Тепло твоей души

Размер шрифта: - +

Глава 7

- Что за черт? – недовольно проговорила Лилия. Даже зачем-то дернула дверь, словно надеялась, что брат забыл ее запереть. Без толку. Как и ее поиски ключей. У посторонних они запасные не держали. Да и зачем, когда у них в семье четыре человека и при случае всегда можно взять у родственников?

- Может, Родька машинально прихватил и твои ключи? – предположил Данил.

- Зачем ему три комплекта ключей? Запасные-то тоже пропали… И свои я явно не теряла, я же ими двери открывала. Ничего не понимаю, - устало потерла виски девушка. Братец у нее, конечно, с причудами, но такое отмачивает впервые. – И Максу ведь никак не позвонить, у них телефон недели две не работает.

- А ты откуда знаешь? – неожиданно подозрительно поинтересовался Данил, и в его голосе послышались какие-то незнакомые недовольные нотки.

- Родька жаловался недавно, что дозвониться до него не мог… Интересно, как же он с ним договорился? Может в универе? – предположила Мирославцева.

- Все может быть, - повеселел Данил. В отличии от Лилии он, кажется, догадывался, что происходит. Слишком нарочито выглядели исчезнувшие ключи. И слишком внимательным был его друг, чтобы не заметить некоторых деталей. Получается, ему дали добро? Еще намекнули, чтобы не оплошал, ведь другого шанса может не быть?  Да, все-таки сумасшедший у него друг… Но он благодарен ему за это.

- Кажется, нам ничего не остается, как предупредить моих, что остаюсь у вас с ночевой, и украшать дальше елку, - хмыкнул Левицкий и щелкнул девушку по носу. Под ее возмущенное пыхтение разделся, позвонил родителям. Трубку взяла мама и с каким-то ехидным пониманием дала добро.

С оставшейся частью украшений они управились быстро, и скоро комната приобрела праздничный вид. Лиля выключила свет, зажгла огоньки и ахнула. Освещенная множеством цветных лампочек напоминала ей почему-то бальный зал.

- Так, может, потанцуем? – вдруг неожиданно проговорил Данил. Она что, сказала это вслух? Видимо, да.

- Это будет странно, - смутилась его предложения Лиля.

- Почему, нет? – вздернул бровь Данил. – Приведи веские аргументы.

- Нет музыки, - ляпнула первое, что пришло в голову Мирославцева. Парня ее ответ не устроил:

- Не проблема. Включи центр.

Проблема, и еще какая! Один танец в романтично украшенной комнате (и пусть к празднику, не так принципиально), и одна дурочка вполне способна построить себе воздушные замки. А потом разрушать их до основания, вычищая стеклом песчаную площадку. Чтобы не думать. Не мечтать. Не вспоминать. Не произносить его имя каждые пять минут. И не краснеть.

- Лилек, ты что, боишься? – подначил ее Данил, прекрасно зная, что после такого она сдастся.

- Вовсе нет! – вздернула подбородок девушка и направилась к центру. Спустя мгновение заиграла нежная мелодия, которая при желании, если включить воображение, могла бы сойти для первого танца на балу.

- Разрешите, мадемуазель, - согнулся в полупоклоне Данил и протянул ей руку. Мгновение – горячая ладонь вновь оказались на ее талии, второй рукой он крепко и надежно удерживал ее пальцы.  Ее рука несмело лежало на его плече. А Данил вел. Надежно, уверенно, будто он танцевал вальс каждый день, хотя она точно знала, что он разучивал его лишь к последнему звонку. С тех пор прошло более четырех лет. Что удивительно – разучивал он танец тоже с ней. Просто под руку подвернулась, когда он жаловался Родьке, что ничего не получается… Глупая девятиклассница.

В этот раз все казалось другим. Вальс – тот танец, когда ты непозволительно близко к партнеру. Когда ты словно плывешь на волне его решительности. Ты – ведомая. Он же твой якорь, который должен удержать тебя. И неважно, даже, что под ногами периодически путается далеко не маленький пес, Данил держит так крепко, будто от этого зависит жизнь. Раз-два-три, поворот, раз-два-три…. И воображение уносит тебя на первый бал. Ног касается шелковистая ткань юбки, партнер кажется до жути аристократичным… Кто он, офицер, граф? Какая, в принципе, разница? Главное, это он. Это в его объятиях комфортно, как никогда в жизни. И уже нет места смущению. Танец – маленькая жизнь. И Лиля проживала ее от начала до конца. Еще один поворот. Она знала, что не оступится. Ни за что. Ни в этих руках, ни с этим мужчиной, чьи зеленые глаза блестят в свете волшебных огней.

Музыка оборвалась как-то спонтанно. Данил остановился, вот только рук не убрал. А Лиля неожиданно осознала, что все, бал закончился. И не было никакого волшебно-голубого пышного платья, мягких туфель… Вместо них джинсы и теплый свитер, который она надела на прогулку с собакой. Мундир на ее партнере тоже отсутствует. Но так ли это важно? Зеленые глаза, находящиеся так близко, были наполнены странной, непривычной нежностью… Может, она опять грезит.

- Лиля, - тихо проговорил Данил, мягко отводя волнистые пряди от ее лица. – Лиля…

Она даже не успела спросить, зачем он все время повторяет ее имя. Теплые пальцы задержались на скулах в какой-то мимолетной ласке. А потом случилось то, о чем она мечтала, кажется, вечность. И никогда не думала, что это случится в реальности. Данил Левицкий ее поцеловал. Мягко, нежно, неуверенно, словно спрашивая разрешения. Осторожно, бережно касался, будто она была фарфоровой куколкой которую он боялся разбить. А она тонула – в его томительной нежности, в этих тягучих, словно расплавленная карамель, эмоциях. В этом человека, которого, казалось, любила всю жизнь. Странном. Надежном. Любимом. И отвечала на его нежность своей, выплескивая в поцелуй все эмоции, что копилось в ней все эти годы. Сколько они так простояли – вечность или мгновение, не знал никто из них. Но прерывать поцелуй не хотелось. Таким он был искренним. Теплым. Нежным. Правильным.



Оксана Волконская

Отредактировано: 22.12.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться