Темные воды

Часть одиннадцатая.

Вернувшись на деревенскую дорогу, я первым делом внимательно изучил окрестности. Подолгу высматривал каждый куст, каждый провал окна и все без исключения тёмные прямоугольники дверей в ближайших строениях. Ведь сумасшедшая ведьма с ножом и кровавым кашлем не могла раствориться просто так, без остатка… И если в лесочке её ещё мог выдать хруст случайных веток или шелест приминаемой травы, то здесь… Здесь я мог полагаться только на собственные чувства.

Я напряжённо сглотнул – и живот моментально отозвался тянущим, холодным чувством голода. Небольшой порции старого мяса было недостаточно, чтобы насытить меня по-настоящему, а вся энергия, полученная от последней трапезы, ушла впустую на бег и крики. В теле моём оставалось всё меньше сил с каждым новым шагом.

Юми же держалась чуть лучше – выглядела собранно и двигалась без каких-либо видимых затруднений. Однако даже её, наверное, не хватило бы ещё на день в подобных условиях.

- Слушай-ка, – заговорил я, надеясь вновь подступиться к девушке. – А там, снаружи… У тебя ведь остались… знакомые… или родственники? Ну, люди, к которым ты можешь вернуться, когда мы… все мы выберемся отсюда?

Моя хрупкая спутница немного замедлила шаг, переваривая услышанное, и впала в лёгкую задумчивость. До этого мига она, очевидно, даже не обращалась мыслями к затронутой теме и теперь оказалась застигнутой врасплох.

- Нет, – произнесла она, ухватив себя за левый указательный палец и зачем-то сжав его в тисках свободного кулака. – Нет… Как будто бы… Если только… Бабушка?.. Или дядя… Но я не…

Не договорив, Юми понурила голову. Кажется, мой вопрос вдруг стал очередной порцией жестокой реальности, которыми жизнь – не без моей помощи – уже добрые сутки поливала девушку как из помойного ведра.

- Знаешь, – я шумно прочистил горло, надеясь тем самым сломить вставшую меж нами стену тишины. – Если мы… Нет, когда мы всё-таки окажемся там, в… реальном мире… Я… Мне кажется, я смогу убедить родителей… И… Хотя бы поговорю с ними… чтобы…

- Я поняла, – Юми слабо улыбнулась, будто бы извиняясь за что-то. – Спасибо…

Могло ли всё стать ещё хуже? Не знаю. Но верилось с трудом.

Закусив губу, я просто поволок свою больную ногу дальше, ни на что уже не надеясь и не рассчитывая. Мы оказались в западне. И я своими руками умудрялся превращать её в настоящий ад для окружающих.

Серпантин, ещё утром казавшийся относительно коротким, тянулся будто бы целую вечность. И медленно, очень медленно мы начали подниматься над уровнем деревенских крыш. Покосившиеся постройки, поддерживаемые по бокам каменными заборами и более прочными домами, начали выстраиваться ломаными рядами, в которых уже нельзя было обнаружить и намёка на осмысленную архитектуру.

Шум реки, разносящийся по пустым улочкам, легко взбирался в гору и, ослабевая, по-прежнему чётко передавал сердитое неистовство природы, вынужденной существовать бок о бок с этим захламленным людьми участком почвы. Вода отбирала всё больше пространства, стирала следы упорядоченного человеком рукотворного мира.

Взгляд мой свободно перескакивал с одной опорной точки на другую – памятный дом рыбака, приблизительное место парковки грузовичка репортёров и так далее – пока не застрял на едва заметном тёмном пятне, беспорядочно перемещавшемся поперёк одной из тропинок. Рядом с ним, вырисовывая столь же странные рывки в воздухе, вскоре начало проявляться ещё одно похожее. И ещё. Темные неразборчивые фигуры возникали словно бы из самого воздуха по всей деревне, то проявляясь, то бесследно исчезая вновь. Отдельные силуэты – те из них, что располагались дальше других от речной кромки – начали обретать некоторое подобие плотности. Цвета. Даже звуки. И пусть каких-либо чётких очертаний эти странные видения принять пока не могли – я с холодеющим от страха сердцем осознал, что там, внизу, сейчас обретают форму непрошеные гости из ночных кошмаров и кинотриллеров. Беспокойные, злобные духи, взбудораженные появлением в деревне живых нарушителей полувекового безмолвия и резко погруженные в реальность собственной смерти. Совсем как та женщина-бродяжка с ножом… Только в действительно пугающих количествах.

Меня охватило отчаяние. Буквально принудив самого себя отвернуться от деревенской панорамы, я схватил Юми за руку и потянул её в гору на всей доступной скорости. Девушка не сопротивлялась – только спотыкалась время от времени, стараясь отыскать причину моего бегства, пока не обнаружила то, свидетелем чего я стал с минуту назад. И дальше мы побежали уже вдвоём, помогая друг другу и истово надеясь, что путь впереди открыт и безопасен.

- А мне всегда казалось… – голос Юми звенел от страха. – Что призраки открыто являются только по ночам… И… что их не существует. В первую очередь. Да.



Николай Антонец

Отредактировано: 27.03.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться