Три Меченосца. Книга вторая. Царь Алого огня.

Размер шрифта: - +

Глава двадцать первая

Глава двадцать первая.

Войско двигалось неспешно. Было очевидно, что путь до предгорий Хребта предстоит не близкий. Меченосцы сидели в огромной клетке. Они опирались спинами о толстые прутья и смотрели назад. Там еще возвышались величавые всхолмья берегов Экира, на которых уныло возлегали тяжелые тени облаков. Дальние гребни холмов были синевато-серого цвета, и некоторые вершины были окаймлены белыми коронами снега. Склоны тех, что были ближе и не успели еще потонуть в тумане горизонта, были облачены в желто-бурые покрывала, местами разорванные клыками обрывистых скал. На севере и на юге раскинулись земли Светлодолья. Бескрайним желто-зеленым ковром равнины простирались до самого горизонта.

Войско фрэгов шло по бездорожью. То ли дорог в этих местах не было, то ли они нарочно избегали их, дабы скрыться от чужих глаз, — было неизвестно. Повозки тряслись, качались и вздрагивали, когда под скрипучие колеса попадали ямы и кочки.

— Они бы еще лесом пошли! — недовольно отзывался Ликтаро.

Тэлеск с некоторой долей жалости посмотрел на спины здоровенных фрэгов, которые тянули телегу. Но жалость мгновенно улетучилась.

— Эх, плеть бы мне сейчас! — вздохнул он. — Я бы погонял наших ездовых.

— Молчать! — рявкнул хриплый голос слева.

Тэлеск повернул голову и увидел светящиеся злобой глаза малфруна, который сопровождал телегу.

— Заткнулись бы вы там, пташки! Не то самих вас и запряжем! — проговорил фрэг.

Ликтаро усмехнулся.

— Ну что ж, — сказал он. — Если вы при этом сядете в клетку, то я лично согласен.

Малфрун угрожающе зарычал, но лишь отвернулся.

 

Так текли дни за днями. Голодом пленных не морили, что немало удивляло пленников, наслышанных о непомерной жестокости врага. Но и сыты они тоже не были. Всего лишь раз в день поутру, после коротких ночных привалов, им в клетку бросали по небольшому куску недожаренного мяса и давали воды. В такие моменты пленников мало заботило происхождение этого мяса, и они набрасывались на еду, стараясь о том не думать.

В одну из ночей Тэлеск неожиданно проснулся. Ему не спалось. Было холодно. Неподалеку во мраке горели костры, несколько фрэгов перебрасывались короткими фразами. Юноша огляделся и вдруг увидел два темных силуэта в нескольких шагах от клетки. Те двое о чем-то разговаривали. Тэлеск не смог разобрать, о чем они говорили, но ему показалось, что один из них был явно чем-то встревожен.

Спустя время один из них ушел. Когда он проходил мимо клетки с пленниками, Тэлеск смог разглядеть, что это кто-то из колдунов: либо Бэнгил, либо Эсторган. Второй, невысокого роста, сутулый, постоял еще немного и пошел вслед. Тэлеск не видел лица в темноте, но сразу узнал его.

— Хаг! — негромко позвал Тэлеск.

Старик вздрогнул и остановился.

— Что?! — полушепотом воскликнул он, пытаясь сделать сердитый голос.

— Хаг,  как ты мог?

— Что я мог?

— Как ты мог так предать меня и моих друзей?

— А, это ты, Тэлеск! — Хаг неуверенно подошел ближе, но вплотную приближаться не стал. — Я уже говорил, что предателем себя не чту…

— Как ты перешел на сторону Тьмы, Хаг? И почему?

— Помнишь ли Черного Скитальца?

— Даэбарна? — переспросил Тэлеск, вспоминая коварный лик главнейшего из Шестерых Колдунов. — Как не помнить…

— В тот день, когда мы с тобой впервые повстречались, он вдруг подошел ко мне и бросил взгляд на ту горсть монет, которую ты мне щедро насыпал. И он сказал так: «Хочешь ли не испытывать более недостатка в деньгах?». Я ответил: «Хочу». Тогда Даэбарн сказал: «Мне нужна твоя помощь. Хочешь ли быть моим соратником?» «Как долго? — спросил я. «Вечно…» — ответил он. Тогда я ответил, что долго не протяну. До той поры старость и тяжелый недуг одолевали меня день за днем. Но Даэбарн сказал: «Ты больше не болен». Поначалу я хотел было упрекнуть его в столь жестокой насмешке, но вдруг с удивлением обнаружил, что тело мое вновь обрело былую крепость, что снова жизнью наполнилось оно. Впервые за долгие годы я вдохнул полной грудью. И я пошел за ним. Пошел за Даэбарном. Я уже догадывался, кто он и кому служит, но то меня не пугало. Позже я узнал от него много нового о той Тьме, которой все извечно боятся. И я понял, что мой путь наконец выбран, Тэлеск. Ныне я шагаю по нему.

— Еще не поздно повернуть назад, — проговорил Тэлеск.

— Возможно, — ответил Хаг. — Но я не желаю возвращаться к прежнему раскладу жизни.

С этими словами Хаг торопливо зашагал в сторону костров. Тэлеск проводил его полным непонимания взглядом.

Небоскребущий Хребет был все ближе. Ветра несли холодный воздух с заснеженных вершин.

Было видно, что колдуны чем-то обеспокоены, и беспокойство их возрастало с каждым днем. Пленники не раз слышали раздраженные возгласы Бэнгила, который срывался на фрэгах. Тэлеск и сам ощущал странное напряжение, что царило в воздухе и окружающих деревьях.

Войско фрэгов вошло в какое-то редколесье, и на широкой поляне было решено устроить срочный привал, потому что колесо одной из телег слетело при наезде на очередную кочку. Огромный обоз опрокинулся, придавив двоих малфрунов, и при этом уронил другой такой же обоз.

Один из фрэгов подошел к клетке. Невольники узнали в нем Заклятого — предводителя серых отрядов.

— Молите тех, кому молитесь, Три Меченосца, — проскрежетал он с ухмылкой. — Начинается ваша последняя ночь. Мы пойдем без остановки, и уже к утру будем на берегах Бездонного Озера. Готовьтесь к смерти. Я слыхал, что к одному из вас это не относится. Мне жаль его…



Владимир Маягин

Отредактировано: 25.10.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться