Трехликая сторона

Размер шрифта: - +

19

\   \   \

Взгляд вновь уперся в насупленный профиль Зонба. Его короткие светлые волосы, стоящие торчком, издали походили на лысину, а извилистый нос – на крючок. Он неприветливо молчал, униженный возложенными на него Варго обязанностями стражника; ведь это их удел – охранять и сопровождать. Зонб был раздражен, но достаточно сдержан, чтобы не позволить своей досаде проявиться.

Очутившись на пороге тронного зала, я почувствовала, как глохну от стука собственного сердца. Здесь собрались все ассасины Танатра. Натертый до блеска пол, точно зеркало, отражал темные человеческие фигуры, создавая иллюзию, будто здесь их гораздо больше истинного количества. Гулкий шепот возрос с моим появлением, перевоплотился в раскатистый ропот; я двинулась к свободному креслу рядом с Антеем.

Сегодня нас впервые увидят вместе официально.

Приклеенные по швам руки дрожали на кончиках пальцев, напряженно жались к гладкой поверхности платья. Восемнадцать пар глаз жгли меня, дырявили насквозь; в этом густом водовороте внимания я хотела увидеть ободряющее родное лицо Лися или непременно спокойное – Нодреда, уткнуться в них, словно в подушку безопасности, но мне было слишком страшно вглядываться в гудящую толпу для того, чтобы отыскать их. Поэтому я смотрела лишь на неподвижную фигуру Антея. Черный полукруг плащей сомкнулся таким же черным платьем, словно последний кусочек мозаики встал на свое место.

Пронзительный хлопок эхом пронесся под потолком, раздавая подзатыльники болтающим и концентрируя всеобщее внимание: Варго поднялся с трона. Величественно ступая, он добрался до центра зала и остановился прямо на мраморном ромбике, служившем точкой пересечения сложных узоров пола.

-Сегодня я собрал вас, чтобы выявить грязного предателя в наших доблестных рядах. Изменника, покушавшегося на жизнь невесты принца и попросту моей гостьи.

Радостное ворчание разлилось по помещению: многие ассасины спешили разобраться со сложившейся в замке острой ситуацией, чтобы вернуть себе право покидать Танатр. Особенно свободолюбивые и те, кто искренне переживал за мою судьбу, поддержали короля одобрительными возгласами. Мне казалось, что эти возгласы отчасти адресованы мне, и что я обязана ответить на них хотя бы взглядом. Взгляд мой боязливо плутал где-то над головами черных мантий – я поймала его, укротила лихорадочное волнение и направила вперед, на открытые в отсутствии глубоких капюшонов лица. Первым же, кто его встретил, оказался вальяжно растянувшийся в кресле Коин, стремящийся всем своим видом доказать собственную незаинтересованность в происходящих разбирательствах. Он сидел, закинув ногу на ногу, сверкая латунной пряжкой на поясе просторных штанов. Сидел по левую сторону от трона, через одно место, занятое Нодредом. Не успела я покоситься на голубоглазого, по обыкновению невозмутимого ассасина рядом с ним, как Варго обратился ко мне:

-Кира, ты видела, кто пытался убить тебя?

Король еще не знал имени предателя, он не пожелал слышать его до самого суда. Наверное, до последнего хотел остаться непристрастным. Чувствуя необходимость привстать, я оторвалась от бархатного стула и кивнула.

-Да.

-Говори.

-Коин, - не колеблясь ни секунды, отозвалась я.

На минуту воцарилась гробовая тишина, разбиваемая лишь тикающим звуком настенных часов с красивыми римскими цифрами, разбросанными по белоснежной окружности циферблата. Широкая стрелка, угловатая и острая на конце, остановилась между пятью и шестью часами; минутной стрелки не было. На плоском лице Еника отразилось исступленное недоумение, Зонб открыто и недоверчиво охнул, поддавшись вперед и на мгновенье позволив безукоризненной осанке вольно обмякнуть в плечах. Райлон покачал своими длинными волосами, молчаливо опровергая мои слова. Стрелка смотрела мимо них, ниже, туда, где застыл Варго. К лицу короля прилила кровь: он растерянно уставился на меня, полагая, что ослышался, что сейчас я назову другое, чье угодно, но другое имя; в глазах его пронеслась отчаянная надежда, топтать которую было беспощадно даже для самого жестокого человека в мире. Я еле заметно кивнула – осторожно, самым подбородком, словно желая смягчить удар.

Коин нарочито медленно поднялся, заставляя смолкнуть вновь оживившийся гул в ожидании его ответа. Широкий рот растянулся в едкой ухмылке, сплющивая рубец на щеке в отвратительную гармошку.  

-Девочка, ты в здравом рассудке? Не опоил ли тебя дурманящими травами Юну? Что за глупости ты несешь?

-Я видела тебя, - мне хотелось прибавить голосу твердости, но ошарашенные сенсационным заявлением зрители словно высасывали ее своим пристальным вниманием. - Ты обернулся, прежде чем сбежать. Я четко рассмотрела шрам.

-Твое слово против моего, - оскалился Коин. – Ваше превосходительство, со всей ответственностью я заявляю, что не делал этого.

-Врешь!

-Бросьте, принцесса, для чего мне убивать вас?

Обвинения проносились мимо сгорбленного, потухшего силуэта Варго то в одну сторону, то в другую, то и вовсе одновременно, сталкиваясь друг с другом и взрываясь прямо над его головой, причиняя королю очевидный дискомфорт, настоящие душевные муки. Мы с Коином будто играли в глупую игру, в которой невозможно было победить; состязались, кто из нас громче крикнет. Я не могла доказать его вину ровно так же, как он – ее опровергнуть: ни свидетелей, ни улик не было у нас обоих.

Мягким убеждающим тоном ассасин повествовал, что в злосчастный день, когда на невинную принцессу было совершено покушение, он отсыпался после ночного дежурства. Буквально видел сны, пока я давилась противоядием и падала в обмороки.

Продолжительный мандраж иссушил во рту последнюю слюну и иссяк; осталась лишь безнадежная злоба. Я больше не спорила – немо сверлила Коина ненавидящим взглядом, точно могла расплавить им дыру в его черепе, из которой полилась бы правда.



Роксана Форрадаре

Отредактировано: 03.03.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться