Тихоня с искорками в глазах

Ч. 1 Гл. 8

Глава 8

Элида увидела его первой, и это было очень хорошо, поскольку у нее было время и пережить шок, и подумать, что делать дальше. Михаил Крозов, один из той троицы, с которыми Катя тогда выпила, которые потом воспользовались е беспомощным положением и которого она ударила ножом в живот, устроился работать на завод, на котором работала и она. У Элиды помутилось в глазах, она помнила ту ненависть Кати, которую та ощущала к этому парню, но Элида понимала, что ничего с этой ненавистью она не будет делать. Она хотела спокойно жить и учиться, напитываясь знаниями этого Мира, чтобы воспользоваться ими в своем. Эта встреча все изменила. Не было никакого сомнения, что рано или поздно, он ее тоже заметит, и что тогда? Элиду бы больше всего устроил вариант, если бы он сделал вид, что знать ее не знает – это было бы наилучшим решением проблемы, теперь все зависело от Михаила. Она осторожно следила за ним, наблюдая, как он осваивается на новом месте. К ее удивлению это произошло почти мгновенно, не прошло и пары дней, как он обзавелся дружками, глядящими ему в рот и смеющихся над каждой его шуткой. Это было и неудивительно. Элида рассмотрела его ауру – ауру лидера, но такого грязно серо-алого цвета она еще не видела никогда. Вот тогда она ясно поняла, что добром их встреча никогда не закончится. Следующие события это только подтвердили.

Она почувствовала ту минуту, когда он увидел ее в толпе и мгновенно узнал, ощущение этого взгляда было сродни уколу иглы, когда портниха бывало нечаянно колола ее булавкой во время примерки платья. Элида надеялась, что у парня хватит ума не трогать ее и не задевать, но он был не таким человеком, чтобы так поступить. С этого дня она почувствовала, что за ней наблюдают. Осторожно, внимательно и… враждебно. Она ощущала этот взгляд постоянно, она не то чтобы боялась парня (ее магические силы позволили бы с ним справиться запросто), но ее беспокоило это внимание, и она понимала, что, когда открыто покажет свои способности, ей придется уйти навсегда, а Элида хотела еще здесь побыть, возвращение к Лоуту ее пугало до ужаса. Лоут это не Михаил Крозов.

Раньше она спокойно ходила после работы в вечернюю школу, засиживалась допоздна в библиотеке, теперь она старалась не ходить одна, старалась всегда держаться на людях, и все равно он ее выследил и в один из вечером дорогу ей преградила тройка парней.

- Что ж ты, лярва ходишь, не здороваешься, словно мы не знакомы? – грубо и оскорбительно, не оставляя ни малейшей надежды на мирное решение конфликта, спросил Михаил, и сплюнул ей под ноги. – Ходишь, вся такая важная, недоступная, словно это не бы бухала с нами в общежитии и потом кувыркалась с нами троими?

- Вы напоили меня… - дрогнувшим голосом ответила Элида, она хотела добавить, что потом он с дружками воспользовались ее состоянием, но Михаил ее сразу перебил.

- Мы что насильно тащили тебя в свою комнату? Мы насильно вливали в тебя самогон? Нет! Та сама с радостью и к нам пришла, и пила наравне с нами! А потом что ты сделала? Ударила меня ножом в живот! – он с такой ненавистью посмотрел на нее, с ненавистью, что не исчезнет с годами, что будет только расти, наливаясь яростью и жаждой мщения.

- Что тебе от меня надо? – с дрожью в голосе спросила Элида, догадываясь, что сейчас последует целый список унизительных и оскорбительных требований, но все случилось не так.

- Что мне от тебя надо? – мерзко ухмыльнулся парень. – Ты это сейчас узнаешь. Держите ее! - приказал он своим дружкам, а сам взялся рукой за пряжку ремня. Элида думала, что, когда ее схватят за руки, и будут держать, у нее будет немного времени, чтобы, заглянув в глаза этим троим, приказать им оставить ее в покое, но все случилось совсем не так. Вместо того, чтобы хватать ее за руки, ей на голову надели мешок, и стали обкручивать веревкой, не давая ей возможности отбиваться. Ярость затопила разум Элиды. Ледяные иглы, перерастающие в ледяные кинжалы, вспороли ткань мешка, пронзая все на своем пути, и руки, и плечи, и животы Мишкиных дружков, поскольку те крепко прижимали ее к себе. Парни заорали, выпустив Элиду из захвата и отпрыгнули в стороны. Она сорвала с головы мешок и уже не таясь, призвала магическую силу. Потом она догадалась насколько страшно выглядела в ту минуту, голубые и алые всполохи, мелькающие то тут, то там, горящие ненавистью глаза, и аура жажды мщения и угрозы смерти.

Дружки Михаила, взвыв от ужаса бросились прихрамывая прочь, зажимая раны и сочащуюся кровь, руками. Сам он так быстро сбежать не смог, поскольку приспущенные штаны, не давали ему такой возможности. Элида шагнула к нему и одним движением руки опрокинула его навзничь. Несколько пасов - и он лежит неподвижно, словно спеленатый тканью, не смея и пошевелится.

- Я знаю, что я сделаю, - медленно сказала Элида, подойдя к Михаилу вплотную. Она присела рядом с ним, упершись коленом в его грудь. На кончике ее указательного пальца появилось яркое свечение, и она каллиграфическим почерком стала выжигать на лбу парня слово «насильник». Ее ярость еще не утихла, поэтому она не обращала внимание ни на его вопли, ни на умоляющий взгляд… Элида не была военной, не слышала советы бывалых воинов, о том, что прежде, чем с кем-то вступать в бой, надо о своем противнике постараться узнать, как можно больше. Если бы Элида последовала этому правилу, то узнала бы, что в компании, которую собрал Михаил Крозов было не трое участников, а четверо. И этот четвертый, сильный, огромный и глуповатый парень, спешил со всех ног к месту проведения показательного наказания, для одной высокомерной выскочки, которую нужно было хорошо проучить и поставить на место.

Элида, увлеченная своей работой, не слышала и не видела, как этот четвертый парень появился на пустыре, как непонимающе огляделся по сторонам, как увидел Элиду и друга кричащего и о чем-то ее молящего, не видела, как этот парень подхватил булыжник, попавшийся ему под руку, и как он страшным ударом опустил камень на ее голову.