Тридевять земель

Размер шрифта: - +

День 39. Agnus Dei

    — Разрешите? – Артём постучался в дверь комнаты Глории. Она стояла у окна – действительно, и на самой площади Цицерона, и вдалеке от неё есть, на что посмотреть. Рим отстраивали не раз и не два: несколько раз он подвергался атакам настолько яростным (если нечисть способна на ярость), что спасало только единство людей и ответная ярость.
    — Ортем! – она бросилась к нему и обняла. При людях, Артём обратил вчера внимание, Глория отчётливо соблюдала дистанцию. Даже подумал, не обидел ли её ненароком. – Ужасно соскучилась, – она отпустила его, но взяла за руки, не позволяя отойти. – Всё ждём, когда вы приедете в Лондон! Как только скажете – составим расписание выступлений. Вы не представляете, сколько людей хотят вас услышать! И увидеть!
    Артём улыбнулся.
    — Не могу обещать, хотя очень хочу!
    Глория покивала.
    — Я здесь ещё два дня побуду, потом – домой пора, к ученикам. И так уже много занятий перенесли, некрасиво вышло.
    Артём успел узнать – не от самой Глории – что она преподаёт вокал. И сама красиво поёт – интересно было бы услышать. И – опять наваждение: все, кроме Мари, вдали от Марины отчётливо напоминали её, а поставить рядом – и думаешь: ну как могло показаться, что они на одно лицо? Все, кроме Мари, светловолосые, ростом и сложением похожи – и на этом сходство кончается.
    — У вас есть на сегодня планы, Ортем? – Глория по-прежнему не отпускала его. – Хоть немного свободного времени?
    — Приказали утром прибыть в военный городок. Там и узнаю.
    Глория покивала.
    — Покажите мне Рим! Если можно – только вы и я. Только если можно! – тут же добавила она. – Я понимаю, сколько у вас сейчас забот, – она не сказала “со всеми нами”, но это отчётливо прозвучало. – А лучше – спойте что-нибудь. Что-нибудь, что я не слышала. Если получится!
    — Если получится, – кивнул он, и Глория снова обняла его.
    — Пожалуйста, – шепнула она. – Появитесь в Лондоне. Хотя бы на день.

- - -

    Сразу после завтрака его снова “поймала” Валери.
    — Неприятные новости, – предупредила она. – Помните тех двух людей, которые похитили Лилию, чтобы с её помощью найти шахты? Мы провели обыск у них в доме – оба жили в Риме – и нашли вот это, – она показала лист бумаги. – Вкратце: эта бумага даёт Лилии основания распоряжаться всем, что найдено в шахтах – как одной из наследниц. Одна беда: это подделка.
    — Думаете, это Лилия?
    — Нельзя сказать с уверенностью, нужна экспертиза. Если Лилия причастна и утаила это при первичном допросе, у неё большие неприятности. Если она будет всё отрицать, мы ничего не докажем в любом случае – никого из свидетелей нет в живых. Ваше мнение: она способна на подобное?
    — Она очень хотела получить все те камни, – медленно сказал Артём, стараясь привести мысли в порядок. – Чтобы вылечить Юлия – к тому моменту собственные средства у неё кончились, просить было не у кого. Но потом, как вы знаете, отказалась от права на клад – хотя могла получить свою четверть по закону. Я не уверен, что она пошла бы на такую подделку, если честно.
    Валери покивала.
    — Мы не будем давать этому ход. Если получится. Но с ней лучше поговорить, не откладывая – могут появиться и другие фигуранты, и, если есть хоть малейший шанс, что они предъявят факты против Лилии, каменоломни ей обеспечены.
    Она замолчала – хотя явно собиралась сказать что-то ещё.
    — Заключать сделку я не собираюсь, – Артём ещё раз посмотрел на злосчастную бумагу. – Пусть всё будет по закону. Но если есть возможность отвести от неё удар, или смягчить последствия, я хотел бы знать, как.
    — Другого мы и не ожидали, – кивнула Валери. – Приятно иметь дело с честным человеком. Мы сделаем всё, что возможно – и вначале поговорим с вами. Доброго дня, сэр Ортем!

- - -

    Лилия встретила его улыбкой. Настоящей, если можно так сказать.
    — Что-то срочное, Ортем? Чем могу помочь?
    Артём, потерев лоб, жестом попросил её присесть, и сел на соседний стул. И изложил, вкратце, суть дела. Без обиняков.
    — Я подписала бумагу, – Лилия ответила немедленно. – Когда к горлу приставят нож, Ортем, не всегда захочешь расстаться с жизнью. Им нужна была возможность давить на меня, если я вдруг передумаю, или сообщу властям.
    Она закрыла глаза.
    — Если это может ударить по Марине или вам, я пойду и признаюсь прямо сейчас. Всё равно я не докажу, что подписала под принуждением. Тем более, там было ещё два свидетеля. Такие же охолы, но кто после этого поверил бы мне на слово?
    — Идёмте, – Артём взял её за руку. – Скажите им правду. Только на самом деле правду, без утайки. Помните, Марина спрашивала вас, всё ли вы сказали?
    На этот раз Лилия не стала прятать лицо в ладонях. Просто кивнула.
    — Я не стану говорить ей, если дело не дойдёт до суда. При одном условии: вы сейчас пойдёте и расскажете им всё. Абсолютно всё. Знаете такую поговорку: “Обманешь меня однажды – позор тебе; обманешь дважды – позор мне”?
    — Теперь знаю. Да, идёмте, – Лилия встала. – Покончим со всем этим прямо сейчас.



Константин Бояндин

Отредактировано: 19.11.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться