Точки

Точки

 

Сначала это было просто пятно.

Даже не пятно, а несколько маленьких красных точек, компактно расположившихся в одном месте. Они появились, когда я почесала руку в районе локтя. Где-то в пол-одиннадцатого ночи. Неделю назад.

«Мало ли», — казалось мне. — «Просто внутри кровеносные сосуды порвала». Кожа у меня на внутреннем сгибе локтя всегда была нежная, как у любого нормального человека.

Я и думать забыла об этих точках. Зима, длинные рукава свитеров и водолазок… Просто рука периодически чесалась.

В воскресенье я пошла мыться.

После появления этих точек прошло три дня.

Они успели облепить всю мою руку.

Я уже испугалась, но несильно. «Мало ли», — казалось мне. — «Может, это новый свитер какой-то некачественный. И от его синтетики пошла аллергия».

После мытья я намазала руку противоаллергенной мазью, выбросила новый свитер и легла спать.

Я проснулась на следующее утро в абсолютно красной кровати. Из точек шла кровь тоненькими струйками, и они успели распространиться на всю правую часть моего тела, кроме лица и ноги.

Выглядело жутко.

И кровь было не остановить — я пыталась, правда. И пережимала руку жгутом, и перекись лила…

…Я не смотрела по телевизору новости. И ещё в далёком прошлом заблокировала все новостные сайты, чтоб держаться подальше от вранья в них.

И работа у меня на дому. Не в офисе сидеть, а раз в месяц на ковёр к начальству со своей выполненной частью…

Я понятия не имела… Ни о чём. Ни о намечающемся эксперименте на Большом Адронном Коллайдере, ни о взрыве на нём, ни о том, чего боялись все учёные, когда-либо работавшие на БАК…

В эксперименте участвовали чересчур крупные пучки. И их разогнали на слишком большие скорости.

Взрыв уничтожил половину Франции, треть Италии, треть Германии, четверть Австрии, стёр с лица Земли Швейцарию, Люксембург и Лихтенштейн, задев даже Бельгию и Словению. Он оставил после себя лишь чёрную микродыру, которая тут же сколлапсировала из-за чересчур малой массы и дала второй взрыв.

Удивительно, что даже живя на Дальнем Востоке, я не почувствовала ничего.

Две ударные волны, последовавшие друг за другом с промежутком более трёх часов, обогнули Землю четыре раза и в итоге встретились, схлеснувшись оставшимися частицами, прямо над моим городом.

Точки — последствия этого «кваркового дождя».

Но это всё я знаю лишь сейчас…

А тогда, на четвёртый день, я просто в панике позвонила родителям. Разумеется, не дозвонилась.

Как назло, за неуплату отключили Интернет ещё месяц назад — с друзьями тоже нет связи.

Тогда я сделала то, что в итоге спасло мне жизнь.

Вышла на улицу.

В силу образа жизни я очень редко покидаю квартиру. Да и в окно глазеть интерес не большой. Поэтому я не знала, что увижу на улице.

А то, что увидела… Вряд ли забуду.

Первым делом мне в глаза бросилась собака, лежавшая около двери подъезда. Маська, дворняжка, её весь дом любил и подкармливал.

Она была мертва.

Шерсть местами слезла, обнажив такие же маленькие точки на теле, как у меня. Правда, из них уже ничего не текло.

Под моими ногами лежало абсолютно обескровленное животное.

Замерзшая тушка в снегу, окружённая алым льдом.

Понять, что это Маська, можно было лишь по прокушенному левому уху.

Меня затошнило тогда сильно. Отвернувшись от Маськи, я блевала лишь с одной мыслью… Неужели я умру так же?

Прижимая кровоточащую руку с удвоенной силой, я пошла в больницу. Она недалеко от моего дома стояла.

Мне по дороге не попался ни один человек.

Только трупы. Обескровленные. С красными точками по всему телу.

…Я поняла, что эти точки нельзя чесать и вообще трогать — они лишь быстрее распространяются от этого. Прямо как обычная ветрянка.

Поэтому в скором времени зимнюю куртку пришлось снять — кожа тёрлась о неё и ещё сильнее чесалась. Как и водолазку позже.

Весь её правый рукав пропитался кровью.

Идти по пятнадцатиградусному морозу было очень холодно в домашней футболочке. Но до больницы я дошла.

Там было пусто.

Ни врачей, ни пациентов…

Снова одни лишь обескровленные тела.

И в больнице не было теплее, чем на улице.

Я не сразу задала себе вопрос, почему в моём доме отопление по-прежнему давали. Мне же не было холодно в квартире…

Когда я поднималась по лестнице на последний этаж, на меня накатила внезапная слабость. «Слишком много крови потеряла», — поняла я и быстро присела на одну из ступенек. Каменный холод мурашками пронёсся по моему телу.

Понятия не имею, зачем меня вообще понесло на самый верх. Глупая надежда, что всё-таки есть кто-то живой, что помогут…?

Не знаю…

Я впала в полузабытье.

Не знаю, сколько пробыла в нём.

Меня вывела из него вибрация телефона. Он разрядился на холоде слишком быстро.

Теперь я не знала, который сейчас час.

Я не знала, есть ли поблизости живые люди.

Когда вставала, на кровоточащую руку опираться даже не пыталась.

И тут у меня зачесалось лицо.

По правой стороне будто бегали тысячи маленьких паучков.

Точки. Они переместились уже и сюда.

«Скоро зачешется нога. И тогда либо придётся терпеть чесотку, либо снять и штаны, и колготки, и в итоге умереть от холода…»

Да.

Меня ждали очень не радужные перспективы.

Поэтому я с абсолютно пустой головой начала спускаться вниз.



Не.та.за.кого.себя.выдаёт

Отредактировано: 22.07.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться