Тридевять земель

Размер шрифта: - +

Дни 46-47. Силы зла

    — Выпейте, – Марцелл указал на чашку с чаем. – Скоро отпущу вас домой. Уже не хватает специалистов – и техники. Нам под это дело новые помещения обещали, новую технику, и новых специалистов. А вам – благодарность от командования, – оружейник пожал Артёму руку. – А также от родственников Марка Флавия. Он полностью оправдан – по новым данным, у нас нет оснований считать его военным преступником. Хотя следствие всё ещё идет. Жаль, что поняли это с таким опозданием. Возвращаюсь к нашим баранам. Никакой путаницы нет, время на “локации М”, это рабочее название той планеты, течёт в пять с небольшим раз медленнее по сравнению с Айуром. Что такое релятивистское замедление времени, в курсе?
    — Формулу не помню, но в курсе, сэр.
    — Замечательно. Мы предполагаем, что “локация М” движется со скоростью на два процента меньшей скорости света в вакууме. По отношению к Айуру. Отсюда и замедление времени.
    Артёму стало сильно не по себе.
    — Целая планета летит с такой скоростью?!
    Оружейник кивнул.
    — Это гипотеза. Возможно, планета движется по очень близкой орбите вокруг весьма массивного тела. Так ли это, или она в свободном, так сказать, полёте – сказать трудно. Мы склоняемся к первому варианту, планета на орбите вокруг весьма массивного тела. Например, сверхмассивной чёрной дыры.
    — И... где она находится?!
    Оружейник пожал плечами.
    — Кандидатов вокруг хватает, указать координаты не берусь. Меня больше интересует, сэр Ортем, каким образом вы перемещаетесь между Айуром и “локацией М”. Если вкратце: чем больше дистанция телепортации, чем выше относительная скорость, тем больше энергии требуется для установления стационарного канала, с сохранением гладких мировых линий. Поясняю: если бы наблюдалась простая “сшивка” двух областей пространства-времени, то при перемещении вы двигались бы в конечной точке – в направлении и со скоростью, равной разнице скоростей.
    Артём попытался представить себе движение с околосветовой скоростью в точке прибытия. Воображение почти сразу же отказалось живописать детали. Хотя какие там детали – превращение в сгусток весьма горячей плазмы, с вытекающими последствиями. Оружейник покивал.
    — Вижу, понимаете. Мы только приступаем к освоению телепортации, в самом начале пути, так сказать. Хотя сами видите – это уже произвело переворот и в медицине, и в бытовой технике. Можно представить, насколько совершенной должна быть технология, и насколько колоссальными затраты энергии – чтобы обеспечить ваш переход между локациями без катастрофических последствий.
    — Если у них такие запасы энергии, и такие технологии, я бы остерёгся привлекать их внимание, – медленно проговорил Артём.
    Оружейник снова покивал.
    — И это тоже. Но, судя по собранным Марком Флавием и вашей командой данным, они и так за нами наблюдают. Буду краток. Нам очень нужны новые данные по той локации. Можно без контакта с тамошними формами жизни, кем бы они ни были. Если удастся выйти на поверхность, и записать, что оттуда видно – это может ответить на ряд вопросов. Миссия в высшей степени опасная, командование пока что не одобрило – но уже понятно, что ситуация может быть куда сложнее, чем мы считали. Если Айуру грозит новая волна вторжения, нам необходимо узнать о противнике как можно больше. Что скажете?
    — Я согласен, – ответ дался, если честно, не сразу. Далеко не сразу.
    — Замечательно! У меня приказ: дать вам столько времени на отдых, сколько потребуется. Известную вам песню пока не исполняйте, Колизей не посещайте. Понятно, что если перемещение будет спонтанным, мы мало что можем сделать – возьмите рюкзак вон там, у стены. В нём – снаряжение, которое вам теперь всегда носить с собой. Когда будете спать – держите на расстоянии протянутой руки. От этого может зависеть ваша жизнь.
    — Вас понял, сэр. Что насчёт Миранды Красс и Мари Фурье?
    — Они подписали бумаги о неразглашении военной тайны. Мы не сомневаемся в их благоразумии. Ну, пока всё – увидимся завтра. Здравствуйте!

