Тридцать полных оборотов

Мистер Никто

— Хвост, не отставай!

Выбраться из-под всевидящих очей МакКошки и деловито снующей там и сям Эванс было делом непростым, но вполне возможным.

Затерявшись в толпе при переходе в свою Башню и воспользовавшись первой же возможностью, ребята прошмыгнули в один из заброшенных коридоров на третьем этаже.

— Рем, гляди за коридором!

Джеймс и Сириус засветили по Люмосу и склонились над Картой.

— Что за…?!

***

Гарри, всё больше сживающийся с фамилией Томпсон, и даже готовый думать о ней как о своей, провернул манёвр ухода ото всех профессоров, сумевший затеряться даже от зоркого взгляда директора. Замешкался здесь, постоял там, для виду прошёл половину коридора — и вот, он, как нашкодивший школяр, бежит к уже безлюдному холлу.

Как жаль, что он не учёл один малюсенький факт: самым зорким во всём Хогвартсе был всё же Филч — и тот ничего не упустил из виду.

По первому этажу разлеталось эхо уходящих по своим гостиным учеников. Времени у артефактора было немного, приходилось поторапливаться. Мародёры наверняка ушмыгнут в первую попавшуюся дверь по пути в Башню — и станут жадно выискивать фамилию «Томпсон»… Конечно, сопоставить факты моментально они не смогут, но так рисковать было нельзя.

Подстёгиваемый адреналином и непонятно откуда взявшейся безбашенной весёлостью, он воспользовался заклинанием Поиска — и со всех ног кинулся к столь памятному по своему Первому курсу «Запретному коридору». Мародёры на момент активации чар были неподалёку, и с очень высокой долей вероятности, эти четверо кинутся именно туда.

Коридор встретил полутьмой, факелы чадили только в начале длинной галереи. Гарри прошмыгнул в первый же кабинет, запер его невербальным — и тут же услышал топот ребят в коридоре.

Сердце колотилось, как бешеное, время-время-время!..

Гарри произнёс не самое известное, но очень действенное заклинание Узловых помех.

Изначально, в Средневековую пору, оно применялось в осадах замков и крепостей: маг при помощи артефакта (или с помощью сложного катрена и полной концентрации сил) делал видимыми нити заклятий — тогда как другой маг «вышибал» слабые сцепки защитных покровов, делая осаждаемых уязвимыми не только для магии, но и для простых маггловских катапульт…

Со временем это заклинание стало архаикой — до 2001 года, когда один известный вам Герой, уменьшил масштаб его использования до отдельных артефактов и их свойств, защитив тем самым своё звание Подмастерья.

И с его результатом сейчас знакомилась группа друзей, с удивлением читая наскоро придуманные Гарри строки:

«Господин Никто рекомендует Господам Сохатому, Бродяге, Лунатику и Хвосту запастись терпением — и не совать свои носы, куда их не просят».

— …что за фигня?!

И тут же в коридоре зазвучало скрипучее:

— Так-так-так, проходимцы, теперь-то вам никуда от меня не деться! — Голос завхоза Филча стал неожиданностью и для Гарри, и, судя по внезапной тишине за дверью, для Мародёров тоже.

Филч, тем временем, упивался моментом: он наконец поймал Мародёров! В неурочный час! Всех вчетвером! Да ещё и с наверняка запрещённым пергаментом! Не замолкая ни на минуту, злорадствуя и повествуя о былых временах Хогвартса, когда с нарушителями не сюсюкали, он повёл бузотёров к декану.

Гарри же не мог поверить своей удаче: его первоначальный план включал в себя похищение этой Карты — и последующее её хранение в кабинете директора. Филч же облегчил задачу многократно, артефактор даже пожалел, что не подумал о таком варианте с самого начала… «Вечно ты всё стремишься сделать сам, Гарри, это несерьёзно. Тебе стоит подумать о делегировании задач, ты знаешь?» — проговорила в сознании Гермиона. Ему от этого стало и смешно, и тоскливо, уже который раз внутри смешивались совершенно противоположные чувства. Артефактор чуть заметно усмехнулся, накинул на себя лёгкие чары невидимости, чтобы без особых происшествий добраться в свои покои. Завтра, подозревал он, будет долгий день.

***

Не для всех вечер закончился быстро или хотя бы благополучно.

— Молодые люди!

…Для кого-то вечер оказался дивной порой открытий.

— Я всегда знала, что следование правилам не входит в ваши сильные стороны, но чтобы до такой степени!..

Декан Гриффиндора пылала.

— Ремус! О вас, юноша, я была куда лучшего мнения!

Это была самая провальная шалость Мародёров. Даже будучи ещё просто товарищами в начале Первого курса, у них и то получалось лучше. За один вечер они умудрились и провалить задуманное, и попасться Филчу, и слушать нравоучения от Кошки — и, что было самым страшным, остаться без Карты.

— Питер! Ты такой тихий мальчик, неужели ты не мог отговорить своих друзей?