Третья грань реальности

Размер шрифта: - +

Глава 17

– Три часа! Три часа вместо двух суток пути! – не мог нарадоваться Лейф, осматривая город, словно ища подвох. – И время выиграли, и алиби обеспечили, если арзалийцы сюда приеду нас искать!

Восторгов я не разделяла – все силы ушли на погоню, – но вампиру не мешала. Вместо этого тоже осматривала город, белокаменный и при этом необычайно чистый. Страшно представить, сколько лавров в него вложено. Но Фаррису без таких трат никак – страна живёт за счёт путешественников, а их так просто не приманишь.

– Вот посол Аурелий удивится, увидев нас так рано!

– Угу, – послушно кивнула я, а потом встрепенулась – что-то резануло слух. – Как, говоришь, зовут посла?

– Аурелий Револьский, – повторил Лейф и тут же добавил: – Кстати, мы уже приехали.

Он спешился и отправился к охране до того, как я собралась с мыслями. Проверка документов неожиданно затянулась, от скуки я разглядывала площадь, где устроилось наше посольство. В общем-то ничего особенного, кроме Храма Иконы Лаврика руки святого Жозефа на противоположной стороне. Помнится, Лаврик рассказывал, что Жозеф рисовал его с натуры и очень долго старался скрыть с лица бога «все непристойный мысли, которые на лбу у него написаны». В результате, получился самый неправдоподобный и нелюбимый портрет бога. Надо бы зайти посмотреть.

– О чём задумалась? – тронул Лейф меня за руку. Я ответила озадаченным взглядом. Вот точно помню, что хотела что-то важное сказать, а что… – Поехали, пока нас не передумали впускать.

Я послушно пустила Вампира шагом, а стоило миновать ворота и вовсе спешилась. К моему удивлению, стоило нам отдать лошадей конюхам, как двери посольского дома распахнулись, и навстречу выбежал Аурелий, причём в наспех завязанном домашнем халате. Лейф ошалел, ожидая другого приёма, а я вспомнила, о чём хотела предупредить – с послом в Фаррисе я была знакома.

– Добрый день, дорогие гости! – заорал он на весь двор, подскакивая в первую очередь ко мне – ручку поцеловать. – Должно быть, вы госпожа Эвелина Вервейндил!

Аурелий подмигнул мне, замешкался, и на всякий случай подмигнул подряд ещё пять раз. Намёк я поняла с первого же.

– Надо же! Как вы догадались? – притворно изумилась я, подыгрывая.

– О! Слухи о вашей красоте разлетелись далеко за пределы нашей прекрасной Родины! – воодушевлённо заливал посол, а я в душе только посмеивалась. И, кстати, про Эвелину Вервейндил не слышала совершенно ничего.

Лейф деликатно кашлянул, озадаченно наблюдая за нашей встречей, – Аурелий послушно перекинул всё внимание на него, очевидно «чтобы тот ничего не заподозрил».

– А вы, должно быть граф Грегориан Вервейндил! – важно произнёс он, пожимая руку. – Удивительно, насколько точно описал вас гонец! Вы прекрасная пара!

Здешняя легенда мне нравилась больше арзалийской – за мужем следить проще, чем за братом. И кавалеров он отпугивает. Наверняка за такое надо благодарить посла – Лейф бы точно придумал очередную пакость.

– Ах, да! – опомнился Аурелий. – Простите меня! Вы, наверное, устали с дороги. Я распоряжусь немедленно подать обед, если вы не против!

– Дорогой!  – вдруг позвал холодный женский голос.

Холодок пробежал по спине, от веселья и радушного приёма не осталось и следа, а все взгляды устремились к говорившей. Высокая, стройная, с идеально прямой спиной и белокурыми кудрями. Улыбка на губах женщины выглядела неискренней, словно пришитой, а глаза оставались равнодушными.

– Да, моя сахарная? – отозвался посол.

– Ты совсем себя не бережёшь, – пожаловалась она, спускаясь. – На улице осень, а ты выбежал встречать гостей в одном халате.

В руках женщина держала шинель, которую накинула на плечи мужу, стоило ей подойти на расстояние вытянутой руки. Бережно поправила её, с нежностью пригладила. Нам же лишь небрежно кивнула в знак приветствия.

Значит, это та самая скандальная красотка Катарина Тарская? А у посла губа не дура. Хотя во время их знакомства он ещё не был послом. Аурелий тогда вообще никем толком не был, зато отличался проворством и смекалкой – предложить чародею пожизненный процент с будущих доходов может догадаться не каждый.

– Спасибо, родная! – поблагодарил посол, а она чмокнула его в щёку и предупредила:

– Распоряжусь насчёт обеда.

На нас она и не взглянула.

За едой я всё больше видела, как неестественно тепло Катарина относится к Аурелию, и как пренебрежительно к остальным – от слуг до нас с Лейфом. Это бросалось в глаза, но я единственная могла объяснить столь удивительное отношение. И единственная случайно «утопить» посла. Наверное, поэтому он выскочил навстречу. Кстати, откуда он узнал о нашем столь скором приезде, посол так и не признался.

Изначально планировалось, что мы целую неделю потратим на встречи с важными персонами, но наше раннее прибытие существенно упрощал задачу – завтра брат великой герцогини устраивал приём. Я, конечно, не мечтала попасть на бал вновь, но он мне нравился больше недели светских визитов.



Светлана Людвиг

Отредактировано: 08.07.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться