Тираны этого мира

Глава 7

История, записанная Педро о Ганибале, больше походила на интервью. “Интервью с каннибалом” - так еще можно было назвать это произведение. В нем Маша от имени своего непримиримого оппонента рассказывала историю вечноживущего чудовища, возможно, вампира, а возможно, еще более могущественного существа.

Она долго рассуждала о Лектере как о вампире, ведь барышни с портала так любят этих холодных тварей. Так почему бы не поделиться с ними взглядом гурмана, которым он смотрит на них и все человеческое стадо в целом. Им, желающим познать вкусы и пристрастия чуждого сознания, им, так любящим западные ценности, следует немного напомнить историю. Историю, в которую с таким вожделением они пытаются втянуть своих читателей.

Лектер с первых строк старается захватить внимание читателей, рассказывая о устройстве человека. Нет, не о его внутренних органах. В первую очередь Ганнибал не каннибал, а психоаналитик и поэтому он всегда начинает с того, что более всего приковывает к себе внимание. Так называемый  "эффект негативности", названный так исследователями из-за стремления людей слушать, запоминать и делиться плохими новостями. 

Это желание, культивируемое в людях в процессе их эволюции. Желание, позволяющие существам, подобным Лектеру собирать их в стада. Создавать автономные пастбища, где люди сами себя откармливают и пасут.

Современное стадо научилось компактно размещаться на местности, выстраивать для себя клетки, привязываться к ним особыми долговыми цепями. Научилось жить под прессингом постоянного ужаса и при этом правильно питаться, заниматься спортом, следить за здоровьем, размножаться и расширять территорию под новые и новые клетки. Это и называется их жизнью. А по ночам, когда “успешные люди” рассаживаются по клеткам, их снова начинает душить ужас. Они боятся и ждут. Ждут, трясясь от страха и отчаяния, что вот-тот дверь их распахнется и все закончится. 

Закончится их безрадостная история. Иногда кто-то из стада не выдерживает и пытается прервать наведенный ужас, покончив с собой. Но правила обновленного стада - непрерывная слежка друг за другом. 

Никто не вправе уходить самостоятельно! И только ужас, живущий внутри тихо пожирает своих жертв, маринуя ужасом их органы. 

Выбраться из стада невозможно, но можно стать другим. Словно в бочке пирата, где из сотни крыс одна, поедая собратьев становится крысиным королем, среди людей также находится свой король. 

Это элита - их господин, царь. Это посредник между стадом и Ганнибалом, тот, кто готов отдать на откуп любого из собратьев, только бы не тронули его самого.

Подобные посредники и являются поставщиками провизии для Лектера. Да и сами они часто поедают приготовленные им блюда, рассуждая об вкусовых особенностях. А вернувшись к себе, господа испытывают омерзение и ненависть от сделанного и пытаясь заглушить эти чувства, оправдаться, они гребут ценности к которым только могут дотянутся в свои бездонные карманы. Грабят, оббирают и унижают своих соплеменников, пытаясь подражать своему бессмертному господину.

Однако они не так устроены, им никогда не стать тем, кем является он. Существом, по чьим правилам живут и умирают. Бесконечной тварью, которую воспевают и описывают в литературе и кинематографе. Тем, существом “что вечно хочет зла и вечно совершает благо”. Правящим людьми из их подсознаний. 

Как короля узнают по свите, его можно узнать по образам оставленным в книгах и фильмах. В свету нашего Лектера выстроились авторы создавшие: смех Мефистофеля, гордость Каина, силу Прометея, мудрость Люцифера, сумасшествие Карамазова, скрипача Карла Маркса, скуку Воланда и даже зонтик Мэри Попинс.

Да, да! Именно он, Ганнибал Лектер, скрыт под образом не улыбчивой дамы. Словно Воланда из “Мастера и Маргариты” ее сопровождает кот, услужливый слуга и ведьма.

Описание существа показалось Николаю интересным, но дальше Маша совсем разошлась, демонстрируя детали из кинофильма “Мэри Поппинс, до свидания!”, связывающие Мэри с Ганнибалом. 

Как ни странно, одной их таких деталей оказалось молоко. Молоко, которым Мэри постоянно поила детей. Ее пудель, по кличке Эй. “Все же помнят, что и у Воланда был пудель в виде набалдашника его трости?”. 

Пудель Мэри не менее полезен в фильме. Он постоянно распевает песенки, одна из которых как раз про “33 коровы и стакан парного молока”. 

Во время исполнения этого замечательного шедевра зрителям показывают постер франко-итальяно-немецкого фильма из серии “кино не для всех” - Invitation au voyage (Приглашение в путешествие). 

Сюжет этого фильма таков. Любимая сестра-близняшка, погибает в результате несчастного случая в ванне с молоком. Ее безутешный брат прячет труп девушки в футляр от контрабаса. Грузит этот футляр на крышу своего автомобиля и отправляется в путешествие. Всю дорогу он попивает то самое злосчастное молоко и постепенно превращается в свою сестру. 
Если задуматься, песенка, которую впоследствии распевает не одно поколение выросших малышей программирует их. Готовит впоследствии стать тем самым парным молоком. 

А сама Мэри? Эта жестокая, неулыбчивая женщина весь фильм потешается над взрослыми. Вместе с ней над ними смеются и дети. Ее магия, как и фокусы Воланда жестоки и бессмысленны, а под конец фильма она вообще устраивает полуночный бал в свою честь. 

– Ты что, все это сама сейчас придумала? Про Мэри, Воланда и Ганнибала или это была домашняя заготовка. – С удивлением в глазах спросил Николай.

– Нет, конечно, зачем мне что-то придумывать, если есть Интернет? Я просто собрала факты, ну и кое-что подсмотрела на канале Нестора. Но и до него нашлись люди связавшие плакат на стене с молоком и песней. Мне показался интересным и автор большинства песен, написанных для кинофильма. Он уже давно умер и на его надгробии написано: “Я умер задолго до смерти”. Звали поэта Наумом Олевым и называли «бывалым циником», сам же себя он в шутку, перефразируя собеседника, как-то назвал «злостным романтиком»