Три девицы под окном

Размер шрифта: - +

Ася 6

 

Но в это время Ася спокойно встала, одним ловким и неуловимым движением расстегнула пуговички на рубашке, а другим - сбросила её с плеч. Женя тут же забыл обо всём на свете - так она была хороша. Ася реально вила из него верёвки, и если секунду назад он вообще готов был отказаться от затеи соблазнения, то теперь им овладела яростная решимость непременно трахнуть эту заносчивую и такую сексапильную нимфеточку. Он кинулся к ней, как одержимый, уже плохо контролируя себя, и повалил на постель...

Кровать немилосердно скрипела, словно грозя вот-вот развалиться под слившейся в страстном соитии парой. Этот скрип заглушал шумное дыхание Жени. Ася же хранила полное молчание. От начала акта до его бурного завершения прошло не более трёх минут. В момент кульминации Женя коротко всхлипнул, замер, а потом обрушился на Асю тяжёлым обмякшим кулем. Она же по-прежнему не проронила ни звука - и вообще никак не высказывала своего отношения к происходящему, словно её тело вовсе ей не принадлежало.

Немного отдышавшись, Женя перекатился на бок, чтобы взять с тумбочки сигареты, и тут вдруг заметил кровь на простыне.

- Так ты что, - поразился он, - всё-таки девственница?!

- А это имеет для тебя какое-то значение? - усмехнулась она. - Или теперь ты, как порядочный человек, чувствуешь себя обязанным на мне жениться?

- Володька меня прибьёт! - Женя тут же вскочил и засуетился, голый, нелепый и смешной. - Нужно срочно это дело застирать, чтобы он не заметил...

Она хотела сказать ему, что едва ли на фоне тотального свинства этой комнаты Володя обратит внимание на пару дополнительных грязных пятен, но сдержалась. В конце концов, если ему хочется возиться со стиркой - ради бога...

Торопливо натянув шорты, Женя помчался с простынёй наперевес во двор, к колонке. Ася присела на краешек стула и невозмутимо откусила кусочек яблока. Её и удивляло, и злило собственное равнодушие к произошедшей с ней перемене. Ведь у неё, как-никак, только что случился секс! Пусть короткий, торопливый и не доставивший ей ни капли удовольствия (впрочем, и особой боли тоже), но всё же настоящий секс с мужчиной!..

Вернувшись, Женя расстелил старое бельё, которое было на кровати до этого.

- Уф, я так устал... - пробормотал он, падая на кровать в полном бессилии, и глаза его реально закрывались сами собой. - Давай поспим хоть немного... хоть пару часиков, - выговорил он невнятно, уже проваливаясь в долгожданную дрёму, - а утром я тебя провожу до лагеря... Хорошо?..

И, не дожидаясь ответа, уже через пару секунд он мирно и расслабленно засопел.

 

Ася не стала терпеть до утра. Дорогу она прекрасно помнила; в Гурзуфе ночами худо-бедно, но горели фонари - в общем, до самого лагеря можно было дойти без проблем.

Однако требовалось ещё проникнуть на территорию Артека и благополучно добраться до своего корпуса по дороге, буквально окутанной мраком, сквозь густые заросли деревьев и кустарника. Казалось бы, какая опасность может подстерегать человека в охраняемом детском лагере, пусть даже при полном отсутствии освещения? Но всё равно ночами по этому пути в одиночку не рисковали ходить даже здоровенные взрослые парни. Муссировались смутные слухи о том, что здесь случаются криминальные происшествия - в частности, в одной из бухт несколько лет назад нашли труп неизвестного мужчины. Кроме того, таинственным шёпотом передавались сплетни об изнасилованных девушках-вожатых, которые возвращались после планёрки поздно вечером к себе в общежитие.

До кучи сюда же приплетали истории о местном призраке. Поскольку в каждом уважающем себя детском лагере существовала своя фирменная страшилка - про Белую Монашку, Зелёные Пальцы, статуи Барабанщицы и Горниста, Повара-отравителя и так далее, то Артек, разумеется, не избежал этой участи. Легенда гласила, что ночью в лагере частенько появляется из ниоткуда загадочная женская фигура в белых одеждах, которые светятся в кромешной тьме, и бродит по аллеям, пугая случайных прохожих до полусмерти. Так, однажды эта дама в белом якобы чуть не довела до сердечного приступа артековскую повариху, вообще-то рассудительную и не склонную к панике тётушку.

Конечно, верить в сказочки о призраках было стыдно - ведь Асе стукнуло уже шестнадцать лет. Однако попробуй внушить себе, что всё это ерунда, когда бредёшь в потёмках между зловещими силуэтами деревьев и вздрагиваешь от каждого шороха в кустах или хруста веток... Даже луна, кажется, светила в ту ночь каким-то устрашающе-кровавым светом!

К тому же, Ася ни на секунду не забывала о том, что по сути является злостной нарушительницей режима: даже её повстречают на дорожке не насильники с убийцами и не призрак Белой Дамы, а всего-навсего кто-нибудь из сотрудников лагеря, ей всё равно не поздоровится.

К счастью, удача была той ночью на её стороне - Ася без происшествий, никем не замеченная, добралась до своего корпуса и тихонечко залезла в здание через окно туалета. Днём она предусмотрительно расковыряла заколкой засохшую краску, которой был замазан оконный шпингалет, и оставила окно прикрытым лишь для вида. Конечно, это был огромный риск - кто угодно (та же уборщица!) мог заметить, что задвижка открыта, и снова наглухо запереть всё изнутри.

Спрыгнув с подоконника на кафельный пол туалета, Ася с облегчением выдохнула. Кажется, пронесло!.. Даже если девчонки в комнате и заметили её отсутствие, можно будет сказать, что у неё прихватило живот и она всё это время провела здесь.



Юлия Монакова

Отредактировано: 06.06.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться