Топь

Размер шрифта: - +

32.

К сожалению, засохшее картофельное пюре не слишком приспособлено для спуска по лестницам. Устав примеряться и аккуратно переваливаться со ступеньки на ступеньку, Печенье послал свою хилую физическую оболочку в самоубийственный полёт. Он и так безнадёжно опаздывал, чтобы церемониться с временной формой.

Сила удара предсказуемо выбила его из материального мира, но за сегодня Печенье уже столько раз развоплощали, что он проигнорировал очередной казус со своим физическим присутствием в четырёхмерном пространстве, собравшись в тело вращения. Легионы малых вышли из воды, и, если люди не вмешаются, то вышка скоро будет напоминать палочку для желе. Подивившись таким неуместным глупым мыслям, Печенье скользнул ближе к центру уровня, огрызаясь протуберанцами плазмы на низкоорганизованную мелочь, заинтересовавшуюся его незащищённой энергией, и прошёл насквозь несколько бетонных перекрытий, чтобы эта структурированная агрессивная водичка отвязалась.

Внизу было, на что посмотреть. Уровень походил на мерцающий калейдоскоп – среди металла тускло мерцали недвижимые осколки зеркала. Многоцветное – настолько, что смесь оттенков кое-где превращалась в бурую грязь – облако рыскало среди металлических переборок, безошибочно выходя на след затаившихся проблесков, неустанно и неодолимо вмешивало их в свою массу и двигалось дальше. Отдельные искры не знали, что бесполезно прятаться от того, что ощущает пространство не через анализ узкого светового спектра.

Бестолково пометавшись, Печенье угнездился среди балок в компании красных огней сигнального освещения вышки. Нужно было успокоиться и подумать. Эх, если бы он мог заставить людей атаковать открыто… Вот ещё один низкоорганизованный, тащится к пиршеству телесного, наверное. Глупая тактика – тот сейчас опасен для примитивных форм. Кое-что в танце вспышек и вихрей низкоорганизованного показалось странно знакомым. В объятиях алых переливов и серых теней нет-нет, да вспыхивала искра разумного. Сосед?

Марионеточное тело на негнущихся ногах шло к одержимому. Последний слишком занялся поглощением шестицветия огней и внимания на конкурента не обращал. «Целое отделение вынес», – Печенье бы присвистнул, имей он создающие свист структуры. Тем временем, пленник соседа расстрелял тело одержимого практически в упор. Печенье не удивился, когда это не привело к заметному результату. Грязно-бурое облако схлестнулось с серыми клубами, внутри которых вспыхивали багровые зарницы, пока человеческие тела обменивались неуклюжими медленными ударами.

Он подплыл ближе, когда всё было кончено. Что самое удивительное, марионеточное тело вовсе не стало ловушкой-тюрьмой для соседа, как показалось сначала в суматохе схватки.

«Ты что, наладил с ним диалог?»

«Лучше, чем у тебя, получается, да?» – насмешливо отвечал сосед, сосредоточенно выколупывая зёрнышки разума из грязной лужи эфира.

Раскручивавшиеся ошмётки бурого облака пощипывали привлечённые битвой пурпурные стайки прилипал. Печенье был поражён до глубины трёхсот пятидесяти семи душ, входящих в его мыслящий агломерат.

«Но как?»

Приближалась целая группа одиночных ярких искр. Эти прятаться не намерены, судя по их блеску. Пепельные клубы поднялись и опали подобно человеку, пожимающему плечами:

«Направлял близкими ему образами. А ты не тех людей выбираешь для диалога».

Это был тот ещё удар по самолюбию. Печенье посмотрел на поредевшую звёздную карту одиночных вспышек. А вон та, с которой он успешно пытался контактировать, пока остальные разумные не помешали его плану. И, кажется, там его помощь будет действеннее.

«Ладно. Давай энергетическую пятюню!»

Хлестнув дымно-багровый протуберанец лучом золотого света, шар плазмы поплыл вверх и с лёгким хлопком исчез в потолке.



Искандера Кондрашова

Отредактировано: 27.11.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться