Точка Гриндиса

Глава 29

Повторяющийся кошмар странного сна: вереницы идущих к концу мира дорог, зияющая рана на теле земли и нависшая над ней тень, хлещущая своими корнями гигантская синяя Сфера…

Стряхнув сон, оглядев алое гнездо и кладку каменных яиц, я выглянул из своего укрытия. Немного размяв свои старые кости и затекшие мышцы, я в себе кое-что обнаружил, что-то новое и невероятно легкое. Да, появились новые ощущения, исчезла оттягивающая спину тяжесть. Ранее висевшие плетьми мертвые крылья сейчас налились невероятной свободой. В них чувствовалась беспечность, пластичность и неповторимое изящество.

ЭТО ЧТО, ДЕЙСВИТЕЛЬНО, ПРАВДА? ОНИ ОЖИЛИ!!! СЕЙЧАС КАК ВЗМАХНЕМ!!!

Движимый ветром легкомыслия, я взмахнул обеими крыльями свободы. Юху-ху-ху-ху!!! Меня перекинуло через себя и приподняло вверх, началось падение. Цепляясь за пластику, я старался выровняться, зависнуть в воздухе как чайка. Несмотря на шебуршение в воздухе и жалкие попытки гелла младенца поймать хоть талику равновесия, я ощутил очень приятные чувства. Рожденный ползать, летать не сможет, уверены? Это чудо – Просто Прекрасное Чудо! Теперь меня одолело озорство: я стал крутящимся в воздухе комом из крыльев и меня самого. “Я лечу!” – выкрикнул я, захлебываясь в вздымающихся эмоциях.

Вот это сюрприз… Не надо даже на марс – и здесь полетаем! Теперь я стал поочередно идти и тренировать полет. Наконец-то я понял, кто такие геллы, чем они живут и что у них является вечным ключом к доброму настроению. Я всегда смотрел в небо, завидовал оторвавшимся от земли птицам, летчикам, унесенным на космических кораблях людям, потом геллам. И теперь я один из них, один из существ, несущих грациозность полета, тот, кому доступен двигатель невесомости.

Я хотел бы назвать крылышки покладистыми, но сейчас порхающий над землей подстреленным мотыльком я опровергал теорию легкости геллфийского полета. От приземлений на красно-белую покрытую галькой поверхность болели ноги, несколько раз приземляясь, я чуть их не подвернул. Двигаясь как беременный пернатый воробушек, я никак не мог равномерно зациклено на траектории просто идти по прямой. Но несмотря на пинки неряшливости, я был по-настоящему в восторге.

Вскоре на горизонте появилась туча, разлитая на грань черная краска, напомнившая мне Вечнотень, а на карте моего пути начерталась пропасть. Да, сейчас я стоял, упиравшись левой рукой на камень, взгляд прикован к разлому. Ага, но ведь теперь это не помеха, правда? Хотя, если пожевать немного сопли скепсиса, то уверенность уже не так хлещет из моего нутра. Вдруг тут “бесполетная зона” – тоже самое, что и в лабиринте. Ведь не даром Бернл и Жнец не могли там взлететь, да и я тоже. Странный все-таки тот жнец, метаморфозы и отращенные крылья, да и еще женские всхлипы. Правда и я теперь не менее странный субъект…

Сейчас пришла невольная идея, но проверю ее немного позже, сначала рассчитаюсь с провалом. Крылья в стороны, вверх и вниз. Неугомонные перспективы и ускользнувшая из-под ног земля… Не забываем и об аккуратности, господа. Постаравшись как можно ближе приблизиться к яме, я пролистнул страницу левого крыла и вошел им в радиус поражения ненастья, прямо над контурами зева пролетело оно. Ничего не произошло. Еще один элемент проверки! Я развернулся, отлетел по дальше, в своей обычной манере закувыркался, через минуту остановился, набрал высоту.

Дальше дело когтистых птичьих лап, а точнее перышков. Движусь к провалу, в лицо бьет залп ветра, чешуйки крыльев выдают воздушные трели. Готовый потерпеть фиаско я с распахнутыми в дальние уголки возможностей крыльями забредаю на территорию ямы. Пронесло! Лечу над ней. План был таков, что когда я промелькну над бездною и, если начну опадать в нее, то мне пришлось бы тотчас же развернуться назад и попытаться спланировать на не совсем мягкую землю. Что на этот раз без эксцессов? Серьезно, нарушаем законы жанра и беспрецедентного бытия Точки Гриндиса? Да, бывает…

Пролетая кратер, примерно на середине разлома я обнаружил мерцающую ленту моста над бездною. Ха, что не заметил? Да его там попросту не было! Хотя… Осмелев, я двинулся к переходу. В борьбе с петлями полета я приблизился к, казалось, совсем материализовавшемуся прозрачному мостику. Появился! Попробуем наступить. Нога погрузилась внутрь и устремилась вниз, я мухой рванулся вверх. По всей видимости, моя ножка там застряла и пытается окоченеть. Холод вонзился клыками в мою конечность и грозился ее оторвать. Меня уже стали глушить сомнения, когда вместе с паникой мерцающая дорога попросту исчезла. Вырвав ногу из ледникового периода, я помчался к берегу.

Не знаю, в чем тут загадка, но сомневаюсь, что прошел бы эту дорожку пешком, слишком коварная тварь эта скорлупка. Хотела придушить мою конечность холодом, а затем отправить меня в вечность. А я-то думал, звезда обыденности воссияла на небосводе. Нет же, все наоборот и малиновый свет солнца на это явно намекал. Конечно, если б туда не полез, то ничего бы не произошло. Может во всех моих невзгодах не виноват кто-то другой, а я сам? И чего я вечно сую себя, куда не следует?

Приземлившись на тот берег, я совершенно спонтанно спрятал свои крылья в узор на спине. Реально! Вот я и проверил то, что хотел сделать на этой стороне. На десяток секунд превратившись в гимнаста, я обернул руки назад и, влепив пальцы в линии узора, нежно по ним провел. Плавные линии и изящные изгибы встретили мои дрогнувшие пальцы, я резко одернул руки и, наверное, даже покраснел.

Я вспомнил как мы танцевали, те чудные моменты, когда мы с Айлинель кружились в вихре замысловатого танца: мои руки гладили ее крылья, а она плыла своими ладонями по моей спине и зачаровывала собой мой взгляд. А наша первая дуэль-тренировка с оказавшейся не такой уж острой Тенью – Айрэлис и ее пресветлой сестрой Раэлис… Она тогда еще подменила мой островержец – меч и, играя на моей сковывающей боязни ранить ее, так меня отделала, моя бритва чуть-ли не каждый ее удар падала на пол и отбрасывала на травку безликие тени, – я усмехнулся. Славное время, по которому прочертили алую черту Гриндиса. Я скучал, скучал, хотя прошло совсем не много времени, сердце болело от мысли, что мы больше никогда не встретимся и не увидим друг друга. “Вернуться, чтобы взглянуть в твои зеленые глаза”. Поэтично и, надеюсь, это сможет приковать меня к жизни и не дать покинуть ее край. Я вернусь! “Юх-ху-ху-ху!” – прокричал я, раскрывая крылья и снова устремляясь ввысь.