- - -

    Дома все обрадовались возвращению Артёма, Миранды и Мари – и передали сразу, что Марина с Арлетт вышли по делам, будут ближе к вечеру. Что ж, самое время немного прийти в себя. Марина и так уже знает, что они в Риме – видимо, потому и занимается своими делами как ни в чём не бывало. Звонить, если только не случилось беды, не принято. Нет новостей – хорошие новости.
    Артём только успел присесть у себя в кабинете – в голове не укладывалось всё произошедшее, и словно не пять дней отсутствовал, а пять лет – как постучалась Мари.
    — Подойди к Миранде, если не занят, – попросила она. – Не нравится мне, как она выглядит.
    Миранда, действительно, выглядит – кричи “караул”. Неулыбчивая, осунувшаяся. Врач – там, в городке – проверил всех и признал, что со здоровьем всё в норме, и нужен только отдых и положительные эмоции. И вот главный поставщик положительных эмоций сидит – мрачнее тучи.
    — Останься, – Миранда посмотрела на Мари, когда та сделала шаг к двери – я пошла? – Мы теперь все вместе. Я справлюсь, – она обняла Артёма. – Просто в себя ещё не пришла.
    — Если у тебя остался шоколад – может, организуешь чай? – Артём посмотрел в лицо Мари.
    — Запросто, – кивнула она. – Марине и остальным нашим я уже отложила. Сейчас всё будет!
    — С ней не скучно, – прошептала Миранда, и тихонько рассмеялась, прижимаясь щекой к плечу Артёма. – Столько энергии! Представляю, какое нужно терпение!
    Она отпустила Артёма и села за стол – там остался альбом, который не так давно листала Мари.
    — Я-то думала, что чем больше знает цивилизация, тем она добрее, – Миранда закрыла альбом. – Зачем тебе быть злым, если ты такой могучий? Всё равно не с кем биться – можно изучать Вселенную, находить других разумных, находить с ними общий язык. Помогать, вместе что-то строить. Неужели это неинтересно? А получается, что мы для них – просто еда. Или вообще мусор. И мы, и те, кто жил здесь до нас. Если им так нужна была эта планета, для своих целей – почему не оставить предупреждение? Ну или просто дали бы понять, что высаживаться нельзя, мы бы дальше полетели. В учебнике истории это есть – колонисты чуть не сотню планет по дороге изучили, только Айур подошёл. Не было здесь ни зондов, ни спутников, ни посланий. Пустая планета, и всё.
    — Может, они нас и не считают разумными?
    Миранда кивнула.
    — Может. У меня просто в голове не укладывается. И те люди с нашими лицами. Ну, на вид люди, я не знаю, что там у них внутри. Получается, они нас исследуют? Иначе зачем они собор сделали, настолько точную копию, зачем нас копировали? И при этом – только чудом нас всех не уничтожили. Я понять не могу, как такое может сочетаться.
    — Они – не люди. Может, для них это естественно, – Артём взял её за руку. Бледность и морщины на лбу покинули лицо Миранды – уже хорошо. – К тому же, у них могут быть свои представления о добре и зле. А может, и вообще нет никаких. Мы же про них ничего толком не знаем.
    Миранда покивала.
    — Я просто представила, что будет, если вся их армия к нам прилетит. Или если они тем же путём пройдут, скольжением. Ведь они нас просто раздавят. Если только захотят – против их технологий мы ничто. Ну, только что планету сможем уничтожить, чтобы никому не досталась. Мне страшно, Ортем, – она сжала его ладонь. – Я думала, что зло – это просто философское понятие, что-то образное. А мы увидели силы зла, самые настоящие.
    Мари, постучавшись, вошла с подносом – и чайными принадлежностями.
    — Что-то у вас у обоих вид – тушите свет, – заметила она. – Проще надо быть, вот что я вам скажу. Переживать неприятности по мере поступления. Ну, всё, отставить кислый вид – чай скиснет!
    Миранда рассмеялась и отпустила ладонь Артёма.
    — Этого не допустим, – заявила она. – Наливай.



Константин Бояндин

Отредактировано: 19.11.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться