The Elder Scrolls: Караван

Размер шрифта: - +

The Elder Scrolls: Караван

Караван

 

 

4Э 221.

 

 

Темно.

Холодно.

Больно.

Вспышка яркого света. Дорога. Караван. В нем Норды. Каджиты. Аргонианин. В повозке хрипит раненый редгард.

Вспышка. Караван едет по лесу. Лошади устало плетутся, опустив морды вниз.

Темно.

 

Вспышка.

Толчок.

Он падает прямо в горную реку. Больно бьётся о камни. Сознание гаснет.

Темнота.

 

— Агрх, — гортанный крик огласил местность. С сосен слетели птицы.

Он перевернулся на спину. «Рана» - вспомнил норд. Посмотрел на живот. Меховая броня порвана, черный пушистый медвежий мех выдран клочьями, кожаные вставки изрезаны мечом.

Из последних сил он как смог разорвал уже не годную броню. Лоскут кожи отлетел на камни.

В меру мускулистое волосатое пузо вымазано бурой засохшей кровью. Большой бардовый шмат оторвался, отчего кровь вновь засочилась.

Норд зажал рану правой рукой. Попытался встать. Мышцы затекли. Он еле поднялся на ноги, пару раз упав. Наконец смог пройтись пять метров, все так же прижимая сочащуюся рану.

Через долгие и мучительные полчаса норд вышел к выложенной брусчаткой дороге. Огляделся. Дорогу со всех сторон окружал лес, густой сосновый Скайримский лес. Дорога уходила вправо и влево, где виднелся остов деревянной повозки. На слабых ногах норд поплелся туда.

Полусгоревшие деревянные балки и тканевые изорванные лоскуты даже отдаленно не напоминали повозку, в которой только недавно ехал он. Стрелы впились в дерево очень глубоко, в дороге торчали обломанные древка. Ничего не оставили, даже маленького железного кинжала.

Другой же повозке повезло больше. У нее оторвано лишь колесо, да тент, укрывающий повозку от ненастья, немного изодран, без стрел также не обошлось. Тут и там виднелись обломки древка и металлические наконечники, на некоторых запеклись капельки крови.

Норд аккуратно вытащил стальной наконечник из дерева, порезал им тент. После чего он начал прикладывать длинный лоскут к ране, перевязываться. Когда на тело был намотан приличный кусок материи, человек встал, начал оглядываться по сторонам, подошел к трупу.

Прямо у моста лежал Аргонианин, в луже собственной засохшей крови. Зеленая чешуйчатая кожа нелюдя изорвана когтями диких собак, в некоторых местах откушены куски мяса. Норд не побрезговал обыскать труп, нашел всего лишь три монеты.

Другое окровавленное тело валялось у края моста, рука лежала аккурат на животе, как будто придерживала рану. Кожаная броня на вид была совсем не потрепанной, весьма сносной, во всяком случае, лучше, чем то, что осталось на берегу реки от брони норда.

 Человек присел рядом с трупом. Вот только его он не помнил в повозках. На голове был надет железный шлем - самый распространенный головной убор у воинов Скайрима и некоторых других провинций империи Сиродил - рога которого были чуть потерты. Правая рука лежала на железном мече, норд взял его и покачал головой – он был туп как древо, такое оружие надо точить, потому как им даже сладкий рулет не порезать.

В набедренной сумке у человека оказался маленький пузырек с красной жидкостью и обрывком желтой бумаги, на которой раньше было наименование эликсира. Отвинтив крышку, норд поднес к носу пузырек, понюхал. Признав в нем эликсир регенерации, он осушил его в два глотка.

Язык уловил горький вкус, глотку обожгло. Норд поморщился, его чуть не вывернуло, но он удержался. Стянул с трупа уже не нужный ему шлем, поставил на вымощенный брусчаткой мост. Снял маленький мешочек с торса бритонского тела, вытащил все содержимое наружу. В мешочке имелся кошель с монетами, одно зелье лечения, письмо, читать которое норд сейчас не захотел, Лунный Сахар, это уже интересно. Эта алхимическая субстанция является наркотическим средством, запрещенным во всем Тамриэле, но некоторые стражи закона смотрят сквозь пальцы на продажу скумы – наркотического напитка, который делается как раз таки из лунного сахара. Расстегнув плечевые ремни, человек снял с трупа кожаную броню, также положил на землю.

Найдя в повозке немного большую сорочку, норд надел ее, после чего облачился в кожаную броню, начал подгонять ремнями под свое тело.

И вот, через пару минут, норд, прихрамывая, забрал мешок со всеми пожитками, намородеренных у трупов и с остовов телег каравана, направился вперед, не зная куда придет, но знал, что что-то тянет его в Вайтран.

 

Дорога шла по лесной глуши.

Старые мшистые сосны высились далеко вверх, заслоняя солнце.

Дорога то и дело виляла.

Норд плелся не меньше трех часов, если судить по светилу. Ступни уже гудели, а рана начала болеть. Желудок сводило от голода, с жаждой дела обстояли намного лучше – человек пил из рек, да немного боялся, но наплевать, главное выжить, а то, что из сортира не вылезешь – плевать.



Данияр Иркагалиев

Отредактировано: 08.12.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться