Тридевять земель

Размер шрифта: - +

Дни 40-45. Кукловоды

    С утра, едва открыла глаза, Марина оказалась в хорошем настроении. Артёму стало ощутимо спокойнее, как только увидел. Вчера она казалась совершенно вымотанной – ещё бы, всякий раз так переживать.
    — Вы живы, и вы рядом, – просто сказала она, обняв его. – Это главное. Миранда сегодня поедет провожать Глорию – нашлись дела в Лондоне. Если есть поручения туда, передайте ей. И у вас остались две непрочитанные книги!
    — Приложу все усилия, – кивнул Артём, подумав: если будет время прочесть хоть страницу. Последние дни проходят уж очень бурно, не то что читать – на сон времени уже не хватает.
    Когда после завтрака Артём поднялся к Миранде, то застал там всех: Марину, Глорию, Мари, Лилию и саму хозяйку комнаты. И все – довольные, улыбающиеся, что-то оживлённо обсуждающие друг с дружкой. Похоже, так и выглядит счастье, подумал Артём.
    — Вы в отличном настроении, – Миранда поцеловала его в щёку. – Приятно видеть! Не проводите нас с Глорией? Колонна отправится через сорок минут.

- - -

    Миранда нашла повод оставить Глорию вдвоём с Артёмом – до прибытия колонны пятнадцать минут. Глория присела на одну из скамеек, в дальней части перрона, взяла Артёма за руку.
    — Когда расскажу, не поверят, – сказала она. – Я как в сказке. Столько всего случилось! И всё хорошо закончилось, все живы. Хотя я ужасно испугалась сначала. Вы так и не рассказали – если вы из прошлого, как здесь оказались?
    Артём повторил, в который уже раз, рассказ – ведь всё ещё помнит всю свою жизнь до того момента, как очнулся, в окружении волков. Та, старая жизнь, уже начала подёргиваться дымкой, становиться не то чтобы неважной – не настолько важной, чтобы не спать ночами из-за оставшегося позади. Некогда предаваться ностальгии, тут живым бы остаться к концу рабочего дня!
    — Поразительно! – Глория прижалась щекой к его плечу. – Точно, как в сказке. Вы пришлю сюда, и спасаете нас. Почти каждый день. Родители очень хотят поговорить с вами. Не по рации, они не любят её, только по-настоящему, лицом к лицу.
    — Передайте, что я горжусь, что знаю их дочь, – сказал Артём, погладив её по голове. – Я слышал, как вы поёте. Вы напрасно скромничаете.
    — Льстец! – рассмеялась она. – Но мне нравится. Ничего им говорить не стану, сами скажете!

- - -

    Мари возникла как из-под земли – как только колонна, с которой отправились Миранда и Глория, растворилась в воздухе.
    — И опять я никого не ревную, – вздохнула она. – Вот стану совсем доброй, как потом в полиции работать? Пальчиком им грозить буду, а не арестовывать?
    Артём рассмеялся – представил себе эту картину.
    — Ладно, идём, – Мари взяла его за руку. – Нас там уже ждут – не дождутся. Уже самой интересно, что это за силача мы привезли. На вид – плевком перешибить можно, но ведь чуть не уложил там всех! Один!
    Марцелл Катон подтвердил её слова.
    — Очень интересный образец, – подтвердил он. – По силе не уступит “титану”, по скорости – “демону”. При этом все клетки человеческие. Наши, то есть. Мы не стали делать вскрытие – живой он нам пока интереснее – но сделали просвечивание и послойную томографию. Знаете, что у него практически нет внутренних органов, в нашем с вами понимании?
    Мари поёжилась.
    — И что там тогда? Пустота?
    — Нет. Почти весь внутренний объём, помимо скелета и мышц, занимает одна и та же ткань. Не буду утомлять подробностями. У дросселей – включая вас обоих – мы также нашли такую ткань, но в очень малых количествах, и почти вся она сосредоточена в конечностях – на ладонях и в пальцах. Назначение пока неясно. Наш новый друг, мы зовём его, как легко понять, Органистом, состоит из неё на одну четверть. И вот ещё что: он не нуждается в еде, только в воде – и то в очень малом количестве. И самое главное: нет свидетельств того, что он разумен.
    — Может, просто притворяется? – спросила Мари, недоверчиво глядя на экран – Органист сидит в своих “апартаментах”, на стуле, в той самой позе, в которой его застали в реплике храма – как будто перед клавиатурой органа.
    — Может быть, но пока что есть гипотеза, что это – управляемый искусственный организм. Выращенный из человеческих клеток.
    — Робот?! – воскликнули Мари и Артём одновременно и переглянулись. Час от часу не легче, подумал Артём и сказал то же самое вслух. Марцелл Катон кивнул.
    — У него есть ещё кое-что. Руки и ноги его покрыты тончайшим слоем очень эластичного вещества. Назначение пока неясно. Но по составу и строению – та самая древесная масса, которую Ортем и его охрана нашли в “Глубоком Замке”. Да, Ортем, можете смело рассказать Мари всю ту историю, лорд Стоун разрешил. При условии, что мадам Фурье подпишет, прямо сейчас, документы о неразглашении военной тайны.
    — Без проблем, – Мари подписала, так и не справившись с ошарашенным выражением лица. – То есть его создала нечисть? Я правильно понимаю ваши намёки?
    — Безусловно. Это основная гипотеза: выращен нечистью. Зачем, почему, когда, почему их там столько было – пока непонятно. И ещё, Ортем. Вы уже дважды побывали на той планете – Мари, поздравляю, вы тоже теперь исследовательница новых миров. Передаю вам записки Марка Флавия Цицерона – копии, конечно, – оружейник протянул карту памяти. – Помните о неразглашении военной тайны. Он составил, если можно так выразиться, инструкцию по выживанию. Ему это далось непросто – советую ознакомиться по возможности сегодня же. И никаких больше визитов в Колизей. Если захотите дать концерт в Риме, мы найдём достойное помещение.
    — Благодарю, – теперь и Артём чувствовал себя ошарашенным. – Как насчёт экспериментов, о которых речь? Я думал, мы сейчас же приступим.
    — Безусловно, – кивнул оружейник. – Мари, у меня строгое предписание от доктора Ливси, ни в коем случае не допускать вас к оперативной работе, если там есть хотя бы малая степень риска, что вас могут ранить.
    — Видела я этого доктора... – Мари умолкла на середине фразы, и расхохоталась. – Да, понимаю. Но смотреть-то можно? И от меня вы отчёт не требовали, только от Ортема.
    — Это упущение мы исправим. Как только вернётесь от доктора. Он здесь, в соседней комнате – по старой памяти. И конечно же, можете смотреть, раз подписали бумаги. Если моё общество вас не утомит – можете смотреть отсюда. Стоп-стоп! В этой комнате ничего не трогать без моего разрешения.
    — А я не подписывала бумагу, что соглашаюсь не трогать, – возразила Мари. – Ладно-ладно, не злитесь. Не буду трогать. Я вообще в последнее время жутко послушная, сама удивляюсь. Где ваш доктор? Хочу вначале покончить со всем неприятным.
    — Если когда-нибудь вам разрешат вернуться к оперативной работе, – Марцелл Катон пожал её руку, – буду очень рад видеть вас в своей команде. Чувствую, мы сработаемся.



Константин Бояндин

Отредактировано: 19.11.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться