Темная страсть

Глава 2

Вышла на улицу. Погода чудесная. Всегда, если есть свободная минутка, иду к морю. Сажусь на шезлонг, закрываю глаза и слушаю. Радостный смех ребятишек, крик чаек и шум прибрежной волны соединяются в одно целое — звуки счастья.

Блаженно улыбаюсь, подставляя лицо лучам солнца.

На этот раз фокус не сработал. Настроение на нуле, там же самооценка.

Есть у меня еще один проверенный способ поднять настроение, но в рабочее время персоналу купаться запрещено. Схожу вечером или лучше ночью.

Расстроенная, зашла в свою комнату, а там моя соседка таскает огромный букет белых роз и делает селфи.

— Ого. Твой Леха, похоже, от тебя без ума, такой шикарный букет, — порадовалась за Лену.

Елена надула губки. Аккуратно положила букет на мою тумбочку и села на подоконник, скрестив ноги.

— Мой Леха тут ни при чем. Это тебе, посыльный недавно принес. Записки нет, — сказала соседка и откусила яблоко.

Почему все мужчины считают, что стоит им большой веник подарить, как мы всё простим и забудем. Лично я бы предпочла вменяемое извинение.

Может, выкинуть или вернуть? Нет. Мне таких красивых роз еще не дарили. Интересно, а сколько их? Незаметно для себя уже держу цветы в руках и трусь о них лицом.

— Эй, ты чего зависла? Гадаешь, кто подарил? — Лена кинула огрызок в корзину и улеглась на мою кровать.

— Нет, я точно знаю кто. Скотина одна, безумно богатая и бессовестная, — положила букет обратно и присела рядом с подругой.

— Скотина бы не стала такие цветы дарить. А вот это, — она пальцем показала на тумбочку, — подарок настоящего принца.

— Этот принц меня после пяти минут знакомства в девицы легкого поведения записал и под юбку полез.

— А ты?

— Между ног заехала, — гордо заявила я.

Лена засмеялась.

— Старый?

— Да нет, лет тридцать с хвостиком.

— Страшный?

— Погугли: Беккер Кирилл Сергеевич.

Соседка торопливо достала ноутбук, набрала нужный запрос. Замерла.

— Ну и дура же ты, Юлька, — медленно отчеканивая каждое слово, вынесла вердикт Лена.

Соседка вознамерилась поставить мои мозги на место, но час моего безделья подходил к концу, и я отправилась в логово змия-искусителя.

Здоровяк у президентского номера, не задавая вопросов, открыл мне дверь.

Из кабинета слышны голоса Беккера и его секретаря. Подошла к двери, тихонько постучала. Беккер, увидев меня, довольно улыбнулся и предложил стул возле себя. Демонстративно села напротив, чтобы нас разделял внушительных размеров стол.

Беккер смотрит на меня в упор, продолжая диктовать письмо. «Крысиная мордочка» виртуозно стучит по клавишам.

Чувствую себя неуютно — вся сжалась. Мужчина напротив расслаблен, удобно откинулся на спинку кресла и сверлит похотливым взглядом. Угрызения совести за утренний инцидент его совсем не мучают. Хотя о чем это я, какая совесть у дьявола во плоти! Жаль, колдовать нельзя, а то отрастила бы ему хвост и рога для полноты образа.

Реально — нельзя, а вот представить — никто не запрещает. Подрисовала Беккеру длинный хвост с кисточкой на конце, ветвистые рога и даже маленькую бороденку — а что, дьявола не видела, не знаю, как выглядит. Наверное, как Беккер сейчас.

Сидит напротив меня Люцифер, хвостиком по полу бьет, копытца на стол закинул. Я им любуюсь и мило улыбаюсь.

Мужчина расценил это как зеленый свет. Жёстко приказал секретарю выйти, а сам со скоростью стрельбы пулемета обогнул стол. Теплые ладони легли на плечи и слегка сжали их. Он наклонился, и влажное дыхание коснулось моего лица.

Как ему приспичило-то. Поосторожней с ним надо — заводится с пол-оборота.

— Руки уберите! Вы, что, совсем свои детородные органы не цените? — возмутилась я.

Он отстраняется, но руки не убирает, затем одним рывком поднимает меня со стула и разворачивает к себе лицом. Мужчина трясет меня, как куклу, а мои ноги болтаются на весу.

— Ты издеваешься? — злобно рявкнул Беккер и отпустил.

Приземлившись на твердую поверхность, чуть не упала, но все же устояла на ногах.

— Это у тебя игры такие извращенные — спровоцировать, а затем обломать? Да? — глаза мужчины горели праведным гневом.

— Никого я здесь не провоцировала. Вы свое либидо в узде держите, или, если совсем невмоготу, как особо важной персоне, могу организовать экскурсию в дом терпимости.

От моей наглости у него глаза совсем осоловели, видно, что еле сдерживается. Медленно подошел и взял меня за подбородок.

— Брысь отсюда. И забейся в какой-нибудь угол; если ты мне сегодня еще раз попадешься, пеняй на себя. Больше добрым не буду.



Наталья Соболевская

Отредактировано: 10.05.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться