Темный исток: Гробницы пустоты

Глава 8. Мекет действует

Запрос так и остался без ответа.

Битых три минуты я глядел на пустой монитор с алой мигающей точкой в левом нижнем углу и не желал признавать очевидное: меня таки послали. И если бы не внезапный вызов брата с требованием подняться, я, быть может, так и остался бы смотреть в одну точку до самого утра. «Ртуть» к тому моменту успела совершить обратный скачок в реальное пространство вблизи Кодда Секундус.

– Ты даже не предупреждаешь, чтоб держались, – посетовал я, вваливаясь в рубку и потирая ушибленное плечо. Тассия уже примотала себя ремнями к креслу. Вид у нее был немного расстроенный, если, конечно, расстроенным может выглядеть респиратор.

– Не до предупреждений мне щас! – бросил Мекет.

Я это понял, как только выглянул за иллюминатор, а оценив зрелище, своим глазам не поверил.

– Что происходит?!

– Любимый вопрос? – едко поинтересовался братец, с силой сжимая штурвал и вытягивая его на себя. – Мы в дерьме, вот что!

Язык так и чесался ответить, что мы оттуда и не выбирались, но увиденное заставило слова застрять в глотке. Дыхание сперло, а волосы встали дыбом. Потому что на орбите творился форменный ужас!

Три линейных крейсера исполинскими чудищами нависали над осколками планеты и, распахнув орудийные люки, самозабвенно уничтожали колонию техносфер, эти осколки окружавшую. Разносили на части, будто малое дитя муравейник, безжалостно стирали в пыль вместе с тысячами местных жителей!

И мы на всех парах неслись в эпицентр той бойни!

– Поворачивай! – прошипел я, сжав спинку пилотского кресла так сильно, что даже пальцы побелели.

Брат не ответил и только с какой-то нечеловеческой решимостью крепче взялся за штурвал.

Это явно что-то значило, и в любой другой ситуации я бы непременно вытянул из него, что именно, но сейчас не мог заставить себя выдавить и словечка. Тварь в ящике почуяла кровь и распалилась, обострив все мое восприятие. Тени вокруг, казалось, просто взбесились. Подобно маленьким, но неостановимым вестникам, они несли в себе отчаяние и ужас, страдания сжигаемых в пламени коддас и захлестнули меня этой черной и горькой, как пепел, волной.

Боясь предположить, во что это может вылиться, я настоял:

– Мекет, поворачивай!

– Делай, как он сказал, Динальт, – выросла рядом шаманка и на удивление крепкими пальцами отцепила мою руку от кресла. На фоне серой огианской кожи, собственная ладонь показалась мне едва ли не черной. – Все равно им уже не помочь, как, собственно, и вашей сделке. Теперь мы всего лишь ненужные свидетели беспредела. Если заметят, нам уже не уйти.

Брат обернулся. Казалось, присутствие старухи его удивило. Он или забыл о ней, или просто не ожидал, что она выдаст нечто настолько разумное. В любом случае его мрачный взгляд сначала скользнул по моим рукам, затем перетек на мое лицо, а после и вовсе замер на непроницаемом шаманском забрале.

– Ты все это с ним сотворила? – спросил он, поджав губы.

Тассия Руэ даже не моргнула.

– Кажется, у тебя сейчас есть заботы поважнее, – напомнила она.

Я знал, что он не оставит это так просто, и, на всякий случай спрятав руки за спину, сказал:

– Тассия права. Все это ерунда. Пройдет. – Многозначительно кивнув в сторону иллюминатора, прибавил: – Если мы переживем этот день.

– Что она с тобой сделала, Мозголом?

– Ничего.

– Не ври.

– Она ничего со мной не делала, – повторил я со всей твердостью, какую сумел наскрести. – А вот ты можешь. Если вывезешь нас отсюда до того, как кто-то спохватится.

Брат отвернулся. Его внимание заскользило по мониторам, с завидной дотошностью передававшим сводки с места зачистки. Спустя мгновение он отрешенно проговорил:

– Поздно. Они заметили.

– Да кто они-то?

– Понятия не имею!

Едва он это сказал, из встроенного в консоль передатчика посыпались рваные приказы, отдаваемые странным механическим голосом:

«Неопознанное судно, немедленно снижайте скорость! Вы в зоне проведения карательной операции. Ложитесь в дрейф и перешлите идентификационные данные для проверки. В случае отказа будет открыт огонь на поражение».

– Ага, ждите, – мрачно пообещал Мекет, продолжая вести «Ртуть» прямиком к боевым монстрам, отдаленно напоминавшим риоммские акаши, только в черной расцветке и более агрессивные на вид. На само сообщение он при этом откликаться и не подумал.

Меня все еще колотило, и острые спазмы периодически стягивали внутренности в маленький холодный ком. Истоку было тесно, и он требовал свободы.

– Для зверя сейчас неподходящее время, Риши, – проговорила шаманка, оттащив меня от брата. – И место тоже. Выпустишь ярость, когда мы окажемся там, где нас от вакуума не будут отделять пара пластов корабельной обшивки.

– Так вот что все это было? – Я вяло усмехнулся, но позволил усадить себя на свободное кресло. – Забота? Или страх за собственную шкуру?

Пристегнув меня ремнями, будто маленького, Тассия Руэ наклонилась так, чтобы только я мог ее расслышать.