Тем временем в Хогвартсе

19. Лесные разговоры

— Что…? — прошептал тихо Невилл, продолжая смотреть в карие глаза девушки.

— Он заставил… — выдавила Ханна, вцепившись ногтями в колени. — Я не хотела…

— Замолчи, — сказала Джинни, выпрямившись. — Значит это все был фальшь, притворство? Дружба, помощь, храбрость. Все это время ты лгала нам всем в лицо, зная, что за каждым поворотом нас поджидает этот ублюдок! — с яростью крикнула Джинни, сжав в кулаки руки. Она пыталась держать себя в узде, но удавалось ей это с огромным трудом. — И это ты говорила мне, что я сволочь? — девушка прожигала взглядом насквозь хаффелпафку, которую трусило с головы до ног.

— Знаю! Я пыталась сказать раньше! Я не могла иначе! — в ответ кричала Ханна, качаясь на одном месте.

— Могла! Просто боялась за саму себя! Что он тебе сказал? Что убьет тебя? Да лучше уж так! — злобно крикнула Джинни, готовая уже наброситься на Ханну для того, чтобы повыдергивать ей все волосы.

— Джинни! — предостерёг Невилл, сжав ее запястья. — Возьми себя в руки.

— Еще скажи, что она не виновата, просто звёзды не под тем углом сошлись при ее рождении, — тон гриффиндорки насквозь был пропитан сарказмом и иронией. Она выдернула свою руку из руки друга, переключив свой гневный взгляд на него. Глаза ее засияли ярко-коричневым, от чего Невилл слегка вздрогнул. Ханна, конечно же, ничего не заметила.

— Даже если и так! Слушай… — начал было парень, как Джинни его перебила, крикнув.

— Из-за нее мы сидели всю ночь за решеткой! Из-за нее нас поймали с мечом! Из-за нее на нас, черт подери, напал отряд тех гребаных змей!

— К мечу я не причастна, — тихо вставила Ханна, что было огромной ошибкой.

— Заткнись! Я тебе не давала право что-то говорить! — прорычала гортанно Джинни, пытаясь взглядом прожечь в Ханне дырку.

— Успокойся! — рявкнул Невилл, тряхнув свою подругу за плечи. Она пару раз моргнула, удивляясь, как же все-таки властно звучала эта фраза. — Ты не в себе. Иди в гостиную.

— Но…

— Иди. В. Гостиную, — произнес спокойно Невилл, делая паузу после каждого слова.

— Ты серьёзно? Я значит лгунья, скотина, а она самый желаемый здесь гость! — Джинни сбросила руки парня со своих плеч.

— Я не говорил этого, — с той же стальной ноткой в голосе сказал Невилл. — Иди, я разберусь со всем этим сам. Будь осторожна: если все, что она сказала об Амикусе, правда, то он не упустит возможность прикончить тебя где-то здесь. Поэтому тебе, как и мне, надо держаться в людных местах, — даже его зеленые глаза ожесточились. Он вздохнул, а потом более мягче добавил. — Джинни, пожалуйста, иди, я скоро буду.

Девушка выдержала на себе умоляющий взгляд Невилла, а потом, слабо кивнув, пошла к выходу, бросив через плечо:

— Предательница.

Джинни выскочила наружу, поднимаясь по лестнице вверх. Кровь пульсировала в висках, а дикая ярость заполнила разум, не давая нормально соображать. Она верила этому человеку! Черт возьми, верила! Поверила в ее искренность, в то, что она не считает ее чудовищем, как приличная часть всей школы, поверила в ее слова, в улыбку, в глаза. Джинни со злостью открыла с ноги дверь какого-то кабинета, войдя во внутрь. Мгновенье, и она, не в силе сдержать свое внутреннее животное, превратилась, опасно сверкая глазами. На морде лисы появился дикий животный оскал, и она стала крушить кабинет, вгрызаясь во все зубами и когтями. Джинни со злости побила все банки, разломала несколько стульев, а теперь кромсала когтями пергамент, думая, что это хоть как-то поможет ей справиться с гневом. Она тяжело дышала, пытаясь обуздать свой гнев. С глаз летели искры, из глотки вырывался гортанный рык, а лицо исказила гримаса ярости. Девушка еще никогда в жизни не теряла над собой самообладание в такой степени. Мысли не могли собраться воедино, так как сосредоточились только на злобе, обиде и жгучей внутренней боли. Джинни стала ходить кругами по классу, не замечая того бардака, который она успела сотворить. Теперь ясно о чем говорил Эмметт, и от чего пытался их уберечь Скотт — от этого. Она закрыла глаза, мысленно считая до десяти. Ей нужно было успокоиться, взять себя в руки, остепениться и перестать наматывать, как дура, круги по этому дурацкому помещению! Она почувствовала, как возвращает себе свое обличье, рухнув на пол. Джинни тяжело дышала, так, словно пробежала марафон в десятки миль, легким не хватало воздуха, а руки и ноги были ватными. Что на нее нашло? Она оперлась спиной об стоящий шкафчик, откинув назад голову. Девушка поймала себя на мысли, что была практически готова вернуться обратно в Выручай комнату и устроить всемирный погром уже там. Джинни не могла поверить в то, что не смогла раскусить Ханну с самого начала, теперь ясно, как такая неприязнь сменилась на лояльность. Девушка прыснула со смеху, поджав к себе колени. Интересно, что Амикус пообещал ей взамен? Оценку: «отлично» по защите от темных искусств и магловедению? От одной мысли становилось смешно. Смешно от того, за что можно продать людей, которые тебе доверяют и считают своим союзником. Джинни достала из внутреннего кармана волшебную палочку, прибирая за собой устроенный беспорядок. Похоже Невилл предвидел это, так как для Джинни не было ничего страшнее, чем предательство.
 

***

Когда дверь за гриффиндоркой закрылась, Выручай комната окунулась в жуткое молчание. Ханна не знала, о чем думает Невилл, что скажет ей, поскольку его лицо не выражало ничего. Парень стал ходить по комнате, подбирая разбросанные разноцветные подушки.

— Презираешь меня, да? — на лице девушки появилась больная улыбка. Невилл подошел к ней, сбросив в одну кучу подушки.

— Не то чтобы презираю, — он сел рядом, положив руки на колени. — Просто не понимаю, да и не хочу понимать.

— Джинни права, это я чудовище, а не она, — Ханна хмыкнула, вытирая слёзы.

— Джинни никогда не была чудовищем, — машинально сказал Невилл, запустив руку в каштановые волосы. — Совесть замучила?

Из нее вырвался истерический смешок, а лице появилась дурацкая улыбка. Она действительно раскаивалась, вот только что это сейчас изменит?

— И не только совесть. Почему ты здесь?

— Потому что хочу узнать, что сказал тебе Амикус, — признался парень, продолжая терзаться свои волосы. — Точнее, что ты услышала от него.

— Он просто говорил Алекте, что ему надоело все это, поэтому он собирается убить главного и тех, кто потянется защищать его, — пробормотала Ханна, вытирая рукавом своей кофты заплаканное лицо. — Сказал, что когда это произойдет, его все станут уважать.

— Ты уверена, что он говорил именно о нас?

— Да, потому что из всех больше всего он не выносит Джинни, а потом уже тебя, — Ханна сжалась в комочек, покачиваясь взад-вперед. — Это случиться сегодня, около одиннадцати ночи.

— Давно ты ему прислуживаешь? — задал следующий вопрос парень, прожигая взглядом свои руки.

— Он поймал меня, когда мы с Полумной взорвали петарды и убегали по коридорам оттуда. Она звала меня, но я не могла ответить, так как этот мерзавец зажимал мне рот, — прошептала хаффелпафка, покачиваясь на месте.

— Это он тебя ударил? — Невилл кивком указал на лицо девушки, на что она лишь кивнула.

— Я действительно не хотела! Он… Он заставил, сказал, что накажет меня…

— Всех из отряда наказывали, но никто из нас не стал подавать Амикусу на блюдечке информацию! — прошипел Невилл, поднимаясь с мягких подушек на ноги. — Я верил тебе, думал, что могу доверять, но для тебя, видимо, это ничего не значит.

— Невилл, я…

— Скажи мне, только честно, тот поцелуй, общение, интерес мной, это была тоже игра? — жестко произнес парень, смотря грубо на Ханну.

— Вначале да, но потом… — она покачала слабо головой, хмыкнув. — Потом я влюбилась.

Невилл засмеялся, прикрыв руками лицо. Он не мог понять, почему эти слова так смешили его.

— В меня? Шутишь?

— Мне не до шуток, — хриплым голосом произнесла Ханна. — Вначале я считала тебя глупым растяпой, но потом… Потом ты мне начинал нравиться все больше и больше. Невилл, ты куда лучше, чем ты сам думаешь. А после нашей прогулки на рождественские каникулы, я поняла, что влюбилась в тебя, — слова давались ей тяжело, но она продолжала тихо говорить. — Я пыталась тебе намекнуть всячески, что я не та, за кого себя выдаю, но сейчас я понимаю, что это было глупым. Даже если бы я дала тебе еще миллион таких подсказок, ты бы не догадался.

— Слишком глупый, да? — Невилл иронично улыбнулся.

— Наоборот, ты слишком добрый и доверчивый, так что такая мысль тебя бы не посетила, а даже если бы и появилась, то ты бы сразу откинул ее, пытаясь найти оправдание мне в моих хороших поступках, — чуть слышно ответила Ханна, глаза которой покраснели от слез.

— Что тебе сказал Амикус, когда узнал, что ты помогла нам против его Черных Змей? — Невилл сменил тему разговора, наматывая круги по комнате.

— Мне тогда сильно досталось, — она сощурилась от одних лишь воспоминаний. — Но я могу с уверенностью сказать, что о потайном проходе в Выручай комнату он не догадывается, — на лице хаффелпафки появилась слабая улыбка. — Мне очень жаль.

— Я верю тебе, вот только это ведь ничего не изменит, — Невилл тяжело вздохнул, направляясь к выходу.

— Знаю, от этого мне и становится не по себе, — сказала Ханна, осторожно взглянув на гриффиндорца. Их взгляды сошлись, но лишь на мгновенье, потому что Невилл, развернувшись, ушел.