Только один шанс

Размер шрифта: - +

*6*

— Мам, я дома! – крикнул Митя с порога, и Таша приподнялась с кресла и махнула ему рукой, показывая, что занята.

— Ужин на столе, кушай. Извини, у меня пока урок. Через полчасика освобожусь, окей?

— Ладно, мам! – отозвался сын уже из ванной, где мыл руки. — Я самостоятельный у тебя, справлюсь.

— Ох, еще какой самостоятельный, - засмеялась Таша.

Митя помыл руки и вскоре загремел посудой, и Таша снова вернулась к компьютеру и ученику, с которым занималась по скайпу английским языком. Она зарабатывала репетиторством не меньше, а иногда и больше, чем на брошенной ради брака с Александром работе. Его «компенсация» лежала на счету, как и Митины деньги, но больше Таша не принимала. Эти деньги очень помогут ей, когда придет время родов. Она была уже на пятом месяце беременности, и вскоре вообще перестанет выходить из дома, но пока старалась гулять и бывать на свежем воздухе почаще. Конечно, не Италия, но тоже хорошо.

Да, недомогание имело вполне естественную причину. Таша не ожидала забеременеть в тридцать восемь лет, а за циклом не следила давно, и потому просто упустила момент. Она собиралась сделать аборт, вернувшись из Италии, но потом поняла, что просто не может. Ребенок не был виноват в том, что его родители разошлись. Она вырастила Митю одна, справится и сейчас.

К тому времени, как Митя поел и ушел к себе в комнату, урок окончился. Таша выбралась из кресла с трудом — ноги начинали отекать к концу дня, все-таки беременность поздняя — и подошла к окну, которое закрыла жалюзи, чтобы солнце не светило в глаза. У дома стояла какая-то машина, и когда из нее выбрался водитель, Таше пришлось ухватиться за подоконник, чтобы не упасть.

Александр.

На нем была все та же, знакомая ей, рубашка-поло голубого цвета. Июньское солнце золотило загорелую кожу, отражалось бликами от черного «бентли», так похожего на тот, что приезжал за ней в пору их свиданий.

В горле пересохло, и Таша почувствовала, что не может сделать от окна и шага. С огромным усилием она подошла к графину с водой — комнатной температуры, она не любила холодную — и отпила прямо из него. А потом направилась к двери.

Она не станет прятаться. Свободное платье скрывало пока еще маленький живот, а раздеваться перед Александром она не собиралась. Он нажал на кнопку звонка, и она тут же открыла, чувствуя, как колотится сердце.

Она не понимала до этого мгновения, что ждала его.

— Натали, привет. Дан сказал мне, где ты живешь. Извини, что без звонка, я не знал, захочешь ли ты меня видеть.

Она отступила в сторону и закрыла глаза, когда из комнаты с радостным воплем вылетел и затараторил по-итальянски Митя.

— Ты приехал за нами? Ура! Я знал, что ты приедешь. Мальчишки в школе смеялись, но я теперь всем им расскажу!

— Нет, Митя, - начала Таша, но Александр уже сверкал белозубой улыбкой и подхватывал ее сына на руки.

— Конечно, расскажешь! Но чтобы уехать нам надо сначала спросить разрешения у мамы. Я поговорю с ней, хорошо? И мы вместе скажем тебе, что решили.

— Мам! Мы же поедем, да? Поедем? Поедем?

— Иди к себе, - жестко сказала Таша, и сын сразу потемнел лицом и замолчал, а потом шмыгнул в комнату и закрыл за собой дверь.

Молча Таша прошла в кухню, Александр – за ней.

— Зачем ты приехал? Он только стал упоминать тебя реже, чем десять раз в день.

— Я приехал, потому что у меня здесь дела. И потому что мне не хватало вас.

— Что, еще какое-то условие в завещании, о котором я не знала? – не выдержала она, не глядя на него, отошла к плите, щелкнула кнопкой чайника и повернулась к шкафу. Ее обняли знакомые руки, и Таша на мгновение позволила себе поддаться этому — ощущению безопасности и тепла, которого ей так не хватало все это время, ощущению уюта, которое было, как оказалось, насквозь пропитано ядом ужасной лжи.

— Я люблю тебя.

— Тебе зеленый или… - Она осеклась, поняла, что именно он сказал.

Замерла.

Медленно убрала его руки и повернулась, слыша краем уха, как начинает шуметь нагревающийся чайник.

Любовь. Любовь? Он и правда сказал эти слова, или она услышала их просто потому, что хотела услышать?

Таша подняла голову, чтобы встретиться с Александром глазами, и в них увидела себя. Беременную и без мужа. Тридцативосьмилетнюю одиночку, не сумевшую даже единственный раз толком выйти замуж. Женщину с ребенком, имеющим особенности развития.

— Натали, это правда, клянусь тебе.

Она не выдержала и отвела взгляд.

— Ты поэтому приехал? — Ей нужно было знать.

— Да.

— Чтобы сказать?

— Да. И чтобы забрать вас отсюда, если ты захочешь.

— А если нет?

— Тогда я останусь здесь, с вами.

Еще один взгляд, и Таша увидела, что Александр совершенно серьезен. В его глазах она могла читать все чувства. о которых он ей говорил, и она прекрасно знала — знала по себе, потому что пережила это — что сейчас, если ударит прямо туда, в центр, в самое сердце, то просто разобьет его на осколки.



Юлия Леру

Отредактировано: 09.03.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться