Три смерти и Даша

Размер шрифта: - +

Глава 74

Вечером, выгуливая Джульбарса, кинолог Иванов встретил Серафима. В руках у Серафима был большой пакет со сладостями и соленьями.
- Привет. Из магазина?
- Угу, вот, Кристине купил, - Серафим приподнял пакет.
- Набрал, как для беременной. Моя сестра, когда была в первый раз беременна, объедалась конфетами и черемшой заедала... Стоп. Я что-то пропустил?
- Колян, ты бы особо языком не трепал-то. Мы пока  никому не говорили.
- Ладно.
"Я бы все равно раньше всех узнал," - подумал Николай.  Серафим не знал, что скрыть что-то от кинолога практически невозможно.
- А ты чего? Собаку выгуливаешь?
Серафим погладил Джульбарса. Он почти не ошибся: может, псу и не требовались столь длительные прогулки, но Николай взял его с собой, чтобы было на кого свалить, если он вдруг что-нибудь унюхает.

Серафиму нужно было домой, а Николаю было все равно, куда идти, поэтому они пошли вместе. Кинолог не переставал нюхать, надеясь, что нужный след встретится на их пути. И вдруг он почувствовал тот самый запах, словно бы споткнулся об него.
Серафим с удивлением посмотрел на внезапно остановившегося кинолога.
- Колян, ты чего?  - спросил он.
- По-моему, Джульбарс что-то почуял.
- Джульбарс? - усомнился Серафим.
- Неужели он еще хоть что-то чует?
"Еще как чую. Понял, не дурак. Куда идти, Коль?" - сказал Джульбарс, но услышал его только кинолог.
- Кажется, где-то здесь, - отозвался Николай.
- Коль, а что он, собственно, почуял-то? - спросил Серафим.
- Следы, обнаруженные на месте исчезновения Даши.

- Откуда ты знаешь, что именно их?
- Ну... Я потом туда с ним возвращался… Думал - вдруг он почует чего.
Тем временем, Джульбарс, повинуясь еле заметным движениям руки кинолога повернул направо, старательно нюхая землю, потом вошел в подъезд. Потом они втроем вбежали на второй этаж.
"А ведь Колян бежит быстрее собаки", - заметил про себя Серафим, но не придал значения.
Они остановились возле двери. Джульбарс сел. Николай кивнул на дверь. Запах крови он почувствовал еще на первом этаже, но здесь он просто валил его с ног.
Серафим недоумевал: кинолог привел его к какой-то двери, найденной списанным псом. Почему он так уверен? Тем временем Николай толкнул дверь. Дверь была не заперта. И тут же прислонился к косяку: на них уставилась застывшим взглядом голова Лики. Кровь заливала коридор до самого порога. Возле тела сидел Антон, плакал и раскачивался.
"Ни хрена себе... Блин, Колян же крови боится," - подумал Серафим.
Николаю, действительно было не по себе.
- Коль, ты выйди, наверное. С этим (он кивнул на Антона) я и без тебя справлюсь.
- Нет, я помогу. Мало ли...
Они осторожно подняли Антона, посадили возле батареи и пристегнули к ней наручниками, которые были у Николая.
"Как-то странно Колян гуляет: с собакой, с наручниками»... - подумал Серафим.

Даша, услышав шаги, подумала, что это Антон и замерла в страхе. Но спрятаться от кинолога было невозможно. Обезвредив и без того уже безвредного Антона он сразу направился в ту комнату - к Даше. Пока он развязывал ее, в комнату вошел Серафим. 
"Даша?" - удивился он.

Во второй раз Николай поднялся сюда уже с опергруппой, но в квартиру не пошел. Вместо этого он полез на чердак.  То, что старик уже мертв, он знал задолго до того, как туда поднялся. Его встретило тяжелое хлопанье голубиных крыльев. Старик лежал на каком-то странном подобии кровати, застеленном разноцветными тряпками. В руке у него были зажаты бумаги. Это были явка с повинной и завещание. В последней его строке значилось: «Медальон с портретом Катрин похороните вместе со мной, иначе из под земли достану.»



Ольга Малашкина

Отредактировано: 21.09.2015

Добавить в библиотеку


Пожаловаться




Books language: