Транзитом по реальностям

Font size: - +

Глава 8

Встала я рано, в семь утра. Для выходного дня, можно сказать, ни свет, ни заря. А у меня с некоторых пор каждый день выходной. Ивана уже не было. Городские рейсы начинают ходить часов с шести, значит уже давненько ушел, а я даже и не заметила. Спала крепко.

Сегодня непременно надо бы выполнить обещание и к обеду испечь пирогов. Хватит быть неблагодарной приживалкой. Срочно вставать, умываться и бежать на кухню. Я решительно потянулась, сбрасывая лень, и пошла.

В коридоре наткнулась на Алёнку, та готовилась бежать в институт и уже обувалась. Кстати, она там топталась не одна. Рядом с ней накидывал на себя ветровку заспанный долговязый пацан. Они торопливо суетились. Проспали, наверное.

«Проспали?» – я встрепенулась. – «Они спали вместе? Это Алёнкин парень? Интересно, Ванька знает, что эта переросшая лбина тут ночью околачивалась? Вчера вечером лично я его тут не видела».

Теперь уже более внимательно и придирчиво оглядела мальчишку. Возрастом тот был, наверное, как Ивана сестренка, двадцати лет точно нет, возможно эта молодежь вместе учатся даже. Значит где-то восемнадцать – девятнадцать. Ростом пацан высоченный, но худющий. До обмужания и матерого вида ему далековато. Прыщи, наверное, вот только-только сошли. Юнец юнцом, зато с девчонкой спать уже научился. Хотя, дурное дело не хитрое.

Я, как придирчивая строгая мамочка, недовольно осмотрела студентов, а они на меня кинули лишь беглый равнодушный взгляд. Алёнка бросила поспешное:

– Мы пошли, закрывайся, – и парочка в одно мгновенье испарилась за дверью.

Я с озадаченным видом поплелась в ванну. Нет, восемнадцать лет – это, конечно, вполне взрослые люди – совершеннолетние. И нет ничего такого в том, что ребята ночевали вместе. Для меня не новость, чем подростки и в более раннем возрасте занимаются. Просто… Не знаю, что просто. Это Алёнка – Ванькина сестрёнка. Он вообще в курсе, что этот парень тут в открытую таскается?

Я знала эту девчонку третий день и мне по сути должно было быть все равно. Непонятно, что меня встревожило. Не мое это дело вообще, однозначно.

Отгоняя ненужные мысли, взяла зубную щетку. Теперь их в стаканчике торчало три штуки. Зеленая Ивана, оранжевая Алёны. Моя розовая потеснила хозяев. Четвертой не было.

«Значит, этот верзила тут все же нелегально ночью обитал», – мысль снова настойчиво вернулась к застигнутым мной голубкам. Прочно всколыхнули они мне мозги и обескуражили. Может, потому что я, как ископаемый динозавр, начала поздно, и отсюда мои чуть ли не пуританские взгляды? Первый раз у меня произошел практически в двадцать один год с зрелым, уверенным в жизни мужчиной, и не таскала я его к себе домой, спокойно афишируя перед родителями свою интимную сторону жизни. Хотя, я, в общем-то, тоже не пример для подражания, если разобраться. Опомнилась я вдруг, нахмурившись. Про Толика думать и раскладывать наши отношения по полочкам совсем не хотелось. Это я не любила даже в той обычной жизни.

Я вдруг заметила, что начала делить жизнь на «до» и «после». Как две совсем разные «Я». Знать бы еще, когда произошел этот раздел. Чего бы не думали про меня и случившееся окружающие: Ванька, Димка, полиция, Толик. Хотя Толик вряд ли вообще обо мне что-то теперь уже думал. Ну, да ладно. Так вот, чего бы они все не размышляли и не придумывали, я определенно уверена, что ничего не забывала. Просто вышла из дома и вдруг все изменилось. Мир изменился. Он абсолютно такой же, как и был, просто нет в нем меня и моих близких. Точнее, я есть, просто для всех чужая. В какой момент это произошло? Когда я хлопнула дверью, накричав на маму? Или когда застряла в лифте? Вышла из подъезда? Или же, в самом деле, когда попала в ДТП? Может, я уже мертва, и это мой дух гуляет?

Так, в размышлениях, я уже во всю рылась по шкафчикам, выкладывая на стол большую миску, муку, немного скисшего молока, соль, сахар, яйца, масло. Особенно долго искала дрожжи. Думала уже, что их нет. С чего бы им тут быть, если хозяева не пекут пироги, но нет, в коробке со специями нашла открытый пакетик сухих дрожжей. Почти полный. Хватит с лихвой.

«Нет, я вряд ли умерший дух», – продолжала думать, выливая в миску холодную простоквашу. Взглянув на инструкцию, написанную на пакете, отмерила ложку мелких серых гранулированных шариков – дрожжей. Немного муки, совсем чуть-чуть, чтобы только опара начала подниматься. И да, конечно, сахар. Без сахара бродить не начнет.

В общем, я вряд ли дух. Ванька правильно сказал – меня все видят и слышат и даже потрогать могут. И боль я чувствовала. Вся левая сторона до сих пор зверски болела от прикосновений. Может, и в самом деле какая-то небывальщина и я перешла в другую, параллельную реальность? Глупости, конечно. Но мои мозги уже взрывались. А встреча с психиатром, если верить Дмитрию, вроде намечалась на завтра. Сегодня же у меня в планах пироги.

Я задумчиво поглядела на не подававшее никаких признаков жизни месиво в тазике. Прошло полчаса. Опара почему-то отказывалась подниматься. Может, дрожжей мало? С сухими я редко имела дело. Да и вообще, если честно, я редко со стряпней возилась. Можно по пальцам пересчитать сколько раз, и то больше в качестве принеси, подай… помешай.

Я сыпанула еще ложку дрожжей. Через десять минут горсть сахара. Тишина. И тут меня осенило. Потрогала стенки миски. Холодная. Молоко же из холодильника. Вот я бестолковая. У меня даже настроение поднялось, когда нашла причину безжизненности моего теста. Бухнула в опару полстакана кипятка и пошла крошить капусту.



Ксюша Литт

Edited: 09.10.2018

Add to Library


Complain