Тонкий лед

Размер шрифта: - +

Тонкий лед

Лиля бежала сквозь колючие ветки елей, размазывая ладонями слезы по щекам.

Егор снова ее обидел. Серьезно обидел. Она верила ему, ждала, принесла еды, а он…

Егор Левашов ушел в зенитчики из дома в тот момент войны, когда фронт уже приближался к их поселку. Лиля Семина тогда поссорилась с ним из-за какой-то мелочи, она даже не запомнила из-за чего. Думала, что все образуется — он сразу же забудет обиду, будет ей писать, может, даже наведываться иногда. Но прошло больше полугода, а Егор так ни разу и не написал Лиле.

Она случайно узнала, что его отделение временно находится сейчас в лесу, поэтому с утра быстро собралась и поспешила в лес. Она хоть и шла торопясь, но о немцах не забывала — их разведчиков стали часто замечать в этом лесу. Но Лиля слишком хорошо знала каждую кочку, каждый камушек, каждое деревце в этом лесу — ее отец раньше был лесником, — поэтому чувствовала себя здесь, как дома.

Уже давно стемнело, холод пробирал до костей — зима все-таки. Лиля поняла, что давно сбилась со своего пути — она не видела своих прежних следов. Поэтому Лиле приходилось скакать через глубокие сугробы, постоянно цепляясь ногами за торчащие из земли корни деревьев. Она падала, утыкалась лицом в свежий снег, поднималась и снова бежала вперед — ей хотелось как можно скорее попасть домой и больше никогда не выходить на улицу.

Она встретилась днем с Егором. Увидев его, сразу же кинулась обнимать и целовать в холодные и чуть колючие щеки. Егор же грубым движением стащил ее с себя, отбросил и угрюмо посмотрел на нее. Взглянув в его темные, почти черные глаза, Лиля все поняла. Она все вспомнила: они поругались из-за Машки Кореневой — девчонки с поселка. Лиля тогда увидела их гуляющими в обнимку под клубом.

Вот и сегодня она, встретившись взглядом с Егором, сразу же все поняла. Сбросив принесенный ею небольшой мешок с продовольствием, она бездельно бродила по их маленькому лагерю, пытаясь найти себе место. Но на Лилю никто даже и внимания не обратил — все были слишком заняты своими делами. Даже Егор.

Потом, правда, когда близилось время обеда, он подошел к ней и попросил уйти. Ничего не сказав ему, Лиля развернулась и побежала прочь. Слезы катились из ее глаз, обжигая замерзшие на морозе щеки.

Но сейчас Лиля резко остановилась, прислушиваясь. На секунду она услышала странный звук — как будто кто-то в десятке метров от нее скрипнул снегом, а затем будто где-то совсем рядом зажегся и сразу же померк огонек. Лиля прислонилась к дереву, прячась за его стволом. Но сколько она ни всматривалась и ни вслушивалась, больше ничего не происходило — возможно, ей просто показалось.

Продолжив бежать вперед, Лиля заметила, что уже достигла небольшого замерзшего озера — значит, скоро поселок. Ступив на угрожающе заскрипевший лед, затянувший всю поверхность озера, она смело заспешила вперед, стараясь не поскользнуться.

Лед трещал все страшнее, но Лиля за собственными мыслями не обращала ни на что внимания. А стоило бы.

Лиля не заметила того, что температура поднялась, не заметила, что стало чуть теплее, чем утром. Тонкий подтаявший лед затрещал в последний раз, и Лиля, издав страшный, полный отчаяния крик, упала в воду, не удержавшись на разъехавшемся в разные стороны льду. Холодная вода, в которую она погрузилась по шею, сразу же привела ее в чувство — Лиля стала быстро соображать, как бы ей выбраться.

Хватаясь маленькими замерзшими пальчиками за острые края льда, она пыталась хоть чуть-чуть подтянуться и попытаться выбраться, но льдинки либо тонули, либо отплывали в стороны. Быстро намокшая одежда тянула ее на дно. Лиля, не умевшая плавать, с ужасом осознавала, что ей уже не выбраться наружу.

Спустя тридцать или сорок секунд, Лиля поняла, что у нее нет больше сил барахтаться в ледяной воде. Слишком тяжелый тулупчик тянул ее на дно. Мысли ее стали какими-то далекими, будто и не ее вовсе. Егор почти сразу же забылся.

Лиля, чувствуя, как ее тянет на дно, вытянула из последних сил руку, пытаясь дотянуться пальцами до края льдины, но ей удалось лишь на мгновение царапнуть ее ногтями, не более. Чувствуя, как холодная вода попала в нос, она закрыла глаза. А ей так не хотелось умирать…

***

Лиля, просыпаясь, тихо улыбнулась. Она услышала запах костра и тихий стрекот горевших в нем поленьев, рядом с которым лежала.

Но также она вспомнила и замерзшее озеро, в воду которого она умудрилась упасть. Подумав, что это был лишь глупый сон, она заулыбалась еще сильнее. Наверняка ей все это приснилось! Она весь день была в лагере, устала, заснула, вот и приснилось. И не было ни этого озера, ни слез, ни Машки Кореневой…

Заворочавшись, Лиля почувствовала, что накрыта чем-то теплым и мягким. И сразу же подумала о Егоре. Наверное, он позаботился.

Но распахнув глаза и резко сев на месте, Лиля, готовая уже вывалить на Егора кучу слов, замерла, смотря на сидящего перед ней курящего мужчину. Это был немец — она разглядела его по форме.

Лиля впервые в жизни не знала, что ей делать. Вскочить и попытаться убежать? Выстрелит в спину… Дождаться пока он уснет и сбежать? Да, так он и уснет при ней… Может, оглушить чем? Нечем — его автомат лежит слишком далеко. Лиля сидела и, испуганно глядя на спокойно курящего немца, не знала, что ей делать.

— Русс? — спросил он. Лиля несмело кивнула. — Я так и думать.

Лиля затаила дыхание — он знает русский. Пусть и говорит с ужасным акцентом, но знает. Она поняла, что теперь ей придется аккуратно подбирать каждое слово, обращаясь к нему — как будто идти по тонкому льду.

— Кто вы? — тихо спросила она, не отрывая от него своего взгляда. — Откуда… Где вы меня нашли? Как я попала к вам?



Инна Владимирова

Отредактировано: 22.03.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться