Темная реальность

Часть 1 Темный принц: Глава 15

Они молча двигались сквозь черноту туннеля. Маргарита уверенно шла вперёд. Макс следовал за ней, невольно поёживаясь от холода и сырости. Иногда впереди виднелись небольшие стайки необычайно крупных крыс, которые издавали едва слышные скребущие звуки, а временами и очень мерзкое попискивание, от чего Макса передёргивало ещё больше, чем от холода. А вот Маргарита не обращала на это совершенно никакого внимания, она шла полностью погружённая в себя, иногда что-то шептала на непонятном языке, но в каждом её шаге чувствовалась некая сила и уверенность, которой так не хватало сейчас её спутнику.

– Послушай, Марго, ты уверена… – начал, было, Макс.

– Уверена, – перебила его женщина, – Мы уже близко.

– И даже слишком. – Добавила она ещё через несколько шагов. Впереди послышался шум приближающегося поезда. Они остановились.

– И что нам теперь делать? – спросил Макс, которого уже начинало лихорадить.

– Пока ничего. Будем ждать здесь.

Максима уже в который раз поразили спокойствие и уверенность Маргариты в своих действиях. Иногда ему даже казалось, что только по одной лишь этой причине он согласен быть с ней всю жизнь, хотя это и не так, причин было несколько. Но сейчас не об этом.    

Поезд приближался. Расстояние быстро сокращалось. Пульс Максима ускорялся по мере того, как звук становился громче. Наконец вдали показался луч электрического света, стремительно прорезая черноту тоннеля, от чего стайки крыс начали разбегаться в разные стороны.

Максим вдруг ощутил странное тепло на груди. Он засунул руку под рубашку и достал медальон, который дала ему Маргарита. Тот был очень тёплым, почти горячим, но не обжигающим и как будто светился изнутри. И чем ближе подходил поезд, тем ярче становился этот свет. Сильнее всего светились на золоте буквы, неведомые символы горели красным огнём. Максу почему-то стало спокойнее, хотя слово «спокойствие» никоим образом не вписывалось в данную ситуацию. И, тем не менее, его уже перестало лихорадить, тепло медальона благоприятным образом отразилось на его физическом и душевном состоянии.

 

Поезд набрал максимальную скорость, и людям в вагоне стало очень неуютно. Давление нарастало. Те, кто стоял, вплотную прижались к стенам и дверям, не смотря на предупредительную надпись «Не прислоняться», остальные же обеими руками вцепились в поручни. Таких скоростей в метро пассажирам ощущать ещё не приходилось. Разговоры смолкли, шум поезда перекрывал почти все звуки. Некоторые люди ближе прижимались к окнам, пытаясь разглядеть во тьме тоннеля хоть что-то, но кроме черноты ничего не было видно.

Юля же снова впала в некий транс, она закрыла глаза и чётко представила себе Остров. Тот самый, из заставки на экране компьютера. Она ясно видела его под сомкнутыми веками, трёхмерный, яркий, манящий своими прозрачными ручейками и чудесным старинным Замком или же Дворцом с колонами. Над Островом сгущались чёрные тучи, на фоне чёрного космоса они казались ещё мрачнее. Из туч били ярко-красные молнии. По Острову в направлении Дворца бежал человек. И этот человек находился в опасности. Он спотыкался и падал, затем вставал и снова бежал. А тучи сгущались. И молнии били всё чаще и чаще, совсем рядом с ним.

 

– За что ты его любишь?

– Не знаю, просто люблю и всё. За то, что есть.

– А разве так бывает?

– Бывает. Я даже скажу тебе больше, Меган. Раньше только так и было.

Женщина, которая начала седеть слишком рано, поднялась с кресла и подошла ближе к зеркалу.

– Да, Меган. – Повторила она ещё раз, смотря на своё отражение, – Раньше только так и было.

– До Ксавьера?

– Задолго, задолго до Ксавьера, девочка моя… Ах!.. – она со вздохом вновь опустилась в кресло. – Вели принести мне воды. Что-то в горле совсем пересохло.

– Конечно, мама, сию секунду, – спохватилась Меган и выбежала из комнаты.

Дама осталась одна. Её глаза выражали грусть, но улыбка на лице была спокойной, умиротворённой. Теперь со стороны казалось, что её ничто больше не волнует в этом мире, ничто и никто. Но это было не так. Мысли о муже и увядающей красоте вновь разбередили ей сердце.

Меган вернулась со стаканом воды в руках, на её глазах блестели слёзы. Когда она молча протянула стакан матери, одна слезинка упала ей на руку. Женщина взглянула на дочь.

– Что случилось? – с тревогой спросила она. – Почему моя девочка плачет?

– Мама моей подруги Софии, Светлая донна Эстебания, сегодня ночью уходит на Алтарь.

Тут девушка не выдержала, упала на колени, уткнулась лицом в платье матери и разразилась горькими рыданиями.

– Дочь, – женщина положила руку на плечо девушки, – ты должна уже понимать, что это неизбежная участь каждой из нас. Более того, именно на этом и держится наше прекрасное и совершенное общество. И ты поймёшь это в полной мере, когда окончательно повзрослеешь и получишь медальон.

– Нет, мама, нет! – плакала девочка, – Я не хочу так, я не хочу так, не хочу! Это несправедливо!

– Не нам, смиренным женщинам, рассуждать об этом, дочь. Наша задача, – тут мать серьёзно и глубоко заглянула в заплаканные глаза Меган, – наша задача, – уверенно и спокойно повторила она после небольшой паузы, - соблюдать Традицию.

– Но это плохая традиция, она несправедливая, несправедливая! – кричала Меган, – мать Софии ещё совсем молода и очень хорошо выглядит для своих сорока пяти лет! Так почему она должна идти туда, почему!?

– Тише, дочь, – женщина испугано посмотрела по сторонам, будто опасаясь чьего-то присутствия в комнате, – Такими речами ты можешь накликать беду в наш дом. Не мы создавали эти Традиции и не нам их нарушать.



Андрей Сергеевцев

Отредактировано: 21.02.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться