Тридцать и одна маленькая жизнь

Размер шрифта: - +

Лунная соната

Таня с непреодолимой усталостью, развалившись на мягком алом диване, наблюдала за своим спутником в белоснежном пальто, который сидел за большим круглым столом и пытался уже не в первый раз выиграть партию в покер. Вот в очередной раз отпил из стеклянного стакана бурбон, заставляя холодный шарик льда со звоном стукнуться об хрупкую стенку, размял плечи, прошёлся рукой по растрёпанным волосам и, наконец, раскрыл карты.

В силу того, что этот парень сидел к детективу спиной, она не видела его результата, но, судя по пальцам, которые нервно забарабанили по дубовому краю, тот опять продул. Девушка усмехнулась, пригубив в очередной раз бокал бурого вина. Сладковатый привкус алкоголя дурманил. Он словно ослаблял верёвки, которые стягивали всё тело весь день, накинутые и свитые временем, разумом и судьбой.

Как же всё-таки тут было хорошо. Этот полумрак, негромкие разговоры, запах табака и алкоголя, витающие вокруг, а ещё тихие звуки рояля, которые доносились из глубины этого незатейливого места. Ловкий пианист, неспешно перемещаясь пальцами по клавишам, вкладывая в каждый звук частичку чего-то необъяснимого и глубокого, играл Лунную Сонату Бетховена. Возможно, всё дело было в осени за окном. Утром было ужасно холодно. Вся эта дождевая слякоть, грязь, вперемешку с пожелтевшими и опавшими на землю листьями. Таня это не слишком приветствовала, но сейчас… Когда за окном этого небольшого заведения капал несильный дождь, который, наверное, размышлял о чём-то, неторопливо отбивая звуки по крыше, стеклу старого окна, узких улочек дорог, обделанных маленькими круглыми камушками и по упругим зонтам немногочисленных прохожих.

Девушка оторвала взгляд от окна и заметила, как Женя нервно теребит стеклянные шарики на браслете и невольно улыбнулась. Ровно четыре. Вот опять этот обалдуй взмахнул руками, как бы поправляя рукава его белоснежного одеяния. Белый цвет цвет ему так шёл. И начал новую партию. Поди, поставил все фишки, что остались. А ведь Татьяна дала ясно понять, что если тот продует всё, то деньги, которые им дали по контракту, она на «это» не потратит. Этот чудак лишь усмехнулся и хлопнул её по плечу, мол, всё будет в порядке. Дурак остаётся дураком в любой ситуации. Хотя Женя был немного странным игроком. Это девушка ещё уяснила, когда на очередной остановочной стоянке, коих они уже посетили везде и помногу, пришлось ждать транспорта часа два. Тогда иллюзионист предложил сыграть партейку одну-другую в дурака на печенье, которого у них было две пачки. Делать было всё равно нечего, поэтому детектив согласился.

Игра шла нестандартно. Таня то выигрывала пять партий подряд, то лишалась всего разом за одну игру и продолжала сидеть в дураках, вплоть до прибытия автобуса.

В итоге детектив не выдержал и решил немного позлорадствовать. Несильно. Немножко. Ради профилактики. Любя. Эх, где же те дни, когда она всеми силами пыталась отгородиться от Жени и дотерпеть? Но вышло, впрочем, как всегда.

Таня нехотя поднялась с дивана, чувствуя всю боль в теле. Всё-таки пеший путь по той трассе под палящим солнцем дался им не так легко, как хотелось бы. Детектив, держа бокал с недопитым вином, не торопясь, подошёл к Куробе и, поцеловав вора в щёку, посмотрел на его карты и блеснул заинтересованно глазами, не выдавая эмоциями противникам карты фокусника. Всё было не так плохо, как казалось. Но девушка сюда пришла не ради того, чтобы молча стоять над душой, поэтому решила немного поиздеваться, шепча иллюзионисту на ухо:

- У тебя нет ни цента, милый.

- Я помню, - с нежностью, не отрываясь от карт, проворковал Женя.

Да уж, напоминало больше флирт. Да нет, это был стопроцентный флирт, который Таня бы с удовольствием продолжила, но решила, что лучше не отвлекать. Поэтому она переключила своё внимание на ещё четырёх участников игры.

Все они были либо старыми бюрократами, либо расфуфыренными богачами. Вон, один красивый сидит, с зализанными золотистыми волосами, глазки строит. Может, стоило попробовать что-то новое, не с одним же Евгением вечность болтать и, возможно, подлизаться к этому красавцу? Да-а-а…

Девушка цокнула языком, отпивая ещё вина. И когда это она стала такой развязной? Алкоголь – штука ужасная.

- Ну, что ж, - хмыкнул этот самоуверенный богач. - Вскрываемся?

Все кивнули и сбросили карты. Повисла минута тишины и раздался тяжёлый выдох. Эта партия была за вором.

Детектив мотнул головой, ругая себя за такие откровенно предательские мысли в сторону возлюбленного. Этот выигрыш словно её кипятком ошпарил, возвращая ясность ума. Всё-таки не преодолимая усталость, мягкое вино, осень и Лунная Соната тихо берут тебя под локоток и уводят подальше от текущей жизни и проблем. Возможно, с Женей случилось то же самое. Тот словно очнулся от долгого сна, рассматривая рассеянно свой результат, пока его противники цыкали от безнадёги языком и предлагали ещё один заход.

Тем ни менее Воробьёв быстро вернул себе привычно-хитрое выражение лица, мол, всё так и было задумано, и радостно хлопнул в ладоши:

- Ну, что ж, господа, это Роял флеш! Думаю, пора закругляться, ибо времени уже много… - иллюзионист вовремя заметил перепуганные глаза его соперников и обворожительно улыбнувшись, добавил: - Так уж и быть, в этот раз, я просто уйду ни с чем, - и взяв под локоток Ласточкину, пошёл вон из бара, предварительно оставив недопитые стаканы на соседнем столике.

Когда они вышли, дождь уже закончился, а небо обволокли сумерки. В воздухе витал свежий запах осени, а холодный сентябрьский ветерок, так и пытался пробраться под расстегнутое пальто, которое было очень лениво застёгивать.

- У тебя неплохо выходит обводить всех вокруг пальца, - выдохнул детектив, прижимаясь поближе к вору. – Ты много играл? Я вижу, карточные игры – это твой конёк.

- Я всего лишь слушал Лунную Сонату, - безмятежно ответил тот



MelonMoon

Отредактировано: 04.04.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться