Трилогия садизма. Одиночество. Деструктивность. Любовь

Психоанализ. Современная проблема индукции. Часть третья

— Когда-то в моей душе был цветок — большой, молочно-белый бутон розы. Я долго его растил и периодически прятал очень глубоко в себя, чтобы не ранить своим сомнением, горем, а иногда даже ненавистью. Но когда цветок вновь выглядывал из недр души, он освещал разум, изгоняя страшные мысли.

Бутон розы молочно-белого цвета был символом равно- весия, спокойствия и доброты — той доброты, что теп- лится в каждом человеческом сердце. Его аромат содержал в себе радость и одарял ею окружающих. Цветок позволял любить, он будто бы говорил: «Любовь — есть самое прекрасное чувство. Она должна наполнять душу целиком». Невинный и никем не тронутый бутон розы был маленькой частицей света, что открывала путь в кромешной темноте. Он указывал на путь к добродетели.

Один раз открыв в себе это дивное чувство, уже никогда его не забудешь, будешь грезить о нём. Стремиться к нему. Оно, бывает, светится внутри тебя, и ты ощущаешь, как блаженное тепло распространяется по твоему телу. Здесь и находят своё начало такие человеческие качества, как достоинство, честность, искренность...

Красиво, не так ли? Представьте, что всё это было у вас. Подумайте только! Вы чувствовали этот цветок в своей душе, вы вдыхали его аромат! Вы могли любить, познали сочувствие, преданность и радость, и всё благодаря молочнобелому бутону розы, что порой распускался в вас и одарял окружающих своим ярким и тёплым светом.

...однажды я решил показать его, открыть свой маленький секрет. Тогда его и вырвали... с корнем. Его не стало, и не стало чувств. Цветок погиб, а вместе с ним и всё хорошее и человечное, что он порождал во мне. Больше я не могу любить, и нет даже желания, исчезла искренность. — Он поведал мне великую тайну, но при этом ни одна мышца не дрогнула на его лице. Откровения для людей — задача не из лёгких. Признание своей слабости в противовес собственному себялюбию... Но он был другим. Он был готов признать свою обиду и не страшился показаться слабым. Возможно, от этого в нём чувствовалась излишняя самоуверенность, а может быть, он просто не видел в этом ничего постыдного.

— Я бы хотел сказать, что буду любить её вечно... вы даже не представляете, как бы я желал чувствовать хотя бы что-то. Пусть то будет гнев, ревность, презрение...

К сожалению, ничего нет. Цветок погиб. Наверное, я очень слаб, поэтому не выдержал... — он замолчал. Вероятно, не знал, что сказать. Чего он не выдержал? Боли? Разочарования...

— У меня нет злости по отношению к человеку, который сделал это со мной. У меня нет и любви к нему. Есть только стыд. И этот стыд дает мне стимул к жизни. — Он, чёрт побери, был юристом. Успешным юристом. Может быть, он просто искал повод, дабы оправдать некие свои эмоции? Но возможно, кто-то и вправду сорвал «цветок», который он так берёг. Или это очередная хитрость, направленная на то, чтобы сбить меня с толку?



Игорь Озерский

Отредактировано: 03.02.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться