злорадным хохотом. — Рыжая, советую говорить честно, без увиливания и встречных вопросов.

— Амикус, я тебе не врала, — как можно спокойнее проговорила Джинни. Ее знобило, и не из-за мокрой одежды, ледяного воздуха, ядовитого запаха и ярого взгляда Пожирателя, стоящего настолько близко к ней, что она могла бы запросто по-ерошить его короткие темные волосы, а из-за того, что по ее вине могут пострадать Гарри, Рон и Гермиона. — Зачем мне это делать?

— Затем, чтобы огородить своих дружков от опасности.

— Послушай, я действительно никогда не встречалась с Гарри! Можешь спросить у Невилла!

— Я знаю, что ты ошивалась с Поттером…

— Потому что он, черт возьми, был моим капитаном! — не выдержала девушка, перебив его.

— И грязнокровкой, — тихо добавил он, опасно блестя глазами.

— Для тебя мисс Гермиона Джин Грейнджер, — съязвила Джинни, сморщив нос от, выше сказанного Пожирателем, слова. Грязнокровка — мерзкое ругательство тех, кто не может принять превосходство других только потому, что у них не чистая кровь волшебников. — И ты не так хорошо с ней знаком, чтобы говорить про нее такие вещи.

— Я знаю достаточно о таких, как она, — его голос звучал жестко, отбиваясь глухой луной от стен. — Маглорожденые, — его голос сочился ненавистью и отвращением, которое невозможно было скрыть, — как они могут быть волшебниками, не имея ни капли волшебства в своей крови?

— Разве есть значение на то, какая у них кровь? — с вызовом спросила Джинни, смотря в, пылающее опасным огнем, глаза. — Раз они умеют и могут колдовать, это же значит, что они такие же волшебники, как и мы.

— Не смей, — голос Амикуса клокотал от ярости, — слышишь? Не смей сравнивать мерзкую, ничтожную Грейнджер с нами. Мы выше их, чище и сильнее.

— Как раз таки наоборот. Гермиона в несколько раз умнее, выше и лучше тебя. Да, у нее магловская кровь, только позволь задать тебе вопрос. Какое количество твоих родственников чистокровные маги? — прошипела Джинни, сверкая глазами. Это было явно лишним, так как после этих слов произошло что-то не совсем понятное. Девушка даже ничего сообразить не успела, как оказалась в руках у Пожирателя, который крепко сжимал манжеты ее кофты. Щека горела, наливаясь бардовым цветом. Похоже, Амикус со злости влепил ей хорошую пощечину. Глаза мужчины пылали не просто огнем, в них горело целое ярко-красное пламя, которое обжигало лицо Джинни.

— Рыжая, я же предупреждал тебя, не нарывайся, — прерывисто проговорил Амикус, сжимая еще крепче темно-серую кофту девушки. Джинни прокашлялась из-за того, что молния кофты больно впивалась в шею, мешая полноценно дышать. — Где Поттер?

— Я не… знаю… — задыхаясь, произнесла девушка, впиваясь ногтями в грубые мужские руки.

— А Грейнджер? Она с ним? Отвечай! — Амикус безжалостно тряхнул Джинни, у которой в глазах уже все плыло. Легкие пылали от недостатка кислорода, а глотка была суше, чем пустыня Сахара.

— Амикус… подумай сам… по… оди… одиночке их вам… намного сложнее найти… чем вместе… Гарри бы… не… стал рисковать… жизнью своей подруги, — прохрипела Джинни, раскрыв рот, как выброшенная из воды рыба. Из-за того, что девушка стояла на носочках, ноги уже изрядно ныли. В глазах появились черные пятна, а лицо Пожирателя смылось в черно-телесную кляксу. По щеке стекала теплая жидкость, а на блестящем кольце Амикуса появились красные капли чистой, как он сам ее называл, крови. Вдруг мужские руки разжались, и Джинни рухнула на пол, неистово кашляя и извиваясь на жесткой поверхности. В глазах стали появляться очертания каменного пола с каплями алой жидкости. Джинни дрожащей рукой дотронулась до носа, вытирая, еще теплую, кровь. Девушка тяжело дышала, словно только что пробежала не один километр без передышки. Амикус быстро расхаживал по кабинету, заламывая свои руки за спиной.

— Допустим, я тебе верю, — пробормотал он под нос скорее себе, чем Джинни. — Но это не оправдывает тебя. Ты ведь знала о том, что они не вместе, значит и знаешь где Поттер!

Мужчина присел рядом с девушкой, крутя в руках волшебную палочку, что-то обдумывая. Его мантия была черной, без единого пятнышка, словно он только вчера купил ее в Косом переулке. Волосы у него были расчесаны и чисты, глаза блестели, а под ними были видны темные круги.

— Не знаю я! Откуда? Было бы глупо, если бы он рассказал все своей бы… знакомой, — ответила тихо Джинни, успев прикусить язык на слове «бывшей».

— Ох, не хотелось мне этого делать но… — мужчина направил свою волшебную палочку на девушку. — Круцио!

Наверняка каждый в своей жизни чувствовал боль. Физическая боль жгучая, огненная и неприятная, она пробирается в организм, под слои кожи, больно жаля плоть. Душевная же боль похожа на яд, который отравляет тебя изнутри, мучает, издевается. Джинни никогда не думала о смеси этих двух адских агоний, которая давит на тебя со всех сторон, мешая сосредоточиться на происходящем. Девушке показалось, что все те ранения, ушибы, кровавые порезы, неудачные падения — проступили вновь на ее коже, смешиваясь в одну жуткую боль. Комната стала тусклой, неестественной на фоне ужасающих болевых чувств. В ушах звенел плач, голоса, крики и обрывистые холодные фразы из прошлого, которые она, как никогда, пыталась забыть: «Пиши… Выписывая каждую букву… Василиск голоден, он не любит ждать… Дай ему кровь… Кровь грязнокровок…». Сердце бешено стучало по ребрам, пытаясь убежать куда подальше от этого ужаса. В размытой темноте Джинни пыталась найти хоть какой-то острый предмет, чтобы прикончить себя, не в силах терпеть эту бесконечную агонию. Все неожиданно прекратилось точно так же, как и началось. Джинни показалось, что она прошла все семь кругов ада, танцуя вначале на раскаленных углях, затем горя в пламени и принимая ванны в лаве, после чего она решила спрыгнуть в Тартар, успешно переломав при этом все свои конечности. Девушка тяжело сглотнула накопившуюся слюну, предотвращая рвотный рефлекс. Живот скрутило и покалывало острыми иголками, а голова раскалывалась пополам, гудя не хуже двигателя старой отцовской машины.

— Слушай, тебе самой не надоел это спектакль? — Амикус скучающе присел, тыркая девушку в плечо своей палочкой. Та лишь болезненно простонала, облизывая кровь с прокушенной, ее же зубами, губы.

— Сколько раз можно повторять? — в ее голосе звучала горечь. — Я не знаю!

Амикус тяжело вздохнул, сплевывая накопившуюся во рту слюну. Откуда у него взялась эта привычка? Обычно так делают преступники, курящее тяжелые сигареты «Malboro». Хотя разве можно назвать Пожирателя простым, добропорядочным волшебником, который при любой фразочке и едкости будет тут и там использовать свою силу? Интересно, что может заставить человека превратиться в чудовище? Власть? Семья? Самолюбие? Безвыходность? Страх? Под Амикуса скорее всего подходило последнее предположение, так как он, в первую очередь, всегда думал о себе.

— Может у него есть какая-то выразительная примета, — пробурчал мужчина, разворачивая Джинни лицом к себе. Та сощурилась, ожидая, что Амикус ее ударит. Девушка не могла предположить, сколько еще продержится, но она знала, что будет покрывать своих друзей до конца.

— Какая? Если ты не можешь пойти и посмотреть на плакат с его лицом, то я тебе подскажу: шрам и очки, — прошипела хрипло Джинни, чувствуя, как спина покрылась испариной.

— Возможно, у него есть татуировка или еще что-либо? — пояснил Амикус, сдерживая свой гнев.

— Да я что, сплю с ним что ли?! — возмущенно выкрикнула девушка, которая хотела лишь отдыха и покоя. Она, как никогда, почувствовала небывалую усталость, накрывшую ее с головой. — Ты так говоришь, словно я его жена!

Амикус сжал руки в кулаки от, еле сдерживаемого, гнева. Он шумно втянул воздух, пуская из глаз пыль.

— Ты знаешь о чем я, — сквозь стиснутые зубы произнес он, смотря на Джинни таким взглядом, что она невольно поежилась.

— Нет, нету, — ответила девушка, решив выключить свой режим дерзости хотя бы на несколько минут.

— Слушай, я не хочу с тобой ругаться, ссориться или, как-либо, портить отношения…

— Ты так говоришь, будто бы они были, — перебила Джинни, не в силах удержать свой язык за зубами, за что поплатилась ударом по ребрам.

— Знаешь, я не люблю, когда со мной спорят, дорогуша, — прошептал он это ей на ухо, щекоча бледную кожу. — У меня есть куча других методов заставить тебя говорить, не заставляй меня испытать на тебе все. Ну что, расскажешь мне все как было?

— Мне нечего тебе рассказывать, — сквозь стиснутые зубы пробормотала девушка, перекатываясь набок. Мужчина уткнулся носом в шею девушки, вдыхая приятный цветочный аромат. Его рука скользнула по ее бедру, поднимаясь плавно вверх. Пальцы вырисовывали на ткани непонятные узоры, обжигая под ней кожу. Джинни жутко хотела спать, веки слипались, но оставшаяся часть подсознания со всей силы боролась со сном, крича от ужаса. Собрав всю свою силу, волю и обаятельность, девушка перекатилась на спину, смотря в темные глаза. Зрачки мужчины расширились, на лице играла победная улыбка, которая была больше похожа на оскал. Превозмогая тошноту, Джинни выдавила из себя слабую улыбку, накрыв руку Пожирателя на ее бедре своей. Его рука была холодной, кожа слегка шершавой, под пальцами чувствовались проступающее венки и костяшки пальцев. Девушку всю аж выворачивало от омерзения, но она покорно стала гладить Амикуса по руке, привлекая к себе. Мужчина наклонился к губам шестикурсницы, намереваясь поцеловать. До ее губ оставалось всего лишь пару дюймов, как Джинни, сжав свободную руку в кулак, плюнула Амикусу в лицо, вмазав левой рукой тому в скулу. От шока Пожиратель отшатнулся, непонимающе встряхнув головой. Этой доли секунды Джинни хватило, чтобы перекатится и выхватить из-за пояса свою волшебную палочку здоровой рукой. Вспышка света, и вот палочка девушки отлетела в другой конец комнаты, катясь по полу.

— Ах ты ж сучка! — взревел в ярости мужчина, вытирая рукавом кофты со своего лица слюни. Замахнувшись, он стал ногами бить девушку, целясь куда попало. Джинни сжалась в комочек, пытаясь руками прикрыть от тяжелых ботинок голову. Тело содрогалось в болезненных судорогах, напрягаясь в ожидании последующих ударов. Все тело ныло, мышцы болели, в местах ударов покалывая, словно от иголок.

— Ты совсем сбрендил?! — жуткий крик прорезал ночь, заставив Амикуса поднять голову в сторону двери. Женщина подбежала к брату, отталкивая его от Джинни. Мужчина тяжело дышал, сжав челюсти. Присев, Алекта пихнула девушку пару раз в бок, из-за чего та болезненно простонала. Облегчено выдохнув, Алекта грозно взглянула на своего брата, который, то и дело, сжимал и разжимал руки. — Да что с тобой в последнее время?! Ты же мог ее убить! Может она и предательница крови, как и ее семья, но она чистокровка! Повелителю не понравится, если при нашем правлении здесь умрет хоть один маг! Или ты хочешь и дальше собирать объедки с мусорников?! — взяв себя в руки, она продолжила. — Я знаю, меня тоже не радует то, что Тёмный Лорд загнал нас в эту глушь носиться с тупыми малолетками, но Амикус, это наш шанс! Наш шанс вернуть к себе славу и доверие, прошу не заводись.

— Ты ведь знаешь, почему я злюсь! Потому что эти… Эти…

— Да, но это не повод для того, чтобы срывать всю свою злость на девчонке! — встала на защиту Джинни Алекта, что весьма удивило девушку. Перекатившись на живот, она закусила губу, чтобы не вскрикнуть от накатившей волны боли. — Если хочешь на ком-то отыграться, то лучше сразу на всех виновцах! Амикус, — сестра обняла брата, положив голову ему на плечо, — у тебя все получится, не сомневайся!
Мужчина сдержано кивнул, запустив пятерню в свои, коротко стриженые, волосы. Он крутил в руках свое кольцо, смотря на то, как Джинни неуклюже пытается встать. Алекта проследила за его взглядом и, нахмурившись, произнесла.

— Я отведу ее в гостиную.