Точка Гриндиса

Глава 11

Когда меня разбудили наступила глубокая ночь. Я взбодрил лицо водой из озера и потопал вступить в дозор. Моя смена… Ура. Класс. Сторожу спящих товарищей. В принципе, важное и нужное занятие. Я защищу вас друзья!

Первое, что я увидел было Айрэлом Вечнотени. Глаз-луна, напомнивший мне о доме. Луна: Селена с легким фиолетовым оттенком и без коррозии кратеров. Красиво, этого не отнять, и свет очень приятный для глаз. Может я житель Тени, а не Земли, и не нужен мне свет, а только красота Селены и тени, тени, вечные тени… Все очень прекрасно, но нет, спасибки. Дождусь дня и вернусь в ласковые лучи солнечных шаров. Скоро небосвод будет спасен светом от твоего присутствия, Айрэл!

После лицезрения еще одного чуда местной природы мной еще ненадолго завладела лунная дорожка, текущая по спокойным водам глубокого озера. Дорога в Вечнотень, – подумал я и повернул взгляд к пожирателю воздуха, костру, что помог приготовить вкусного зайчика.

Всматриваясь в затухающие угли, я размышлял о том старом доме, Земле, откуда я сюда прибыл. Первое, что пришло в голову – это бессердечие землян к своему миру и земли к ним, они существовали не в созвучье, люди губили планету, она отвечала им взаимностью. Тут же, как я узнал ранее, на Гриндисе, так назывался этот мир, – все иначе. Что-то иное пытается все разрушить и всех нас погубить, не мы сами, а нечто, с чем я еще не сталкивался.

У Гриндиса же имелось сердце, чего так сразу не скажешь о земле, ядро у нее, похоже, было, а вот сердца – нет. Может поэтому все у нас и пошло наперекосяк? Может быть…

Этот мир как будто живой, на нем много тайн и загадок, опасностей и невзгод, но, черт побери, мне здесь нравится! Безумно нравится! Не хотелось бы стать последней снежинкой для обрушения снежной лавины. Лучше стать последним звеном механизма, который сдержит инфаркт мира и не даст ему умереть. А механизм есть и, видимо, неправильно функционирует, и Маскировщик тоже часть этих часов, которая играет свою роль в механизме, и он скорее на моей стороне, чем против меня. Раэлы, Айрэлы… – все очень сложно и интересно, и захватило меня целиком.

Я перестал быть тем картежником и прожигателем жалкой жизни, кем я был на земле матушке, я становился другим, но азарт мой никуда не делся, нужно только направить реку карт и фишек в нужное русло, которое приведет меня к цели.

Всплеск, Эйдан резко взлетел в воздух, поднялся над кронами деревьев и быстро спикировал мне под ноги. Он набычился, то есть надраконился, оскалился, сделал очень страшные глаза, раскрыл черные крылья, поднял их повыше и посмотрел вверх и направо.

– Что ты хочешь мне показать? – нахмурившись и припоминая все видимые мной реакции Эйдана, вопросил я.

Или лучше так:

– Что такое, Эйдан? Что случилось брат!? – отправил я ему свои мысли.

– Лазурные – двое! Движутся прямо в нашу сторону, смертельно, смертельно опасно! – прозвучало у меня в голове.

Я чуть ли не взлетел… Права Айлен, скоро я с ними летать научусь.

– Подъем! ВСЕ ПОДЪЕМ!!! Драконы, синие! Они летят к нам, скорее, прячемся! – закричал я.

– Тише, брат, они не должны нас услышать, – предупредил дракоша.

– Хорошо и спасибо! – отправил я мысленный ответ.

Геллфомания! Обожаю вас, ребята! Это была скорость света. Молниеносные геллы собрали все за каких-то десять секунд и уже тащили меня под сень зеленых деревьев. Руки не оторвите, геллфочки! Тяжело ведь, я не пушинка! Две стремительные крылатые ангелши унесли мои пятки прочь от земли, затем, будто услышав мои мысли, они передали меня парням, те в свою очередь быстро привели меня к убежищу. Большое дерево с выпирающими из-под земли толстыми корнями находилось метрах в трехстах от озера. Мы все засели под питоновыми отростками и стали ждать. Ждать синюю смерь.

Ну где же вы?! Ожидание только нагнетает обстановку и натягивает раскаленные до бела спицы наших нервов. Эйдан, красавец, предупредил заранее, задолго до их прилета. А ведь они очень быстры, он что их почувствовал, надо будет поинтересоваться, разузнать, как он их ощутил. Если выживем… Время, время, даже на дракошу у меня его нет, а надо ему уделять промежутки вечно бегущих часов.

Очень скоро я увидел их: двоих почти черных во мраке, отливающих под светом звезд синевой. Вазиры – синие драконы, цвет Ордена, цвет той болезни, цвет щупалец, что повисли над Сердцем Гриндиса. Они замедлились и начали наматывать круги – хищная ветряная мельница из двух драконов. Они как будто говорили друг с другом, но мы их не слышали. Монстры казались мне смутно знакомыми. Но где, где я их видел? Потянув вожжи памяти, я остановил коня своих мыслей и вспомнил. Да я их, можно сказать знаю, это те двое, что участвовали в захвате Твердыни Каршина. Да, точно! Это Мирас и Клириган, пальцы длани Вордарога, опаснейшие создания более чем лояльные Синему культу фигуры. Темно-синие тени явно вели мысленную беседу, как я с дракошей. Один из них что-то почуял, Мирас или Клириган, не знаю, кто из них кто, темно слишком. Мне казалось, что я даже слышал их мысленный шепот, что-то вроде: “Там кто-то есть, нужно сожрать их или устроить Инферно посреди этой прекрасной зелени”, а другой как будто поторапливал: “Вперед, нет времени, нужно успеть вовремя!”.

Ну как так? Скорее всего у меня просто разыгралось воображение, это случилось в связи с тем сном и моими драконскими похождениями в нем. Я сомневался, что могу подслушивать их мысли, такого не может быть – это очень сильная способность. И верно! Я их не слышал, а вот Эйдан так на них смотрел, так смотрел… У него, казалось, сейчас глаза на лоб вылезут и мозги вскипят, его взгляд скоро подожжет корень, под которым он маскировался. “Маскировщик, ты просто маскировщик, не пались, сиди тихо, таинственность – наше все! Ты невидимка! И мы тоже. Не свети нас!” – отправил я сочный кусок пирога моих мыслей дракончику. Питательно и полезно, кушай, мальчик, кушай. Дракоша скинул кожу напряжения, но пристального взгляда так и не отвел. Ладно, пойдет. Хоть так, надеюсь, огненный шторм нас минует.