Темные Холмы

Размер шрифта: - +

Глава -11- Я главный злодей

***

Молнегорск

Утром, как ни в чём не бывало, мама, весело напевая, приготовила завтрак. Не обращая внимания на мой угрюмый вид и внимательные взгляды, она между делом беззаботно чмокнула меня в макушку. Пожелав хорошенько повеселиться, ведь начались каникулы, она убежала на работу. А я всё не мог забыть её пустой взгляд, белки закатившихся глаз, неестественно прямую спину. Если то, что происходит со мной, добралось и до мамы, то я обязан это предотвратить. Если, конечно, я не сошёл с ума, и мне всё это не кажется.

Даже не умывшись, я уселся за стол и без интереса поковырял завтрак, силой впихивая в себя еду. Прошлая ночь оставила на мне неизгладимое впечатление, но промаявшись до утра, я вдруг понял, что у меня всего два варианта: пустить всё на самотёк и, скорее всего, закончить плохо, либо попытаться разобраться. Хотя со второй частью у меня с самого начала не заладилось, я до сих пор не знал, с чего начать.

Внезапная трель домашнего телефона прозвучала в тишине как гром среди ясного неба, заставив меня подскочить на месте и выронить вилку. Как оказалось, испугался я не зря. На том конце я услышал некогда родной, а теперь почти ненавистный и слегка подзабытый голос.

— Привет, сын.

Почему-то я не удивился его звонку, но всё равно был не готов к разговору. Голос у него был спокойный, слегка высокомерный и, как обычно, с нотками превосходства — словно он никуда не уходил, никого не бросал и вообще, никуда не девался. Просто ушёл на работу, а теперь решил позвонить и узнать, что у нас сегодня на ужин и не надо ли купить хлеба. — Как мама? Надеюсь, школу без троек закончил?

— «Привет»? «Как мама»? «Школа»? — я и так был на пределе, а эти обыденные вопросы-допросы переполнили мою чашу терпения. Мне хватило лишь одной малюсенькой искры, чтобы вспылить. На свою беду, отец оказался последним человеком, с которым я бы хотел сейчас говорить. Постоянный стресс сделал меня совершенно несдержанным. — Чёрт подери, как мило с твоей стороны поинтересоваться! — с каждым произнесённым словом мой голос становился всё громче. — Да всё просто прекрасно! Мама устроилась на отличную работу, зарабатывает в пять раз больше тебя. Или даже в десять. Я — круглый отличник. Как только ты свалил, у нас стало всё прекрасно. Что ещё хочешь узнать?

— Ну чего ты злишься, ты ведь уже не маленький и должен понимать, что взрослые иногда не сходятся характерами и расстаются… — в его голосе отчётливо послышалось раздражение, словно я был в чём-то виноват, не понимал очевидных истин, и мне нужно было их объяснять на пальцах, как несмышлёному ребёнку.

— Да, расстаются. Бывает. Но не врут десятки лет, глядя в глаза и изображая порядочного супруга. Почти год прошёл, а ты лишь сейчас соизволил позвонить?! Ну, уж нет, избавь нас от своего внимания! Ты нам больше не нужен! — мой голос сорвался, и я перешёл на истерический крик. — Слышишь, не звони нам больше! Никогда!!!

— Александр, сейчас же прекрати повышать голос! Как ты со мной разговариваешь…

— Да пошёл ты!

Я не стал ждать, пока он разразится нравоучительной тирадой и бросил трубку. Через десяток секунд телефон зазвонил вновь и я со злостью выдернул шнур. Наступившая тишина начала раздражать меня ещё больше. Таившаяся где-то всё это время ярость забурлила, стремясь вырваться наружу, и я, схватив ни в чём неповинный аппарат, с силой швырнул его о стену. Звякнуло, во все сторону полетели куски пластика и микросхемы. Мне стало немного легче, от чего понял — злился я больше на себя самого. Я столько раз обдумывал этот разговор, что ему скажу и каким тоном. Всё должно было быть иначе. А в итоге я сорвался как неуравновешенный школьник, сведя на нет все свои заготовленные речи и планы. Теперь отец решит, что без него у нас всё плохо, и я уверен, он будет злорадствовать и с умным видом говорить самому себе: «Видишь, они без тебя никто. Просто недалёкая женщина и глупый ребёнок».

— Я и есть ребёнок. Я не знаю, что мне делать. Некому мне помочь.

Опустившись на корточки около стены, я подтянул колени к самому лицу, перестал сдерживать слёзы и и разрыдался, чувствуя себя слабаком и неудачником.

***

Мне становилось хуже. С каждым днём ситуация приобретала всё более ужасающий характер. Я боялся сомкнуть ночью глаза, потому что стоило мне уснуть, как я оказывался непонятно где, меня кто-то преследовал, и я шарахался даже от собственной тени. Я привязывал себя к кровати, но по возвращению домой обнаруживал нетронутые ремни, словно я проскользнул сквозь них. Мама вела себя как обычно, за исключением полного игнорирования моего состояния: как только я задавал ей не те вопросы, её взгляд становился пустым, глаза закатывались и от безысходности, не в силах это наблюдать, я сбегал подальше, а когда возвращался, всё было снова нормально. Прямо идеальная семья.

Я не мог понять, почему она так себя ведёт, и очень за неё боялся, хотя, пока я не затрагивал запрещённых тем, чувствовала она себя прекрасно, и это радовало. Поэтому, со временем, я просто перестал задавать вопросы, надеясь этим оградить её от неизвестного, потустороннего вмешательства.

Тиму не мог дозвониться, дома его тоже не было, я несколько раз приходил, в надежде, что друг мне чем-то поможет и в то же время боясь, что он также, как и все вокруг, сделает вид, что ничего не происходит. Внутри меня всё время боролись две силы. Одна половина, каждый раз, когда друга не оказывалось дома и он не брал трубку начинала ликовать, вторая же наоборот рвалась к нему домой, словно там есть зацепка, а то и вовсе разгадка.



Коматагури Киёко

Отредактировано: 19.01.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться