Темный исток: Гробницы пустоты

Глава 12. Не тот страж

Он приземлился в центре ангара-склада с грацией, достойной китха, и так мягко, что не потревожил даже песчинки. Распрямился и тщательно осмотрел всех присутствующих. Маска, стилизованная под гуманоидный череп, скрывала взгляд, но я чувствовал, как тот скользил по нам, будто сканируя. Казалось, сама смерть пришла по наши души. Было от чего впасть в уныние.

– Ты не Аргус, – первым подал голос Мекет и поднялся с колен. Присутствие вооруженных курсу его, казалось, больше не волновало.

– Неплохо подмечено, предатель. – Голос стража звучал искаженно, но в нем слышалось куда больше жизни, чем у Аргуса.

Черный корабль тем временем примостился на крыше таверны. Та выдержала, будто только для того и строилась.

– Так как тебя величать? – поинтересовался брат.

Из-за бледной маски послышался смешок, похожий на скрежет песка, облизывавшего стены домов Глосса в ветреную погоду.

– Как угодно. Я не претендую на яркие прозвища.

Мекет тускло рассмеялся.

– А что сталось с малюткой Ди? Не оправдал доверие?

Я думал, страж пропустит вопрос мимо ушей, но он проговорил:

– У него теперь заботы посерьезней. – И следом повернул маску ко мне: – Так это ты у нас живой Исток?

Чувствуя, как его изучающий взгляд скользит по моему лицу, перетекает на руки и замирает на дымящихся запястьях, я с трудом удержался, чтобы не вздрогнуть от отвращения.

– Я себя так не называю.

Страж опять усмехнулся. Было очевидно, что всерьез меня не воспринимают. Я был паатовой мышью, а он – гокки, загнавший добычу в тупик.

– И правильно. Если уж говорить об именах, то Крысеныш тебе как раз к лицу.

Я открыл рот, намереваясь послать его к гнарковой матери, но тут вперед выступил Треззла. Держа лапу на рукояти бластера, он с немалым подозрением косился на истукана в плаще.

– Мастер-куат, что насчет оплаты? Устроить все это было непросто. И я рассчитываю на хорошую награду.

Голова стража дернулась как у механического манекена. Черные прорези в маске нацелились на главаря фебов.

– Где контрабандист?

Треззла, к его чести, не дрогнул. Хоть и стоял на полусогнутых. Невзирая на весь гонор, общаться напрямую с кем-то из серой братии ему было явно не по душе.

– Он… – курсу нервно облизнулся, – сбежал. Мы пытались его задержать, но…

Серый не стал слушать этот лепет. Опустив руку в кармашек на поясе, он извлек кредитный чип и швырнул его Треззле.

Тот, судя по виду, забыл принцип дыхания и впустил в себя кислород только после того, как проверил баланс чипа с помощью планшета. Проверил и удовлетворился увиденным.

– Вот это я называю «деловые отношения»!

Серый, если и оценил иронию, комментировать не стал и только скомандовал:

– Избавьтесь от старшего.

Это был один из тех поворотов, которые принято называть внезапными. Обычно в ситуациях, подобный той, в которую мы угодили, злодеи ищут способ склонить тебя на свою сторону. Используют при этом весь ассортимент пригодных для убеждения средств. Мекет был одним из таких инструментов. Самым действенным. И то, что серый походя решил от него избавиться, лишило меня твердой почвы под ногами.

Изумление было до того сильным, что моя челюсть отвисла сама собой. Я сказал только:

– О.

А феб в шляпе щелкнул зубами и разрядил винтовку брату в спину.

Это должно было стать концом. Всего. Но не стало.

Потому что там, куда целился курсу, Мекета уже не оказалось. Он будто растворился. А потом резко вырос сбоку от стрелка, сбил с него шляпу и вырвал оружие из рук. Остолбеневший феб так и не понял, что произошло. Лишь выпучил глаза, когда брат воткнул тонкое дуло ему в пасть и вдавил спуск.

Новый выстрел. А затем вспышка. Вслед за которой из отверстия в затылке ящера брызнули жареные мозги. Феб дрогнул в последний раз, покачнулся и рухнул мордой в песок.

Теперь уже замерли все. Даже серый как будто впечатлился.

Треззла зарычал.

– Да я тебя за это живьем сожру!

Казалось, лучшего момента, чтобы выпустить тварь, не представится. Я переглянулся с Мекетом. Тот, угадав мои мысли, лишь качнул головой и кивнул в сторону груды контейнеров. Хотелось поспорить, да момент был не лучший. Брат как-то сказал: серые стражи бывшими не бывают. Похоже, в этой фразе крылся свой смысл. Я развернулся на пятках и, прежде чем на складе разразился ад, бросился в укрытие.

Фебы оказались менее расторопными и открыли огонь, только когда рык Треззлы перерос в вопль безумия. Бластеры заговорили на разные лады. И без того скромное пространство склада наполнилось плазменным ливнем. Метили в Мекета, да только не могли за ним поспеть. Брат будто знал, куда ударит каждый новый выстрел, и ловко уходил от столкновения. Попутно выводя из строя одного курсу за другим.

Я не собирался мешаться под ногами и потому оставался в укрытии до самого конца. Мекет тем временем отрывался на полную. Прежде мне и в голову не приходило, насколько он кровожаден. Казалось, брата довели до ручки. Будто вся ненависть, что копилась в нем к клану Феб, наконец, выплеснулась ядовитым фонтаном, готовым испепелить каждого, кто рискнет сунуться.