Теряя надежду

Font size: - +

Глава 32

 Глава 32
    Семидесятый день в городе N

   
   Мы с Андреем избегали друг друга, мы оба об этом знали, и при каждой встрече дома, я чувствовала себя немного неловко. Альбина чуть ли не каждый день спрашивала меня о моих успехах в слежке. Моя проблема была в том, что я ни за кем не следила, и поэтому мне приходилось врать.
   После обеда, я пошла к сестре, мы договорились, что она научит меня играть в шахматы. Открыв дверь, я увидела «исчадие ада».
   — Оу, извини. — Я неловко улыбнулась. — Альбина..?
   — Она в ванной, у нее пошла кровь носом, теть Лора купает ее.
   — Кровь? С ней все в порядке?
   — Да, такое бывает, из-за давления.
   Надо же, я даже не знала, что у моей сестры и с этим проблемы. Я, похоже, ни о чем не знаю в этом доме.
   — Ты, куда-то собираешься?
   Когда я вошла, я сразу обратила внимание на то, что Андрей складывает вещи в сумку.
   — Возвращаюсь домой.
   Домой? Серьезно? Он живет здесь два месяца и теперь вдруг до него дошло, что пора домой.
   — С чего вдруг? — Меня пробирает интерес, я прикрываю дверь, и сложив руки на груди, жду ответа.
   — Какая тебе разница? — Он с силой кидает какую-то из своих вещей в сумку и, поднимает на меня взгляд.
   — Да, просто спросила.
   — Просто?
   — Просто.
   — Ты издеваешься?
   — То есть?
   — То есть, зачем ты сюда пришла, кретинка?
   — Я пришла к сестре.
   — Ты знала, что я здесь.
   С каждой фразой, Андрей все ближе и ближе приближался ко мне, меня это пугало.
   — Я не знала, а если бы знала, то не пришла бы.
   — Я вижу тебя насквозь.
   — Правда? — Я ухмыляюсь, явно провоцируя «исчадие ада», что не есть хорошо.
   — Твои глаза, как у Лани, говорят сами за себя.
   Я поворачиваюсь лицом к двери, чтобы выйти, но сильная рука резко перехватывает меня, я оказываюсь полностью закованной в объятия Андрея. Моя спина прижата к его груди, я слышу стук его сердца и стук своего, я чувствую мягкое дыхание у своего уха.
   — Попроси меня остаться. — Шепчет он.
   — Я никогда этого не сделаю.
   — У тебя была почти целая неделя, чтобы подумать, чтобы понять.
   — Понять что? — Я оборачиваюсь и теперь, мы стоим почти вплотную, почти лицом к лицу. Если бы он не был таким высоким, мне кажется, мы бы даже могли соприкоснуться носами на таком близком расстоянии.
   — Что ты не можешь без меня.
   — Это смешно.
   — То есть ты отрицаешь это?
   — Мне нужно идти.
   — Ты не выйдешь отсюда, пока я не захочу.
   — Ты ненормальный.
   — Возможно. Не уходи от темы.
   Я услышала звуки в коридоре и поняла, что это может быть мама с Альбиной.
   — Давай поговорим позже, пожалуйста. Мне нужно идти, нас сейчас засекут.
   — Какая ты трусливая. — Андрей отходит в сторону. — Иди, но мы поговорим позже.
   Я открываю дверь и вижу перед собой маму и Альбину. Мать смотрит на меня прищурив глаза, будто сканирует меня, как рентген, я напугана и она словно чувствует это.
   — Я приходила поиграть в шахматы.
   — Оу, я и забыла. Проходи, я уже все.
   — Нет, ты только из душа и все такое… я зайду позже.
   — Как хочешь. — Сестра пожала плечами, а мать снова продолбила меня своим рентгеновским взглядом.
   — Андрюш, захвати мое кашемировое пальто. — Сказала Альбина, и эта фраза притормозила меня в дверях. Они что оба съезжают? Фигушки, я отдам ему свою сестру.
   — Почему, мне никто не сказал? Конечно же, никто даже не спросил моего мнения.
   — О чем ты? — Мать хмурится, я вижу усмешку на лице «исчадия ада».
   — И ты позволишь ей уехать, вот так вот, к чужим людям?
   Все смотрят на меня так, будто я сумасшедшая, кроме Андрея, которого, видимо, забавляет вся эта ситуация.
   — С чего ты взяла, что я куда-то еду?
   — Ты разве не переезжаешь к нему? — Я окинула «исчадие ада» быстрым взглядом.
   — Нет. С чего ты..? А-а. — Сестра посмотрела на вещи, торчащие из сумки.
   — Мы собираем то, что нужно сдать в химчистку. Тебе, кстати, ничего не нужно почистить?
   — Химчистка?
   — Ага. — Говорит Андрей, усмехаясь. Никто не понимает в чем дело. Я готова запустить в него что-нибудь тяжелое, а он просто смеется. Мать смотрит то на меня, то на него, и мне не нравится ее взгляд.
   — Ладно. Я зайду позже.
   Выходя за дверь, я услышала смешок. Ублюдок.
   Не успев войти в свою комнату, я почувствовала, как меня поймали за руку, это была мама. Надо же, как быстро выскочила.
   — Зайди в комнату.
   Я вошла, мать последовала за мной.
   — Что-то случилось?
   — Я у тебя хочу спросить, но надеюсь, что нет.
   — У меня? У меня ничего не случилось.
   — Я не хочу, чтобы ты воспринимала это в штыки, но я бы хотела предупредить тебя. Что бы там у вас не происходило, не смей.
   — Что?
   — Я говорю об Андрее. Я наблюдаю за вами, и мне не нравится то, что я вижу.
   — Я не знаю, о чем ты говоришь.
   — Знаешь, но я надеюсь, что я ошибаюсь. В любом случае, думаю, ты меня поняла.
   — Конечно, мам.
   — Вот и отлично. Увидимся за обедом, поможешь мне накрыть стол.
   Конечно, мамочка. Ага, разбежалась.
   Черта с два, я пошла накрывать на стол, и к обеду я тоже не вышла. Невозможно нормально есть в такой атмосфере. Натянув кроссовки, я решила немного пробежаться. Конечно пробежки это не мое, но моему мозгу нужно было проветриться. Я пробежала, наверное, километра три, и оказалась у торгового центра, куда часто возила Альбину. Я зашла в супермаркет и купила там бутылку воды, на выходе мое внимание привлек мальчик с прозрачной коробкой в руках. Он был одет в костюм звезды, яркая такая, блестящая. Я улыбнулась и подошла к нему.
   — Привет. — Я слегка нагнулась к нему, так как у нас была приличная разница в росте, не смотря на то, что я не была высокой.
   — Привет. — Его голос был звонким, как колокольчик. — Возьмешь звезду? Она принесет тебе счастье. — Мальчик протянул мне небольшую подвеску, на которой висела красная звездочка, вероятно, сделанная из полимерной глины.
   — Правда?
   — Да, обязательно принесет, обещаю. Ты можешь оставить ее себе, но если ты уже счастлива, то можешь подарить ее особенному человеку, и это принесет счастье ему, и он будет всегда помнить о тебе.
   — Ладно, и сколько стоит твоя звезда?
   Я поковырялась в кармане в поисках каких-либо денег.
   — Сколько захочешь. — «Звездный» мальчик протягивает мне прозрачную коробку с отверстием наверху. — Я собираю деньги для своего младшего брата, он очень болеет.
   Я вытаскиваю все деньги, что у меня есть в карманах и бросаю в отверстие коробки.
   — Я знаю, это не много, но у меня нет с собой больше.
   — Спасибо. Твоя звезда всегда будет с тобой.
   Мальчик отдает мне подвеску, и у меня на глаза почему-то наворачиваются слезы.
   — Пусть твой братик выздоравливает.
   Задумавшись о том мальчике, его брате, этой глиняной звезде, я невольно возвращаюсь в торговый центр. Блуждая по нему, как отшибленная, я врезаюсь в какую-то бабу.
   — Извините. — Бормочу я.
   — Ничего. Эй, подожди.
   Я оборачиваюсь, смотрю на женщину и кажется, узнаю ее.
   — Ты дочь Ларисы?
   — Да.
   Она тоже узнала меня, забавно.
   — Очень приятно встретить знакомое лицо. — Женщина подошла ближе, от нее пахло дорогим, но не очень приятным для меня парфюмом, и весь ее вид кричал о том, что я даже не достойна стоять с ней рядом. — Как твои родители?
   — Все хорошо, спасибо.
   — Извини, может это не очень хорошо спрашивать у тебя, но раз уж мы встретились, я бы хотела узнать, как там мой сын? Он не появляется дома, даже не звонит.
   — Я думаю, у него все нормально.
   — Думаешь? — Женщина хмурится и от этого мелкие морщинки между бровей, становятся глубже.
   — Мы не очень ладим. — Говорю я.
   — Мы тоже. Я даже не знала, что он женится. Представляешь, этот говнюк скрыл это от собственной матери. Слушай, мне нужен твой свежий взгляд, я ищу себе платье. Точнее, я нашла, два, но не могу выбрать какое, из них мне больше подходит. Ты не могла бы мне помочь выбрать?
   Женится. Как женится? Бред какой-то. Почему, я не знаю? Я помню, как Альбина смотрела в интернете свадебные платья, но ведь она сказала, что это просто ее мысли на будущее. Разве это будущее уже наступило? От низа живота до самого затылка меня будто обдает жаром, в голове я чувствую свой собственный пульс.
   — Женя, Женя. — Кто-то толкает меня и, я вспоминаю, что стою посреди торгового центра с матерью «исчадия ада». Она говорит, что он женится.
   — Что?
   — Ты не могла бы мне помочь выбрать платье?
   — Да, конечно. — На автомате отвечаю я, а потом мы идем в какой-то магазин.
   Эта женщина перемерила около десяти платьев, мне было плевать, как она в них выглядит, по-моему все они одинаковы, поэтому я просто тупо указала на какое-то одно из..
   Она, кажется, благодарит меня и просит передать всем дома «привет», я кажется киваю, а потом ухожу.
   Я все еще не верю тому, что услышала, но это сказала его мать, какой смысл ей придумывать? Я вижу только одно: я живу в доме лжецов. Поразительно, мне никто даже не сказал.
   Я бегу, очень быстро бегу, думая о том, кому я врежу первым. Конечно же, я не буду никого бить, это лишь мои фантазии, которые я бы с радостью воплотила в жизнь. Мне нужно остыть, я бегу еще быстрее, стараясь стереть все мысли и своей головы. Сердце грохочет, как бешенное, я почти задыхаюсь. Добежав до дома, я останавливаюсь у отъезжающей от двора машины, резко затормозившей прямо передо мной. Я сгибаюсь пополам, опираясь руками о колени, пытаюсь отдышаться.
   — Ты в порядке? — «Исчадие ада» берет меня за плечи, я поднимаю голову, тяжело дышу и смотрю ему в глаза. Я пытаюсь разобрать в них что-то, и я не вижу ничего кроме непонимания. Его зрачки бегают туда-сюда по моему лицу, и видимо его глаза тоже видят на моем лице непонимание, потому что я совершенно не понимаю, как меня угораздило, снова, так низко пасть.
   — Кто-нибудь собирался сказать мне? — Мой голос слегка охрипший и будто надорван, словно я очень громко кричала, долгое время.
   — Не понял.
   — Я видела твою мать.
   — И что?
   — Кто-нибудь собирался сказать мне, что вы с моей сестрой женитесь?
   «Исчадие ада» закрывает глаза, громко выругиваясь, он ударяет кулаком о капот собственной машины.
   — Послушай, это не имеет никакого значения. — Он берет мое лицо обеими руками. Я молчу.
   — Ты понимаешь?
   — Так, это правда. Почему, мне никто не сказал? — Я отхожу в сторону.
   — Послушай.
   — Почему все в этом гребаном доме, обманывают меня? — Я перехожу на крик.
   — Я не обманывал тебя.
   — Заткнись!
   Я не знаю, почему, но я чувствую себя так, будто из меня вырвали душу потоптались по ней и засунули обратно. Разве я могу быть еще более глупее, чем раньше?
   — Я не знаю, что мне делать. — Я слышу в его голосе отчаяние, его лицо переполнено каким-то мерзким оттенком… грусти? Нет, я не верю ни одной эмоции этого человека. Он шагает ко мне, я отступаю.
   — Не подходи. Вы все заодно. Ты, ты думал я стану твоей марионеткой? — Я истерически усмехаюсь.
   Я так хотела сделать ему больно, но почему-то снова выходит так, что больно опять мне.
   — Вышло внезапно..
   Внезапно, Господи, внезапно. Кто вообще говорит так? Мы решили пожениться, внезапно.
   — И когда? Когда свадьба? Вы хотя бы думали пригласить меня? Может, быть я даже буду подружкой невесты, а?
   — Хватит.
   — Не могу поверить. — Я говорю это больше себе, чем ему. Я отворачиваюсь, поднимая голову к небу. Как я сейчас вернусь домой, как я буду смотреть этим людям в глаза? Я даже не часть этого дома, не часть этой семьи.
   Я чувствую сильные руки, обхватывающие меня сзади, чувствую теплое дыхание на своем затылке, мои глаза застилает пеленой невыплаканных слез.
   — Все слишком сложно.
   — Видимо, такой, как я, этого не понять.
   — Могу я попросить тебя, не говорить дома, о том, что ты узнала? Пусть это будет только между нами.
   — У тебя хватает наглости просить меня об этом? Просить вообще о чем-либо?
   Я поворачиваюсь, освобождаясь из рук «исчадия ада»
   — Извини, я наверное, не имею права, но я просто не хочу, чтобы был скандал.
   — Не имеешь! Господи, как я могла забыть. Это же ты, ты в своем репертуаре, во всей своей красе.
   — Ты все драматизируешь. Я могу говорить ужасные вещи, я могу делать, что не влезает в рамки твоих понятий, но я всегда был честен с тобой.
   — О, да, я знаю, ты настолько честен, что меня тошнит.
   — Что ты хочешь, чтобы я сделал?
   — Я хочу, чтобы ты исчез из моей жизни.
   — Ты не понимаешь, о чем меня просишь.
   Ничего не сказав, я разворачиваюсь и иду в сторону дороги.
   — Куда ты идешь?
   Иди к черту.
   Куда я иду? Сама не знаю. Я просто планирую бродить по улице, потому что пойти мне больше некуда, а домой сейчас я возвращаться не хочу.
   Андрей догоняет меня и хватает за руку.
   — Куда ты идешь? Иди домой.
   — У меня нет дома, и никогда его не было.
   — Это не правда.
   — Не правда? Ты смешон. Уйди с моей дороги. — Я отталкиваю его и продолжаю идти.
   — Иди домой, пожалуйста. Тебе нужно поспать, все обдумать..
   — А тебе нужно отвалить.
   — Перестань быть ребенком! Ты больше не ребенок! Куда ты пойдешь? Я уверен, ты даже понятия не имеешь, куда идешь.
   — А, может, имею.
   — Не имеешь! Ты глупая и безрассудная.
   — Оставь меня в покое.
   — Последний раз, когда я оставил тебя, ты влипла в неприятности.
   — Ох, не волнуйся, мои неприятности тебя не касаются.
   — Остановись. Я обещаю, что оставлю тебя в покое.
   Я останавливаюсь и мы оказываемся, почти лицом к лицу, если не учитывать, что «исчадие ада» выше меня на пару голов.
   — И я должна верить тебе?
   — Ты можешь не верить мне, если хочешь, но я сделаю все, о чем бы ты не попросила.
   — Я ненавижу тебя. Господи, ты даже не представляешь, как я тебя ненавижу.
   — Это твое право. Ты можешь испытывать ко мне совершенно любые чувства, но это не изменит моих.

 



Юлия Динэра

Edited: 23.03.2018

Add to Library


Complain




Books language: